Ли Райкер - Полюбить ковбоя

– Вчера вечером снова звонил Люк.

Денни тихо выругался.

– Он просил Мег что-то передать тебе. По поводу родео в Юте. – Вдыхая ветерок, колыхавший кисейные занавески в горошек, она замолчала, стараясь не обращать внимания на рот Денни, касавшийся чувствительного места на ее плече у основания шеи, и испытывала искушение ничего не говорить ему. – Он думает, это верная победа, но начало уже совсем скоро.

– Я позвоню ему после завтрака. – Денни придвинулся еще ближе.

– И что скажешь?

– Никаких обсуждений. Никаких споров.

Он поднял ей ночную рубашку выше, лишив тепла ее кожу, но она отодвинулась и села возле подушек.

– Что ты ему скажешь, Денни?

– Вообще никаких решений в такую рань. – Он перевернулся на спину и прикрыл глаза локтем.

– Когда ты что-нибудь решишь, я, наверное, узнаю об этом в последнюю очередь.

«Забудь о тихом семейном счастье, – сказала про себя Эрин, – забудь про сияющие от радости глаза Мег от того, что ее сын снова дома». Всю неделю ее свекровь убирала и готовила, и накануне днем Эрин видела, как она устало опустилась за стол в кабинете торгового центра и чуть не уснула над бланком заказа, который собиралась заполнить.

– Так сегодня утром мы займемся любовью, – произнес Денни из-под руки, – или мне пойти вниз, чтобы проснуться?

В этот момент дверь спальни отворилась, в комнату заглянул Тимми и, увидев родителей, с радостным воплем бросился к кровати.

– Ну-ка, просыпайтесь! – Он ловко втиснулся между Эрин и Денни и пополз на животе по простыне, виляя узким тазом и подпирая подбородок здоровой рукой. – Бабушка говорит, вафли и ветчина будут через десять минут, а кофе готов уже сейчас.

– Она отличный кулинар, верно? – Денни провел пальцем по веснушчатому носу Тимми.

– Она великолепный кулинар. А знаешь, кто она еще?

– Королева скачек с препятствиями, направляющаяся на национальное первенство?

– Нет, папочка, – захихикал Тимми. – Она красавица.

– Ну конечно.

– Денни, – сейчас или никогда, решила Эрин.

– Тим, скажи бабушке, я спущусь через минуту.

Тимми отвлек их, и Денни подвинулся к краю кровати и потянулся за лежавшими на полу джинсами. Тимми был готов начать игру, в которую они играли каждое утро, когда Денни был в Парадиз-Вэлли, – внезапно налететь и пощекотать отца, но серьезный тон Денни остановил Тимми, его руки замерли в воздухе и опустились, а глаза округлились.

– Вы что, собираетесь ссориться?

– Нет, – Денни встретился со взглядом Эрин, – но мне нужно побыть с твоей мамой. Наедине.

– Ах, это. – Тимми выскользнул из постели и побежал по коридору, сообщив Мег ответ Денни еще до того, как достиг лестницы. – Поторапливайтесь!

– Не будем, нет? – Денни быстро натянул джинсы и пока застегивал пуговицы ширинки, Эрин, борясь с собой, отвернулась. Денни хотел снова стать частью ее жизни, и ей он тоже был нужен, но ее не устраивали только его постоянные отлучки. Он должен быть с ней всегда: ежечасно, ежеминутно.

Эрин выбралась из постели и, повернувшись спиной к Денни, надела белые шорты и темно-синюю блузку. Стоя босиком и не глядя на его отражение в зеркале, она расчесывала волосы и чувствовала на себе его взгляд, в котором желание смешивалось с нарастающим гневом.

– Я все продолжаю вспоминать Шайенн. – Она положила щетку на комод. – Я увидела, что ты не просто разбираешься в том, что делаешь, ты специалист в своем деле. Я пошла с тобой получить твой чек, и, – она чуть улыбнулась, – помогла тебе его потратить.

В последний вечер Денни повел ее, Тимми, Мег и Люка обедать – отведать великолепные стейки в самом дорогом в Шайенне ресторане, где места нужно заказывать предварительно; но благодаря рейтингу Денни и его неоспоримой репутации звезды они получили самый лучший столик и бутылку изысканного вина в знак признательности.

– Эти деньги наполовину твои, – сказал он сейчас.

– Когда мы разговаривали в землянке, – начала она нерешительно, – я постаралась поверить в то, что ты вернешься и отбросишь все прежнее.

Денни ничего не сказал, он словно потерял способность двигаться, его рука замерла на верхней пуговице, а в светло-карих глазах появилась тревога.

– Ты думаешь, у нас не получится? Почему? Мама вполне счастлива. Тим вне себя от радости, видя нас вместе в кровати каждое утро.

– Не каждое.

Он изумленно посмотрел на нее.

– Денни, мне нужно больше, чем несколько дней в неделю. Я думала, это не имеет большого значения, потому что годами жила без тебя, но оказалось, что это не так. – Эрин смотрела в пол между ними. – Ты приезжаешь домой поздно ночью в воскресенье, иногда в понедельник, а в среду или в четверг закусив удила рвешься обратно или уже снова в пути.

– Мне нужны деньги, Эрин, а в этом году у меня хорошие шансы попасть в финалы.

– Знаю, я читала классификацию.

– Если я попаду в Вегас, это может принести наличность. – Ему было приятно, что она интересуется его делами.

– И тогда ты займешься разведением животных. – Наличность нужна ему, чтобы купить несколько мерзких быков и еще более отвратительных мустангов.

– Видишь ли, – Денни рывком схватил свои сапоги, – я знаю, что тебе не нравится эта затея, но она может обеспечить нам неплохое существование, обеспечить колледж для Тимми. И для других детей, которые у нас, возможно, появятся, – добавил он. – Не знаю, что в этом такого уж плохого? Я приму все меры предосторожности, до посинения буду читать Тиму наставления, чтобы он держался подальше от быков, но я не понимаю, что еще…

– Денни, меня не устраивают полумеры. Я старалась, но у меня не получается. Слишком тяжело поглядывать в подъездную аллею в ожидании фургона и говорить Тимми, что ты приедешь домой завтра или через день. А когда ты приезжаешь, мы сразу же начинаем ждать, что ты снова уедешь. Это ты называешь налаживанием жизни?

– Ты хочешь, чтобы я уехал, – у него задрожал подбородок, – уехал навсегда?

– Нет.

– Хочешь, чтобы я бросил родео. – Это уже был не вопрос.

– Думаю, как раз об этом я и говорю, – кивнула Эрин.

Денни выдвинул ящик соснового комода, достал чистую тенниску и с шумом задвинул его обратно.

– Ты хочешь, чтобы я просто забросил свое снаряжение в середине одного из самых лучших сезонов в моей жизни? Ты хочешь, чтобы я упустил свой самый лучший шанс на мировое первенство, когда, Бог свидетель, мне осталось выступать всего несколько лет, потому что мои кости уже скрипят, а мышцы болят?

Эрин ничего не отвечала, понимая, что на самом деле он спрашивал не ее, а себя, и ждала затаив дыхание. Денни долго не отводил от нее глаз, словно мысленно возвращался к тому разу, когда она уехала от него, но она не отвернулась. Его рот сжался в тонкую прямую линию, а на скулах вспыхнули красные полоски.