Велла Манн - Сколько стоит любовь?

Если бы она была художницей, то взялась бы за кисть, а так ей оставалось лишь замедлить шаг и без помехи впитывать ощущения, которые вызывали в душе сладкую грусть.

Когда она добралась до магазина, оказалось, что он только что открылся. Владелец жаждал поболтать о вчерашней метели, а поскольку Сирена никуда не спешила, она с удовольствием поддержала разговор, поведав о собственных приключениях. Покидая магазин, она была полностью осведомлена о том, как жена хозяина пыталась заниматься интерьерами и каковы успехи их дочери в школе. Сирену также пригласили весной посмотреть пьесу, в которой девочка играла главную роль.

Может быть, она и посмотрит, думала Сирена, входя в крошечный уютный обувной магазинчик. Даже если она будет жить в Сакраменто, можно приехать на уик-энд. Она купит пленку и проведет несколько часов, снимая окрестности, а потом посмотрит пьесу.

Купив пару непромокаемых ботинок и выслушав историю о вчерашних злоключениях продавца, Сирена вернулась на станцию и за полчаса поменяла радиатор. Подошел Грейндж, взглянул на ее прекрасно оснащенный ящик для инструментов и покачал головой.

– Вы меня поражаете, – пробормотал он. – Просто поражаете.

Он снял куртку, оставшись в красно-белом свитере. Интересно почему, подумала она, человек, чья профессия требует совсем другого стиля одежды, питает явное пристрастие к подобным вещам?

– Чем я вас поражаю? – спросила она с запозданием.

– Тем, что я даже не знаю, есть ли у меня запасная фара, не говоря уж обо всем остальном.

– Но мне без этого нельзя. Мне ведь не на кого рассчитывать. Никаких профессиональных гонщиков. – В углу багажника она нашла яркие бусы из бисера и надела их на шею. – Как идут дела? Вид у вас озабоченный.

– Дел хватает. – Грейндж, не отрывая взора от ее бус, помахал рукой грузовику, подползавшему к бензоколонке. – Но все-таки куда лучше, чем вчера. Вы закончили?

– Почти.

– А потом сразу уедете?

Сирена глубоко вдохнула воздух, пахнувший снегом.

– Да, довольно скоро.

Вместо этого она произвела ревизию его буфета, на что не потребовалось много времени. Не повредит пополнить запасы. Это самое маленькое, что она может сделать для человека, который великодушно приютил ее прошлой ночью. Сакраменто вполне может подождать.

По дороге только что прошел снегоочиститель, и можно было поехать в магазин на машине. Но на улице было так много народу. Ей хотелось присоединиться к ним, обмениваться улыбками и кивками, наблюдать за группой детишек, затеявших лепить снеговика. Она накупила свежего мяса и овощей, разных соусов, консервов, вермишели и риса. В конце концов, оказалось, что это больше, чем она может унести. Когда она пожаловалась продавщице, та разрешила ей отвезти продукты в тележке, а потом вернуть ее. Сирена едва не прослезилась. Когда в последний раз ей приходилось бывать в городе, где доверяют магазинные тележки незнакомым, где не чувствуешь себя чужой?

Когда она подходила к станции, Грейндж не оторвался от работы, и это было даже к лучшему, потому что ей хотелось понаблюдать за ним со стороны.

Для человека, который последние девять лет провел, работая головой, а не руками, он выглядел совсем неплохо. Было бы неудивительно, если бы он слегка расплылся от сидячего образа жизни, но он сумел сохранить форму.

Может быть, спортивный клуб? Нет, он совсем другого типа, и кожа не имеет того слегка зеленоватого оттенка, который получается от искусственного загара. Легче было представить себе, что он пробегает по нескольку миль в день, хотя непонятно, как он умудряется сохранять здоровье, вдыхая городской воздух.

Надо его спросить .

О чем ты думаешь, бранила себя Сирена, таща по лестнице покупки. Вряд ли он мечтает, чтобы она задержалась, и разумеется, она не собирается снова ложиться спать на его кушетке. Что ей действительно надо сделать, так это прекратить тянуть время и уезжать.

Она вышла на улицу, чтобы вернуть тележку, и увидела, что Грейндж разговаривает с пожилой парой, одетой в одинаковые темно-синие пиджаки. Маленькая женщина с седыми волосами привстала на цыпочки и похлопала Грейнджа по щеке, и Сирена позавидовала, что та может так легко и фамильярно с ним обращаться. Потом, прежде чем она решила, что делать, Грейндж посмотрел в ее сторону.

– Пожалуйста, подойдите к нам, – позвал он. – Здесь есть люди, с которыми я хочу вас познакомить.

Что-то во внешности мужчины показалось Сирене знакомым, и раньше, чем Грейндж его представил, она поняла, что это дядя Гэллам.

– Грейндж как раз рассказывает нам, как вы ему помогли, – сказала тетя Герти. – А я говорила с вами по телефону, правда? Я так беспокоилась. Боялась, что он один не справится. В метель здесь всегда сумасшедший дом.

Сирена кивнула, понимая, что тетя Герти устраивает ей проверку.

– Не знаю, где бы я ночевала, если бы не ваш племянник. Все мотели в городе битком набиты.

– Так бывает всегда, когда у нас начинается буран. – Тетя Герти склонила голову набок. – Жаль, что квартирка такая маленькая. Мы построили ее для сына моего двоюродного брата. Он нам помогал почти год, но потом женился, и, конечно, его жена не захотела здесь жить. Вам было… удобно?

Она хочет знать, где я спала .

Сирена могла бы ответить так, чтобы не оставалось никаких сомнений, но ей хотелось увидеть реакцию Грейнджа. Поэтому ее ответ прозвучал двусмысленно:

– Было неплохо. К Грейнджу можно приспособиться.

Тетя Герти оглянулась на племянника. Грейндж спокойно встретил ее взгляд.

– Я вел себя как истинный джентльмен. Даже приготовил обед.

– Вы пытались, – поддразнила его Сирена. – Обедом он стал только после того, как за него взялась я.

Тетя Герти вздохнула.

– Я знаю. Просто диву даешься, что он умудряется сделать из вполне хороших продуктов. Но голова у него работает как следует, так что я не собираюсь его пилить.

Сирена рассмеялась. Эта женщина ей уже нравилась. Тетя Герти была такой тоненькой, что, казалось, ее ветром может сдуть. Худой, как жердь, дядя Гэллам ростом почти не уступал Грейнджу. У него были большие натруженные руки, и он словно не замечал ее присутствия. Сначала Сирене показалось, что он не одобряет ее поведения, но потом, когда он кашлянул, она поняла, в чем дело. Ему надо было лежать в постели, а не ходить по морозу.

– Я пыталась научить Грейнджа готовить, – продолжала тетя Герти, – но, к сожалению, он слишком похож на своего дядю. Они оба боятся кухни. Как это похоже на мужчин!

– Не думаю, чтобы мой отец хоть раз заглянул на кухню. Он никогда не думал о таких скучных предметах, как еда, и не заботился, когда сможет поесть в следующий раз. Поэтому я научилась готовить, чтобы присматривать за ним, – проговорила Сирена, а потом стала рассказывать тете Герти, что она купила из еды. Грейндж перебил ее.