Нора Робертс - Прилив

Анна продолжала выгружать на стол купленные овощи.

Когда рядом со сладким перцем появился пакетик грибов, Грейс чуть не сказала, что Этан не любит грибы, но вовремя спохватилась.

— Теперь это твой дом. Ты, наверное, захочешь все переделать по-своему.

— Не буду спорить. Я подумывала о кое-каких изменениях. Ты не нальешь лимонад? У меня уже слюнки текут.

«Изменения. Вот оно, начинается», — с горечью подумала Грейс, наливая лимонад в два стакана и в пластмассовую чашечку для Обри.

— Иди сюда, малышка, только не расплескай.

— Ты не хочешь спросить меня, какие изменения? — удивилась Анна.

— У меня нет на это права.

— С каких это пор мы заговорили о правах?

Услышав раздраженный тон Анны, Грейс вскинула голову.

— Я работаю на тебя… во всяком случае, пока.

— Если ты собираешься заявить об уходе, то точно испортишь мне настроение, и не на один день. Мне плевать на болтовню об эмансипации. Не успею я остаться в этом доме одна с четырьмя мужиками, как на меня скинут девяносто процентов домашних дел. Может, не сразу. — Анна зашагала туда-сюда по кухне. — Но именно этим все закончится. И никто не вспомнит, что я работаю полный рабочий день. Кэм ненавидит домашнюю работу и сделает все, что угодно, лишь бы улизнуть от нее. Этан достаточно аккуратен, но, чтобы заставить его что-то сделать, его сначала надо поймать. А Сет, ну, Сету десять лет, и этим все сказано. Филип бывает здесь только в выходные, и легко предугадать его главный козырь: «Не я тут пачкал, не мне и убирать». Анна резко развернулась:

— Ты все еще собираешься сказать мне, что уходишь?

Грейс опешила. Она впервые видела Анну в ярости и не могла не признать: зрелище — впечатляющее.

— Ты заговорила об изменениях, и я решила, что ты хочешь меня уволить.

— Я бы хотела сменить обивку на диване и сделать новые подушки, — нетерпеливо сказала Анна, — а не потерять человека, от которого, как я прекрасно понимаю, зависит мое душевное здоровье. Неужели ты думаешь, что я не знаю, кто позаботился о том, чтобы я не вернулась в дом, полный немытой посуды и грязного белья? Я что, по-твоему, похожа на идиотку?

— Нет. Я… — Грейс вздохнула с облегчением. — Я из кожи вон лезла, чтобы ты заметила.

— Ну, ладно. — Анна с теплотой посмотрела на нее. — Почему бы нам не присесть и не начать сначала?

— С удовольствием. Прости меня.

— За что?

— За все гадости, что я думала о тебе в последние дни. — Грейс улыбнулась во весь рот. — Я забыла как сильно ты мне нравишься.

— Грейс, я здесь в подавляющем меньшинстве, и мне просто необходима чья-то помощь. Я не знаю точно, как Куины привыкли жить, и, поскольку я здесь чужая…

Грейс в изумлении раскрыла рот.

— Ты не чужая. Ты жена Кэма.

— А ты была частью его жизни, частью жизни их всех гораздо дольше. — Увидев, что Грейс собираемся что-то возразить, Анна подняла руки, — Ладно, сдаюсь. Давай проясним все до конца и забудем. Делай все, что делала до сих пор, и я буду счастлива. И благодарна тебе, поскольку смогу сосредоточиться на своем браке, на Сете, на своей работе. Мы все прояснили? — и поскольку я чувствую, что ты добрый и чуткий человек, признаюсь: я нуждаюсь в тебе гораздо больше, чем ты — во мне. Так что я сдаюсь на твою милость.

Грейс засмеялась, и на ее щеках появились ямочки.

— Мне почему-то кажется, что для тебя нет ничего невозможного.

— Может быть, но клянусь, я не желаю быть волшебницей. Грейс, не оставляй меня без поддержки. Одной мне не справиться со всеми этими мужчинами.

Грейс помолчала, задумчиво покусывая губу.

— Если ты собираешься переобить диван в гостиной, придется сменить шторы.

— Я тоже так думаю.

Женщины были довольны, что их мнения совпадают.

— Мама, хочу писать!

Грейс вскочила и подхватила на руки отчаянно прыгавшую на одной ножке Обри.

— Мы сейчас вернемся.

Анна рассмеялась, закатала рукава и взялась за свой фирменный соус. Приготовление любимых блюд всегда успокаивало ее. И доставляло удовольствие, тем более сейчас, когда она не сомневалась, что делает еще один шаг в деле покорения Куинов. И ей явно удалось подружиться с Грейс.

Анна всегда мечтала о дружеских отношениях с соседями — преимуществе маленьких городков и тесных общин на окраинах больших городов, таких, как итальянский район Питсбурга, где она выросла. Одна из причин, почему ей не нравился Вашингтон — недостаток общения с окружавшими ее людьми. Вроде они есть, и в то же время ощущаешь почти полный вакуум.

И вот теперь она подружилась с женщиной, которой искренне восхищалась.

Когда Грейс и Обри вернулись в комнату, Анна улыбнулась:

— Столько кошмаров слышишь от родителей, приучающих детей к горшку.

— Ну, удачи и неудачи чередуются. — Грейс чмокнула Обри и опустила ее на пол. — Обри у нас хорошая девочка, правда, малышка?

— Я не намочила трусики и получу монетку для свинки-копилки.

— Анна расхохоталась, и Грейс пришлось выдать свой педагогический секрет:

— Взятки тоже помогают.

— Голосую за взятки двумя руками.

— Я пойду, закончу с уборкой.

— Ты спешишь?

— Не очень. — Грейс искоса взглянула на кухонные часы. Пожалуй, у нее есть еще час до возвращения Этана.

— Может, составишь мне компанию, пока я вожусь с соусом?

— С удовольствием. — Как давно она не сидела без дела в кухне, болтая с другой женщиной! Почти забыла это простое удовольствие. — Сейчас начнется детская передача. Обри ее обожает. Не возражаешь, если я усажу ее перед телевизором, а пылесосить закончу после передачи?

— Великолепно.

Анна ловко, как заправский повар, нарезала помидор и бросила его тушиться в кастрюльку. — Я никогда не готовила соус из свежих помидоров, — заметила Грейс, вернувшись в кухню. — Всегда пользовалась готовым.

— Уходит больше времени, но поверь: результат того стоит. Надеюсь, ты не подумаешь, что я сую нос не в свое дело, но я слышала о случившемся на днях в баре.

Грейс изумленно замигала и совсем забыла, что собиралась запомнить ингредиенты соуса.

— Тебе рассказал Этан?

— Нет. Чтобы заставить Этана что-то рассказать, пришлось бы тянуть его за язык. — Анна вытерла руки о фартук. — Хочу, чтобы ты знала — мною движет не праздное любопытство; может быть, я чем-то смогу тебе помочь. У меня есть некоторый опыт в таких делах. В попытках изнасилования.

— До изнасилования не дошло, хотя, если бы не Этан… — Грейс не закончила фразу, даже сейчас похолодев при мысли о том, что могло случиться, — Ну, к счастью, он оказался рядом. Я сама виновата, надо быть более осторожной.

Перед мысленным взором Анны мелькнула пустынная темная дорога, она будто снова испытала, как ее швыряют на землю, как гравий впивается в спину…