Ольга Резниченко - Черта

Мне казалось, что у нас с Аристархом… все больше как…

(… черт, и снова эти его слова всплывают)

Нет, не от скуки… но что-то вроде дружеского,

уважение, поддержка…

А Тим, Тим… когда я узнала, что человек, который мне безумно нравиться, которого я люблю — меня ЛЮБИТ, всё как будто рухнуло.

Сорвалась.

НО и Стаха я люблю. Люблю…

… и знаешь, теперь, теперь, когда я узнала о его чувствах…

Теперь еще эта привычка…

И я уже не знаю, что чувствую…

Я запуталась.

— Так остановись! Остановись, пока еще не поздно!

— Поздно, Лера. Слишком… поздно, — (спешно отвернулась, перекатилась на бок).

— Он простит тебя…

(немного помолчала)

— Может… и простит. А вот я — не смогу. Не смогу себя простить.

Не смогу переступить, что сама натворила.

Сколько боли ему причинила…

Не смогу жить, зная…. что эта измена, этот мой поступок, всегда будет между нами,

… пусть даже и в прошлом.

— И потому ты просто уйдешь к Тимуру?

— Да.

… наверно.

Не знаю.

Ладно, давай спать. А то завтра рано вставать.

И день будет не из легких…

— Юля…

— Стах, давай не будем…

(едва дышу… от боли)

Давай, я просто соберу свои вещи и уйду.

— То есть, мне даже уже с тобой разговаривать нельзя?

— А зачем?

Зачем… это только сделает нам обоим больно.

— Ладно.

Как хочешь…

Я просто зашел сказать, что уже нашел место, куда переберусь.

Можешь оставаться в этой комнате.

Ты же так радовалась, что рядом со своими девчонками поселилась.

В общем,

… пока ты сегодня будешь на тренировке, я оставшееся заберу.

(резкий разворот, шаг на выход;

вдруг застыл у двери)

— Я люблю тебя.

Еще шаг — и скрылся в коридоре…

БОГ МОЙ!

(рухнула, рухнула на кровать… в диком рёве…)

Что же я делаю???

ЧТО???

… но назад пути НЕТ.

(Лера)

Юля тоже переехала…

но не к Тимуру —

на совершенно другое… место.

Не выдержала натиска воспоминаний и собственных упреков.

… отношения с Авдеевым стали развиваться, но

скрытно…лишь наедине проявляли друг к другу чувства

(бывало, порой, как нагряну не звано — так потом и краснеем все вместе…

до колик в душе)

В общем, жизнь постепенно стала набирать обороты,

… рваться вперед

и так до тех пор, пока вновь не уткнулась в стену…

— очередное задание.

(вероятность встречи с Жуками едва перевалила за 7 %, но сложности, тем не менее, не убавила…)

Где-то в одном из зданий (браво, что хоть город вычислили), небезызвестной всем нам организации "Северное сияние", находилась заложница — одна из наших, Малена Данаем.

Цель — найти ее и доправить домой.

Вся наша группа в деле.

Вот только огромное количество пробелов в информации, обширное поле для поисков — не слишком вдохновляло на подвиги героя.

Действовать вслепую — едва не полоумный бред.

Не так ли?

И всё же…

… мы собрались в кабинете Тимура — и давай разрабатывать план.

Разбиться на группы, рассредоточиться по объектам…

…

Черт, и снова я бреду сама. Юлька с Артемом пошли верхние этажи прочесывать, а я с Жуковым — подвал.

— Ты — направо, я — налево. Если что — кричи.

(скомандовал Димка и тут же скрылся во тьме)

— Давай…

…

И кто придумал, вообще, эти подвалы?

Крысы, дохлые (да и живых немало) коты,

вонь канализации…

монотонная, но, тем не менее, жуткая капель из проржавелых труб и неисправных кранов…

сырой воздух и сводящий с ума полумрак;

… ночлеги бомжей, места сборов наркоманов…

Бог мой, и куда меня лихой снова тащит?

Руки давно уже предательски дрожат, а рассудок, рассудок испугано реагирует на каждый шорох.

Куда я забрела? Черт его знает.

заблудилась…

Просто… кабздец!

(нет, здесь явно не избежать ругательства)

Ловкий прыжок — и по трубе теплотрассы пробраться через проем в стене в соседнюю комнату.

Прыжок — и бухнуться, спуститься вниз…, подняв гадкое облако пыли…

Звук? Что это за звук?

Что-то шевелиться?

Крепче (нервозно) зажала ствол,

попытка подсветить фонариком…

Секунды на осознание, на сомнения и страх — и тут же кинулась к ней.

— Спокойно, тише… Все хорошо. Я выведу тебя отсюда.

Мать твою!

На нее было просто жутко смотреть.

Избитая, изрезанная… Черные мешки под глазами (от истощения, худосочия и усталости);

ссохшиеся, поморщенные от дикой жажды губы…

гадкие, иссиня-черные, желчно-рыжие отеки, синяки, багровые разводы засохшей крови… просто измазали все ее тело, не оставив и малейшего местечка живым, нетронутым.

Разорванная одежда… о многом… жутком, мерзком говорила,

… и что еще хуже — все эти следы мог оставить… лишь только человек, лишь животное с необоснованным названием — "человек".

Попытка держать себя в руках (а хотелось выть от ужаса).

Глубокие вдохи — и замирать перед каждым выдохом, дабы сдержать писк, стон боли и жути. Слезы невольно навернулись на глаза — предательски мешая следить за точностью своих движений…

Едва ли не на ощупь всунуть шпильку в замок наручников — еще, еще немного, и наконец-то высвободить бедную из оков. Обняла, прижала к себе девушку.

(дергается, толкается (едва не детским напором из-за отсутствия сил), пинает меня ручонками

… мычит, кричит, тихо плачет)

— Малена, прошу, успокойся. Все хорошо…

Сейчас мы тебя выведем. Все хорошо…

Свои.

(и снова мычит, отчаянно мотает головой, пытается отползти куда-то назад)

Взять под руки, крепко обнять за талию (насильно) — и двигаться хоть куда-нибудь, искать выход…

— Жуков, я нашла ее. Встретимся на выходе. —

(буду пытаться вспомнить, как сюда забрела) —

Жуков, ты меня слышишь?

Черт, и зачем говорить, что "коль что случиться", то он будет тут как тут. Идиот хренов…

— Дима! Ты меня слышишь?

— Он? — нет.

А вот я — да.

(током прострелили в мозгу слова;

нервно дернулась с места)

(попытка развернуться, но тут же "незнакомец" вдавил мне в затылок… твердый предмет… — инстинктивно замерла)

— Не — э - э! Так не пойдет.

Медленно, так чтобы я видел,

… отбрось свою пушку в сторону,

а затем — девушку все так же тихо опусти на пол…

И без самодеятельности, крошка.

Тяжело сглотнула;

(сердце упало куда-то вниз и тяжело забило в глухой колокол)

за и против — попытка анализа… и логики

(быстро, молниеносно метались мысли в голове, словно обжигаясь о стенки рассудка)

итог

— подчиниться,

да еще так, чтобы ненароком не вычудить что-то нелепое, неверное,

неоднозначное…

— Чего стоим, ждем? — вмиг стукнул меня, вновь пнул в затылок,

заставляя уже отчетливей почувствовать округлость холодного дула…