Нора Робертс - Очарованные

— Сколько других мужчин примут нас целиком? Многие захотели бы на колдунье жениться или взять ее в матери собственного ребенка?

— Во имя Финна, Анастасия! — Нетерпеливый тон чуть смягчился из-за необходимости снова сесть. — Можно подумать, будто мы летаем на метле и кудахчем, портя молоко в материнской груди!

Ана не улыбнулась.

— Разве многие думают иначе? Роберт…

— Чума на твоего Роберта.

— Ладно, забудем о нем, — махнула рукой Ана. — Сколько раз на протяжении столетий за нами охотились и преследовали, боялись и изгоняли просто за то, что мы родились не такими, как все? Я не стыжусь своей крови. Без сожаления принимаю свой дар и наследие. Только если откроюсь и он на меня взглянет так, — она усмехнулась, — будто у меня в подвале стоит кипящий котел с жабами и с волчьим аконитом, я не переживу.

— Если он тебя любит…

— Если, — повторила Ана. — Посмотрим. По-моему, тебе теперь надо прилечь на часок.

— Увиливаешь от темы, — сказала Моргана, и в ту же секунду на кухню ворвался Нэш. В волосах паутина — к счастью, искусственная, — в глазах нечестивый блеск.

— Девочки, вы должны посмотреть! Невероятно… Так здорово вышло, я просто сам себя испугался. — Он схватил со стола корень сельдерея, зажевал с вкусным хрустом. — Пошли, чего сидите?

— Ох уж эти мне дилетанты, — вздохнула Моргана, с трудом поднявшись на ноги.

Кузины любовались изготовленными Нэшем голографическими изображениями привидений в прихожей, когда раздался шум подъезжающего автомобиля.

— Приехали! — Полная радостных предвкушений встречи с родными, Ана легким прыжком подлетела к дверям. И замерла на месте, оглядываясь на Моргану, которая повисла на плече у Нэша.

Он сразу побледнел не хуже привидений.

— Детка! Что ты?.. О боже.

— Все в порядке. — Моргана испустила долгий вздох, Ана ее подхватила под другую руку. — Правда, просто судорога. — Привалившись к мужу, она улыбнулась кузине. — По-моему, очень удачно родить двойню в Хеллоуин.

— Абсолютно нечего беспокоиться, — заверил Дуглас Донован, высокий мужчина одного роста с сыном Себастьяном, с чуть посеребрившейся гривой волос цвета воронова крыла, во фраке с черным галстуком по торжественному случаю. Наряд дополняли неоново-оранжевые мокасины, которые доставляли ему колоссальное удовольствие, светясь в темноте. — Роды самое естественное дело на свете. И ночь идеальная.

— Верно. — Нэш сглотнул ком в горле. Дом полон народу — колдунов и колдуний, если уж нужна точность, — а его жена сидит на диване, делая вид, будто ее совсем не волнуют продолжающиеся больше трех часов схватки. — Может, тревога ложная.

Проплывавшая мимо Камилла в бальном платье с блестками хлопнула его по плечу веером из перьев.

— Предоставь дело Ане, мой милый мальчик. Она обо всем позаботится. Я рожала Себастьяна тринадцать часов. Причем мы шутили по этому поводу, правда, Дуглас?

— После того как ты перестала осыпать меня проклятиями, душечка.

— Естественно. — Камилла направилась к кухне, собираясь присмотреть за похлебкой. Ана вечно не докладывает шалфея.

— Если не найдет другого занятия, превратит меня в ежа, — пожаловался Дуглас.

— Мне уже легче, — пробормотал Нэш. — Вас тут целая куча.

Всегда готовый помочь дядюшка ободряюще кивнул:

— Для того и приехали, Дэш.

— Нэш.

— Ну да, — благосклонно улыбнулся Дуглас.

— Мама! — Моргана схватила мать за руку. — Спаси беднягу Нэша от дяди Дугласа. Он уже слегка дергается.

Брайна покорно отложила блокнот для рисования.

— Может, отца попросим с ним прогуляться?

— Прекрасно. — Моргана благодарно вздохнула, Ана продолжала массировать ей плечи. — Иначе его не утихомиришь.

Падрик, отец Аны, плюхнулся на место, только что освобожденное Брайной.

— Как дела, девочка?

— Правда, отлично. Пока схватки слабые, но скоро колеса завертятся. — Моргана наклонилась, чмокнула его в щеку. — Как я рада всех вас здесь видеть!

— Где же нам еще быть? — Падрик утешительно положил пухлую ладонь на живот своей племянницы и послал дочери волшебную улыбку. — А ты, моя родная крошка, хороша, как картинка. Вся в папу.

— Конечно. — Почуяв приближение очередной схватки, Ана твердо схватила Моргану за плечи. — Расслабься, милая, дыши глубже.

— Может, дать ей стеблелиста? — предложил Падрик.

Ана, подумав, тряхнула головой.

— Пока не надо. Она вполне справляется. Впрочем, принеси мою сумочку. Понадобятся кое-какие кристаллы.

— Сей момент. — Падрик поднялся, взмахнул рукой, открыл ладонь, на которой лежала веточка вереска в полном цвету. — Это еще откуда? — пробормотал он, повторяя свой вечный фокус. — Возьмите. — И удалился.

Моргана провела веточкой по щеке.

— Милейший человек на свете.

— Избалует двойняшек, если позволишь. Папа просто помешан на детях. — Связанная прочной! связью с кузиной, Ана знала, что ей гораздо хуже, чем кажется. — Скоро тебя наверх отведем.

— Еще рано. — Моргана пожала руку Аны. — Как хорошо, что все здесь. Где тетя Морин?

Мама на кухне. Наверняка спорит с тетей Камиллой из-за моей похлебки.

Моргана зажмурилась с легким стоном.

— Господи, я бы целый галлон съела.

— Потом съешь, — пообещала Ана и подняла глаза, заслышав наполнивший комнату грохот цепей и страдальческие стоны. — Кто-то пришел.

— Бедный Нэш. Не может успокоиться, все волнуется за свою работу. Это Себастьян?

Ана повернула голову.

— Угу. Критикует вместе с Мэл голограммы. Ох, там еще машина с дымом и летучие мыши…

Кузен вошел быстрым шагом.

Ох уж эти мне дилетанты!

— А Лидия до того испугалась, что визжала и визжала, — докладывала Джесси, описывая ужасы и кошмары в школьном доме с привидениями. — Потом Фрэнки объелся конфетами, его стошнило.

— Похоже, действительно красный день календаря. — Предвидя вариант Фрэнки, Бун припрятал половину сластей, накопленных дочкой в подарочном мешочке.

— Мой костюм мне больше всех нравится. — Выбравшись из машины у магазина Морганы, Джесси завертелась на месте, раздув розовую юбку в звездах. Довольный собой отец наклонился и Расправил крылья из алюминиевой фольги. Почти два дня он ломал голову, как раскроить, сметать и сшить наряд феи. Хотя дело того стоило. Дочка стукнула картонной волшебной палочкой по его плечу.

— Теперь ты прекрасный принц.

— А раньше кем был?

— Гадким лягушонком. — Джесси взвизгнула от смеха, когда он ущипнул ее за нос. — Думаешь, Ана удивится? Она меня узнает?

— Ни за что на свете. Не уверен, что я тебя сам узнаю.

Они решили обойтись без маски, и Бун нарумянил ей щеки, накрасил губы, зачернил веки так, что брови золотом сияли над ними.

— Мы со всей ее семьей познакомимся, — напомнила Джесси отцу, как будто он нуждался в напоминании. Всю неделю волновался. — А я снова увижу собаку и кошку Морганы.