Лия Стеффи - Мутный [litres]

– Говори, – негромко сказала я.

Видимо, он не ожидал, что я отвечу.

– Ева, – в его голосе слышалась растерянность, – я понимаю, что такое не прощается. Знала бы ты, как мне плохо… Но я понимаю, что тебе еще хуже. Мне просто хочется убиться…

– Это хорошо. Значит, осознаешь всю степень омерзительности своего поступка.

– Я не хотел, ты же знаешь. Ты мне безумно дорога. Может, кричать о любви сейчас уже глупо, но это правда. Я понял, что ты мой человек, как только тебя увидел.

– Глеб, хватит! Я не хочу ничего слышать. Не надо мне больше звонить, пожалуйста, – еле сдерживая эмоции, произнесла я и бросила трубку.

Сильный ветер ударил в лицо, подсушивая навернувшиеся на глаза слезы. Я сидела на балконе съемной квартиры в Токио и думала о том, как хорошо бы было сейчас шагнуть вниз. Все страдания бы тут же закончились. Но я никогда не смогла бы решиться на этот поступок. Все дело в страхе, от которого я никак не могла избавиться.

Я прекрасно понимаю, что мне не выиграть эту гонку. Понимаю, что почувствую, если увижу это мерзкое и самодовольное лицо, когда Адам приедет первым. Этого я точно не смогу выдержать.

Переезжая в Москву, я надеялась, что все смогу наладить. Встретив Глеба, думала, что он мое спасение, но он лишь усугубил душевное состояние. Как же этот парень мог так поступить? Я могла ожидать этого от Вани, но явно не от него.

Хватит этих мучений. Кажется, мой конец настал. Завтра я должна решиться.

Серьезно? Он беспричинно обвинил меня, что я изменяю ему с Ваней, а сам стоит и в открытую целуется с другой?!

Я двинулась в их сторону и остановилась прямо напротив.

– А ты молодец, Глеб, – глядя на них в упор, произнесла я.

Услышав мой голос, он сразу отстранился от девушки. Она не понимала, что происходит.

– О, какие люди. – Парень улыбнулся.

– Серьезно? Я же верила тебе!

Глеб громко рассмеялся, а затем грубо схватил меня за руку и потащил куда-то в сторону. Я даже понять ничего не успела. Мы зашли в первую попавшуюся комнату, и он захлопнул дверь.

– Ты мне врала все наши отношения. Именно ты сказала о том, что нам нужно сойтись. Зачем? Если ты любишь другого, зачем ты это сделала?

– Я была пьяная, Глеб. Никогда не хотела трепать твои чувства или обманывать. Проснувшись утром, хотела все рассказать, но ты был такой радостный. Я подумала, что смогу пересилить себя и научиться тебя любить, но…

– Но что?! – прокричал он, подойдя ближе. – Что?! Давай же, скажи. Чем он лучше? Скажи чем? Я видел, как он с тобой обращается. Он чуть не изнасиловал тебя при своих друзьях. Ты нормальная вообще?! О каких чувствах может идти речь?

– Откуда я знаю?! – вытирая предательские слезы, крикнула я. – Я не могу приказать своему сердцу. Сама страдаю от этого, но не могу противиться. Понимаешь?

– Нет, не понимаю.

– Кажется, это я не понимаю, зачем я с тобой сейчас разговариваю. Иди проспись. – Я развернулась, чтобы выйти из комнаты, но он больно схватил меня за предплечье.

– Я тебя не отпускал! – выкрикнул он и со всей силы толкнул меня на диван.

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Кажется, я начала панически бояться пьяных людей. Привстав с кровати, я посмотрела прямо ему в глаза.

– Тебе никто не позволял так со мной обращаться. – Я попыталась встать, чтобы скорее уйти от всего этого ужаса.

– Мне не нужно позволение, ты моя девушка!

– После того, что я сейчас увидела у барной стойки… Поверь, нас больше ничего не связывает.

Глеб снова рассмеялся, и от его смеха стало не по себе.

– Вопрос: ты же с ним спала?

– Не твое дело. – Я попыталась обойти его, но он не позволил.

– Значит, спала. Я же помню, он сам говорил об этом. А ты это, спишь со всеми, кто тебя унижает?

– Что ты несешь, господи! Ты же даже ничего не знаешь. Выпусти меня отсюда!

– То есть со мной ты месяц строишь из себя недотрогу, а с ним спокойно легла в койку? И тебя даже не смущало, что он тобой просто пользовался?

Это уже было выше моих сил. Я не могла это слушать.

– Иди шалашовку ту прижми и удовлетворись. Почему ты до меня докапываешься?!

– Зачем мне она, если передо мной стоишь ты? – ответил он.

Пару секунд мы стояли, смотря друг другу в глаза. Я и подумать не могла, чем все это кончится. Глеб снова толкнул меня на диван, а затем начал срывать мою одежду. Никто не слышал моих криков из-за громкой музыки. Казалось, все это длилось вечность. Меня окутывал страх. Дикий страх и сильнейшая душевная боль.

Сильный поток ветра вернул меня в настоящее время. Я открыла глаза и отогнала дурные воспоминания.

Все это было невыносимо тяжело. Насилие – это очень страшная вещь. Чувствуешь, что ты унижен, подавлен и обессилен. Глеб просто сделал свое дело и ушел, а я осталась лежать в этой гадкой комнате с дырой вместо сердца.

Снова зазвонил телефон. Я посмотрела на экран, и это был Ваня. Да они что, оба решили надо мной поиздеваться?

– Чего ты хочешь? – ответила я.

– Ты уже в Токио?

– Уже в Токио.

– Когда успела? Ты так резко уехала.

– А я что, должна предупреждать тебя о каждом своем шаге?

– Мне нужно с тобой встретиться.

– А мне не нужно.

– Ева, правда. Подойди к месту мотоциклистов. Я буду там. Буду тебя ждать, слышишь? Просто приди. – На несколько секунд повисла пауза. – Пожалуйста, – добавил он и положил трубку.

Порой мне кажется, что любопытство меня погубит. Но что я теряю? Завтра все должно закончиться.

Даже в какой-то степени интересно, что происходит сейчас у гонщиков. Как правило, за день до гонок там уйма народа. Все готовятся или же обсуждают тех, кто участвует.

Через двадцать минут я уже была там. Со всех сторон слышался рев моторов. По телу пробежали мурашки. Я быстрым и уверенным шагом направилась в самый центр площадки. Кругом столько знакомых лиц!

Интересно, а Адам здесь? Встретить его – это последнее, чего я хочу. Ваню долго искать не пришлось. Он был в шумной компании мотоциклистов и их девушек. Я остановилась, посмотрев на него. Не знаю, сколько прошло времени. Просто стояла и смотрела. Как он отреагирует, если я вдруг погибну? Что почувствует?

Внезапно наши взгляды пересеклись. Увидев, что он двинулся в мою сторону, я вздрогнула, но не подала вида. Ваня подошел и посмотрел на меня с высоты своего роста.

– Привет, – улыбнувшись, произнес он.

– Привет, – тихо ответила я. – Говори, что хотел, и я пойду.

– Давай отойдем.

Я вздохнула и побрела за ним. Мы отошли к обочине.

– Ты не передумала?

– Я похожа на дуру? Отменить гонку – это показать слабость. Я не собираюсь этого делать. Не вздумай меня отговаривать.

Ваня улыбнулся и посмотрел в сторону.

– Я не собирался тебя отговаривать.