Лия Стеффи - Мутный [litres]

– Ты можешь нормально разговаривать или нет?! – истерично прокричала она.

Я устало закрыл глаза.

– Почему у всех нормальные дети, а у меня… Нет, Вань, ты не подумай, я тебя очень люблю. Безумно. Просто не понимаю, где и когда я тебя упустила, что ты стал таким? Ничем со мной не делишься, постоянно что-то скрываешь, пропадаешь на несколько дней. Я же просто хочу, чтобы ты жил нормально. Хочу, чтобы ты получил образование, пока не поздно. Нашел бы себе девушку, в конце-то концов. Не знаю…

– Может, еще внуков тебе наделать?

Она отвернулась и глубоко вздохнула.

– Вот видишь, ты даже мои слова не воспринимаешь всерьез. Да, Вань, может, и наделать. Я не говорю тебе, чтобы ты занялся этим прямо сейчас, просто возьмись ты уже за голову! Перестань носиться с этими шлюхами!

– С какими шлюхами? Ты свечку держала, что ли?

– Не держала, но прекрасно знаю, с кем ты вечно шляешься. Ты на Еву посмотри, такая хорошая девочка!

– Мама, я привел Еву на Новый год к нам домой не для того, чтобы ты мне потом насиловала мозг разговорами о ней. Мы с ней на разных орбитах. Понимаешь? Не надо ее сюда приплетать, пожалуйста. Я не собираюсь с ней встречаться.

– Ты сам себе противоречишь, Вань. Я знаю тебя как облупленного. Ты ни одну девушку не приводил в дом, потому что они для тебя ничего не значили. Это другой случай. Я видела, как ты на нее смотришь. Сейчас ты просто лукавишь. Зачем сам себе жизнь усложняешь?

– Да не нравится она мне! – Я откинул стакан в сторону, и он разбился. – Мам, найди себе мужика и выноси мозг ему. А от меня отвали. Просто отвали!

В этот раз я держался дольше обычного.

Я зашел в комнату, надел белую толстовку и направился в ванну. Умылся. Поднял голову и посмотрел на себя в зеркало: капли холодной воды стекали по моему лицу, глаза яростно горели.

О какой девушке может идти речь? Зная себя, я либо буду с ней до конца, либо убью. Кажется, другого не дано. Мои нервы и так расшатаны. Не стоит лезть в это дерьмо.

Послышался звонок в дверь. Это еще кто? Я выключил воду, вышел из ванны и увидел перед собой своего псевдоотца. Кажется, хуже было уже некуда.

– Ты тут что забыл? – грубо спросил я.

– Надеялся тебя хоть раз в жизни выловить. К счастью, у меня это получилось.

– Кажется, я говорил, что, если ты будешь меня преследовать, я набью тебе морду.

– Ваня! – возмутилась мама.

– Да, мам? Что ты говоришь? Выкинуть за дверь этого слабоумного? Ну хорошо, раз уж ты так просишь. – Я направился в сторону отца.

– Как ты разговариваешь, щенок! – выпалил он.

– Кто?

Мать встала у меня на пути, загородив отца. Он молчал.

– Повтори, что ты сказал! – Я смотрел на него, не отводя глаз.

– Ты не имеешь права так со мной разговаривать, я, в конце концов, твой отец. Имей совесть.

Я истерически рассмеялся.

– Совесть? Тебе знакомо это слово? А тебе там совесть душеньку не сжимала, когда ты ее беременную кинул? – произнес я, указав на маму. – Тебя совесть не мучала, когда ты дал ей деньги на аборт? Когда она на нескольких работах пахала, чтобы меня поднять?!

– Я же все осознал, Вань…

– Поздно! – крикнул я ему в лицо. – Я сказал, свали с этой квартиры или тебе хуже будет!

– Ваня, да прекрати же ты! – провопила мама.

Она снова за него заступалась. Это было невыносимо.

– Мам, ты совсем, что ли? Я бы на твоем месте уже давно в лицо ему харкнул.

– Я не защищаю его, Ваня. Я просто хочу, чтобы ты хоть раз вел себя прилично.

– Видимо, ты не смогла дать ему нормальное воспитание, Марго.

Я перевел взгляд на него. Желваки играли на моих скулах.

– Не понимаешь ты по-хорошему.

Схватив отца за шиворот, я со всей силы ударил его лицом о стену, а потом начал избивать кулаками. Крики матери эхом донеслись до моих ушей, но мне уже было плевать. Больше я ничего не видел, ничего не понимал. Нет ни одного человека, которого я бы ненавидел так же сильно, как отца. Не знаю, как я смог опомниться, чтобы оттолкнуть его в сторону.

Отец был в сознании. Мать упала перед ним на колени.

Все было как в тумане. Я с трудом обулся, схватил куртку и выбежал на улицу. Костяшки пальцев были залиты кровью отца. На белой толстовке тоже виднелись красные пятна. Ненависть. Жгучая ненависть текла по моим венам.

Раздался телефонный звонок.

– Да, Дэйв, – произнес я, закурив сигарету.

– Завтра в девять вечера будь у меня в квартире. Передай это парням. Новое дело намечается.

– Деньги?

– Сто двадцать тысяч.

– Понял. Буду.

Жизнь летела слишком быстро. Отношения Евы и Глеба развивались. Ева думала, что он может оказаться тем самым, с кем ей и суждено стать счастливой.

Глеб купил для Евы большой букет розовых пионов, чтобы приехать к ней с утра пораньше и сделать сюрприз. Цветы ожидали своего часа в вазе, пока он бегал по квартире в одних штанах и пытался хоть что-то отыскать в жутком бардаке. Вещи валялись по всей квартире, на кухне лежали пустые бутылки и гора немытой посуды.

Глеб надел белую рубашку, которая подчеркивала его накачанное тело, и засучил рукава. Затем зашел в комнату отца. Мужчина лежал на диване, громко храпя, а рядом – бутылка водки и непотушенная сигарета.

– Твою мать! – выругался Глеб и выкинул сигарету в окно. Она уже успела подпалить одеяло. – Алло, ты нормальный вообще? Ты в курсе, что мог случиться пожар?

Отец лишь пробурчал что-то невнятное и отмахнулся рукой.

– Когда же это все кончится? – Глеб закатил глаза и начал собирать бутылки по всей комнате. Он быстро прибрался в квартире, вымыл всю посуду и пошел закидывать белье в стирку.

Отец медленно встал с дивана и схватился за голову.

– Ой, кажется, перебрал вчера, – прохрипел он и направился на кухню.

Ему было сорок четыре, но из-за своего образа жизни он выглядел на все шестьдесят. Его русые волосы были растрепаны в разные стороны, лицо заросло грубой щетиной, а белки голубых глаз залились кровью. Он зашел на кухню и открыл холодильник.

Глеб надел белые кроссовки и подбежал к обеденному столу, чтобы забрать букет цветов.

– Глеб, у нас пива нет, что ли?

– Откуда я знаю? Я не пью.

– Сынок, сгоняй в магазин по-быстрому, а? Горло пересохло.

– Если пересохло, выпей минералки, там есть. – Глеб злобно посмотрел на отца. – Или у тебя организм только напитки с градусом принимает?

– Ой, не начинай, – отмахнулся он.

Глеб опустил глаза, вздохнул и вытащил букет из вазы.

– А ты кому это купил?

– Девушке своей.

Мужчина взял бутылку минералки, сделал глоток и с удивлением посмотрел на сына.

– Серьезно? У тебя есть девушка?

– Если бы ты чаще интересовался моей жизнью, а не наличием пива в холодильнике, то, наверное, знал бы.

– Сынок, да ты чего, я же уже вот бросаю. Просто резко нельзя, ты же понимаешь. Это знаешь, как бежать…