Хизер Грэм - Бурный рай

Он резко одернул на ней юбку, потом отвернулся и пошел к лестнице.

– Сиди здесь и жди меня! – резко скомандовал он.

Блэр уронила голову на подушку, удивляясь тому, как много эмоций может пережить человек в течение нескольких минут. Ведь она бушевала от гнева, как пылающий факел, но буквально через мгновение, когда он с таким сочувствием отнесся к ее боли, ей захотелось коснуться его темно-каштановых волос и сказать, что с ней все в порядке, потому что он рядом.

Даже когда он насильно прижимал ее к себе, она испытывала горячее волнение в крови.

«О Господи, что же такое со мной творится? – размышляла она, прижимая пальцы к разбитым губам. – Как можно быть такой глупой?»

Но в глубине души она чувствовала, что он вовсе не такой жестокий, каким хочет казаться. Под маской суровости таилась невероятная нежность.

Блэр вспомнила его глаза, его прикосновение, когда он поправил ее юбку, а потом в памяти сами собой всплыли ласки, которые он дарил ей всего несколько ночей назад, – порой грубые и всегда властные, но неизменно уносившие ее в пучины самой безумной страсти.

– Хватит! – прошептала она вслух. – Хватит! – Нельзя позволять себе думать о таких вещах.

«Коровы и куры… – вспомнила она, стискивая зубы и пытаясь вновь разжечь угасшую злость. – Подумай, как он тебя унизил!»

Лодка вдруг затряслась, раздался долгий чмокающий звук, и судно сдвинулось с места. Она слышала, как Крэг благодарил капитана.

Они снова поплыли.

У Блэр не было сил, чтобы противиться воле Крэга. Она послушно лежала в постели, зная, что позже он к ней придет. Наконец она закрыла глаза и провалилась в беспокойный сон.

Открыв глаза, Блэр поняла, что лодка опять стоит на месте, хотя и покачивается на воде. В каюте слышался шорох. Девушка тряхнула головой, прогоняя сон. Крэг возился на камбузе.

Каким-то шестым чувством он уловил, что она проснулась, и обернулся к ней, сердито сдвинув брови:

– Надеюсь, ты понимаешь, что чуть не погубила нас сегодня утром?

Машинально пригладив волосы, Блэр села в постели.

– Ты ждешь от меня извинений?

– Да, жду! – рявкнул Крэг и двинулся к ней – как ей показалось, с угрозой. Но вскоре выяснилось, что он просто хочет подать ей тарелку с мясным рагу. – Мне дорога моя жизнь, миссис Тейл. Полагаю, что и вам дорога ваша.

Да не будь ты ребенком, черт возьми! Пойми же наконец: тебе от меня никуда не деться. Твои попытки убежать могут для кого-нибудь из нас плохо кончиться.

Блэр взяла протянутую тарелку, потому что была ужасно голодна.

– То, что я хочу убежать от тебя, Тейлор, вовсе не значит, что я ребенок. Ты похитил меня и ждешь, что я, твоя пленница, буду радоваться жизни и распевать веселые песни?

– Ты можешь мне доверять, – тихо сказал он. Это именно то, чего ей хотелось больше всего.

– Мне очень жаль, – холодно бросила она, опуская взгляд.

Он вздохнул, ушел на камбуз, потом вернулся и сел напротив нее за стол. Блэр вдруг подумала, что глупо есть в постели, и попыталась подняться, чтобы подойти к столу.

– Нет, – быстро скомандовал он, – сегодня ты не должна вставать. Если ты снова повредишь ногу, у нас будут серьезные неприятности.

– Но не могу же я весь день сидеть в постели!

– Сегодня придется, – твердо сказал он.

Они молча доели завтрак, потом Крэг сунул обе тарелки в раковину, а затем, подсев к Блэр, приподнял ее больную ногу и, ни слова не говоря, размотал бинт. Тихо выругавшись, опять встал и сходил за аптечкой. Пока он промывал и бинтовал рану, Блэр сидела в застывшей позе, вцепившись пальцами в матрас.

– Сегодня ты будешь лежать, – мягко повторил он, встал и ушел на палубу, оставив ее одну.

Этот день показался Блэр нескончаемым. К тому времени, когда Крэг бросил якорь на ночь и вернулся в каюту, она просто вся извелась.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, подходя к койке.

– Хорошо! – отрезала она.

Он тут же отошел, пожимая плечами.

– Я думал, ты захочешь поужинать вместе со мной на палубе, – равнодушно сказал он, – но…

«Ах вот как? Ну нет, так легко ему от меня не отделаться!» – со злостью подумала Блэр, спустила ноги на пол и ухватилась за спинку койки.

– Я смогу подняться на палубу, – сердито заявила она, но, поймав его вопросительный взгляд, почувствовала, что весь ее гнев моментально иссяк. – Признаю, что сегодня утром вела себя глупо. Но теперь я буду осторожна и не причиню тебе никаких хлопот. – Он молчал, и она неожиданно для себя заговорила умоляющим тоном: – Я приготовлю ужин. Мне не придется наступать на больную ногу. Я буду опираться…

– Договорились, миссис Тейл, – перебил ее Крэг. Договориться-то они договорились, но Блэр никак не ожидала, что он будет все время маячить рядом. Она сама не помнила, как приготовила ужин из свинины и овощей с приправами, крайне взволнованная его близостью.

– Жди здесь, – приказал он, когда еда была разложена по двум тарелкам, – я сейчас за тобой приду.

Крэг отнес на палубу тарелки и очередной бочонок кислого красного вина, а потом вернулся за Блэр. Не успела она опомниться, как он подхватил ее на руки.

– Ночь поспишь, а завтра нога начнет заживать, – сказал он охрипшим голосом, ставя ее на палубу. – Тогда сможешь понемногу ходить.

На реке было удивительно тихо. За кормой, завораживая взгляд, катились медленные мелкие волны, слабый ветерок доносил шорох лесной листвы и легкий плеск воды. «Будь я по-другому одета, – думала Блэр, поглядывая на Крэга и чувствуя, как от его ласковой улыбки учащается пульс, – и плыви мы не на этой замызганной лоханке, а на приличной лодке, нас вполне можно было бы принять за молодую американскую чету, которая решила провести время на природе, наслаждаясь покоем и красотой вечера». Пародия на идиллию! И Крэг – тоже пародия. Этот человек настолько уверен в своей мужской неотразимости, что иногда позволяет себе быть безгранично нежным. Он приподнял свою кружку с вином:

– Спасибо за вкусный ужин, миссис Тейл.

Блэр небрежно дернула плечом, не желая принимать этот комплимент:

– Кажется, вы и сами умеете готовить.

– Да, умею, но не так хорошо.

Он печально усмехнулся, и у Блэр защемило сердце. «Ну почему так получается? Я нашла совершенно потрясающего мужчину, который сразу же покорил меня, а оказалось, что он или ловкий мошенник, или политический фанатик».

. – Так, значит, повар из вас неважный? Это меня удивляет, Тейлор, – язвительно проговорила девушка, – ведь стряпня – дело нехитрое, надо только внимательно прочитать рецепт и правильно выполнить указания. А уж вы-то умеете следовать инструкциям.

Он сразу же подобрался, лицо стало замкнутым. Отлично: она таки сумела задеть его за живое!