Хизер Грэм - Бурный рай

На мгновение Блэр показалось, что Крэг сейчас схватит ее и прикроется ею, как щитом.

Но этого не случилось. Он прошел мимо и как ни в чем не бывало взял брошенный конец каната. Его лицо не выражало никаких эмоций, словно она была ему едва знакома. И тут Блэр поняла, что один из прибывших – ее отец. С улыбкой на лице он прыгнул с катера в их лоханку.

– Тейлор! – сказал Хантингтон, быстро пожимая Крэгу руку и оглядываясь в поисках дочери. Наконец он увидел ее и протянул к ней дрожащие руки. – Блэр, о Господи, Блэр!

Она застыла. Просто вросла в палубу. Ноги налились свинцом и перестали слушаться. Блэр никак не могла осознать увиденное. Уж не галлюцинация ли это? Она озадаченно заморгала.

Но это была не галлюцинация. Перед Ней стоял отец, и он назвал Крэга по имени.

Тут до нее дошло, что отец, весь дрожа, протягивает к ней руки.

– Папа! – воскликнула Блэр и бросилась в его объятия.

Он обнимал ее, гладил по волосам, касался пальцами лица. В этот момент она особенно остро почувствовала, что он уже немолод, что он боится и тревожится за нее.

Да, но откуда он знает Крэга?

Блэр отступила назад, глаза ее сузились.

– Что здесь происходит, черт возьми?! – спросила она, переводя подозрительный взгляд с одного мужчины на другого.

Она пыталась сдержаться, напоминая себе, что отец стар и измучен работой, но невольно заговорила с негодованием. Постепенно она начала понимать, в какое дурацкое положение себя поставила. О Господи, надо же быть такой идиоткой: отдать всю себя человеку, который, как она думала, из любви к ней готов изменить своим убеждениям!

– Что происходит, черт возьми?! – повторила она, срываясь на крик.

Крэг стоял невозмутимый и прямой, скрестив на груди руки и в упор глядя на Хантингтона. Было очевидно, что он не собирается отвечать на ее вопросы, предоставляя это начальству. У него был вид стороннего наблюдателя, которому просто любопытно знать, как старик будет выкручиваться.

Блэр тоже перевела глаза на отца и сердито спросила:

– Папа?

– Это долгая история, Блэр. Все держалось в тайне до девяти часов утра сегодняшнего дня. Тейлор работает на правительство…

– Понятно, – холодно перебила Блэр. В глазах у нее потемнело.

В голове крутились бессвязные мысли. Наверное, она должна была радоваться: ее похитил вовсе не террорист, здесь ее отец, она в безопасности. Все кончилось.

Странно, но никакой радости она не испытывала. Внизу, в каюте, влажные простыни еще хранили тепло их тел, а Крэг, оказывается, никогда и не нуждался в спасении. И не был террористом. Он секретный агент и все это время просто водил ее за нос, развлекался… О Боже, какой же она была доверчивой! Он, наверное, умирал от смеха, потешаясь над ее наивностью.

– Разведчик! – язвительно бросила девушка.

– Крэг – дипломат, Блэр, – сказал Хантингтон, с тревогой глядя на дочь, – из специального отдела.

– Дипломат? Ну-ну… – протянула она насмешливо. – Это что же, новая тактика американской дипломатии: ударом кулака лишать сознания невинных людей и увозить их на допотопных лодках?

Атмосфера накалялась. Хантингтон беспомощно взглянул на Крэга, но тот лишь пожал плечами.

– Тейлор выполнял мои непосредственные распоряжения. Операция была засекречена, поэтому ничего нельзя было объяснить. Он и сам не знал причины твоего похищения.

– Твои распоряжения?! – Блэр задохнулась. Ее похитили по приказу родного отца?

– Блэр… – Хантингтон смущенно вздохнул. – Как я уже сказал, это долгая, запутанная история. Нам еще надо добраться до Белиза, а потом несколько часов лететь домой. В дороге я все тебе объясню. Нас ждут. Ты готова?

– Готова, – мрачно откликнулась Блэр.

– Тейлор, ты с нами? – спросил Хантингтон. – Я могу поручить кому-нибудь другому привести «Принцессу» в порт…

– Спасибо, сэр, не надо, – мягко ответил Крэг, – вы рано приехали.

«Слишком рано, черт возьми!»

– Сегодня утром все было улажено, – пояснил Хантингтон, – я не мог ждать. Я знал, что найду вас недалеко от берега. Мне хотелось поскорей увидеть дочь.

– Да, понимаю, – сухо отозвался Крэг, – но у меня есть еще кое-какие дела на лодке и в Белизе перед отлетом.

– Хорошо, – согласился Хантингтон. – Блэр, ты хочешь что-нибудь взять?

– Нет, – холодно бросила девушка и взглянула на Крэга. Ее лицо было таким же непроницаемым, как и его. – На этой лодке нет ничего такого, что мне захочется еще раз увидеть.

Блэр прошла мимо отца и Крэга. Обворожительно улыбаясь, она оперлась на руку, протянутую молодым моряком. Она собралась перейти на борт катера, но Хантингтон удержал ее за локоть:

– Постой, я сейчас. Мне надо поговорить с Тейлором, это недолго. Видишь ли, он не хотел участвовать в этом деле.

Тут она заметила, что Крэг уже исчез в каюте. Эндрю Хантингтон пошел за ним, удивительно подвижный для своих лет.

Блэр стояла на палубе «Принцессы», онемев от ярости. Вместо того чтобы объясниться с ней, отец беспокоится о Крэге! Интересно, какие «распоряжения» получил Крэг от отца и какую роль они сыграли в их пылкой любовной близости?

Хантингтон вновь появился на палубе.

– Пойдем, дочка, – проговорил он и хотел было обнять ее за плечо.

– Подожди минутку, папа, – заявила Блэр, – я тоже хочу кое-что сказать Тейлору.

Она отошла от отца, спустилась в каюту и направилась прямо к мужчине с глазами дьявола, который стоял, расправив плечи и скрестив руки на груди. В глазах его светилась едва заметная тревога. Он ждал, что она скажет.

– Так значит, ты дипломат? – язвительно прошипела она.

– Блэр… – перебил Крэг, и ей на миг показалось, что он сейчас будет умолять – скажет, что у него были причины не доверять ей, но просить доверия к себе, что он действительно любит ее, а не развлекался от скуки.

Но этого не случилось. А она больше не собиралась играть роль наивной дурочки. Да, между ними что-то было, и Крэг способен на доброту, но если вспомнить, что он ей говорил…

Он не успел произнести ни слова. Она со всей злостью ударила его по лицу.

– Возьмите это с собой в тюрьму, мой бедный милый мистер Тейлор, – проговорила она нежно и отвернулась, чтобы уйти.

Отомстить он не посмеет: на лодке ее отец.

Крэг не стал мстить, но и не дал ей уйти. Выбросив вперед руку, он впился пальцами в запястье Блэр и резко повернул ее к себе. По его лицу она поняла: если он решит ответить на ее пощечину, то отец его не остановит.

– Послушай, принцесса, только теперь я начинаю понимать, зачем все это затеяли, – резко сказал он, – но ты не желаешь меня слушать. Своим маленьким умишком ты уже составила ложное мнение и упрямо не хочешь его менять. Но ты не знаешь, что…

– Я знаю, – гневно перебила Блэр, – что ты мог хотя бы намекнуть на правду, но не сделал этого! Ты лишь болтал о религиозных сектах и преступниках, которые готовы раскаяться.