Рода Лермэн - Ночи в раю

Элекси открыла холодильник, вынула оттуда яйца, сыр и бекон. Рекс подождал, пока она поставит жариться бекон и взобьет яйца, и налил им по кружке кофе.

— Я, наверное, готовлю лучше, чем ты, — предупредил он ее.

— Прекрасно. Ты сможешь продемонстрировать мне это завтра!

Господи, она только что решила, что его не следует никак принуждать, и вот сама высказывает предположение, что они завтра будут завтракать вместе.

— Я докажу тебе, — гордо пообещал он.

Элекси вздохнула и попросила передать ей терку для сыра. Посыпав тертым сыром омлет, она обвела взглядом полки. Что-то было не так, но что? Она никак не могла понять. Может быть, Рекс переставил банки и сдвинул вещи? Нет, вряд ли.

Элекси положила омлет в тарелки и быстро перевернула ломтики бекона, пока они не подгорели. Ей следовало поджарить раньше бекон, выругала она себя. Рекс, наверное, действительно готовит лучше. Почувствовав на себе чей-то взгляд, Элекси быстро повернулась. Рекс тихо поднялся по лестнице из подвала и стоял, наблюдая за нею. У Элекси защемило сердце от нежности.

— Твои волосы в ужасном беспорядке.

— Ах, простите меня. Я только что вернулась после самой необыкновенной в моей жизни ночи любви.

— Я тронут, мадам!

Она засмеялась и легонько поцеловала его. Кухня наполнилась чадом — начал подгорать бекон. Элекси быстро сняла сковородку с плиты и зарядила тостер. Рекс разливал в стаканы сок и наливал кофе.

Они съели все до кусочка. Элекси решила, что у влюбленных жуткий аппетит. Утолив голод, они вдвоем отправились в душ. Рекс не мог прийти к решению, где же ему больше всего нравится заниматься с ней любовью: на пляже, в теплом душе или на постели с приятно пахнущими свежими простынями, которые выбрала сама Элекси.

Рекс был уверен, что выбор места не имел решающего значения. Все на свете, кроме их любви, потеряло значение, они любили друг друга. В полдень они уснули, крепко обнявшись, уставшие, но довольные и удовлетворенные. Рекс проснулся, когда уже начало темнеть.

Элекси продолжала спать. Ее волосы высохли и пахли нежными цветами, разметавшись золотой спутанной волной на ее плечах. Он поднес прядь к губам, потом застыл в восхищении, когда отбросил локон и тот красиво упал на ее грудь.

Рекс тихо встал с постели и посмотрел в окно. Потом надел джинсы и спустился по лестнице на кухню. В морозильнике он нашел замороженные антрекоты, положил их на стол, поставил печься картофель в духовку и сварил кофе. Закончив эти приготовления, он решил взять лист бумаги и составить фамильное дерево героя своего романа, чтобы окончательно решить, кто же из его родственников убивал всех остальных членов семьи.

Элекси проснулась с ощущением счастья и покоя. С закрытыми глазами она протянула руку, чтобы коснуться Рекса, но поняла, что его нет рядом с ней.

Она села на кровати и посмотрела в окно. Уже стемнело. Элекси поняла, что опять наступил вечер. У нее забилось сердце, глядя на пустую подушку, на которой спал Рекс. Элекси молила Бога, чтобы он не ушел. Сейчас она, как никогда хотела быть с ним. Она быстро накинула махровый банный халат, пригладила волосы и начала спускаться вниз. Остановившись и держась за перила, Элекси вздохнула от облегчения: он был здесь, она слышала его голос. Он с кем-то разговаривал, но с кем?..

Элекси нахмурилась и, поплотнее запахнув халат, тихо сошла вниз по ступенькам.

Рекс был в гостиной. Элекси быстро прошла по холлу. Здесь она замерла, стараясь не смеяться, пока он не увидел ее.

Рекс метался с одного конца комнаты в другой, в руках у него была ручка и бумага.

— Нет, нет, нет, нет. Тогда остается только дворецкий. А у него нет причин делать это. Я хочу сказать, что этот чертов дворецкий просто не мог этого сделать!

— Ну и нет! Еще как посмотреть на это дело. Он мог это сделать! Мог! Пусть этот бедняга сделает это, и ты освободишься! — воскликнула Элекси.

Застигнутый врасплох, Рекс резко повернулся к ней. Сначала его лицо было удивленным, потом растерянным, затем он засмеялся.

— Ты меня подловила, правда?

— Ты всегда разговариваешь сам с собой?

— Ты же разговариваешь с картинами.

— Хорошо, хорошо, ничья! — согласилась она.

Элекси вошла в комнату и уютно устроилась на удобный диван кремового цвета.

— Расскажи мне обо всем. Почему дворецкий не может быть убийцей? Может, я смогу тебе помочь?

Секунду Рекс с сомнением смотрел на нее. Потом пожал плечами, улыбнулся и сел рядом.

Элекси внимательно слушала, пока он развивал замысел книги. Ее поразило, что его герои вскоре стали для нее реальными людьми. Такими же живыми, какими они были для него. Она могла объяснить ему, почему тот или иной герой мог вести себя именно так, а не иначе. Элекси была довольна, что Рекс прислушивался к ее замечаниям. Потом он поцеловал Элекси, взял свои бумаги и ручку и снова принялся за работу.

Элекси была в восторге.

— Для тебя что-то прояснилось? — спросила она его.

— Теперь, да.

Он помолчал, глядя на нее.

— В духовке печется картофель. Антрекоты на столе. Поставь их тоже в духовку и приготовь, пожалуйста, салат. Я обещаю, что приду и все съем.

Элекси улыбнулась, нежно провела по его волосам, но не была уверена, что он заметил ее уход.

Самсон и котята находились на кухне. Огромный пес растянулся на полу, а крохотные пушистые шарики пристроились между его громадными мощными лапами.

Она только поставила антрекоты в духовку, когда крепкие руки обняли ее.

— Как идут дела? — спросил Рекс.

— Дорогой! Ты уже прикончил всех своих героев?

— Да… благодаря твоему внимательному разбору замысла. Все получается так интересно, но запутанно!

— Сэр, я не помню, чтобы нас кто-то представил друг другу. Не пора ли познакомиться?

— Если мы не были до сих пор знакомы, мое золотко, то мы обязательно познакомимся поближе, — сказал он и прижал ее к себе. — В чем дело? — спросил он, видя тревогу в ее глазах.

— Не обращай внимания, все в порядке.

— Нет, опять что-то случилось, я же вижу!

— Ты так хорошо разбираешься в моем выражении лица?

— Так в чем дело?

— Ну, ты мне просто не поверишь, — пробормотала она.

У него сжались губы.

— Я никогда не сомневался в правоте твоих слов, Элекси. Не томи, быстро говори, что произошло?

Она вздохнула и высыпала половину солонки на свой антрекот.

— Я не знаю. Мне кажется, что это все так глупо. Рекс, только ты не вздумай смеяться надо мной. У меня такое ощущение, что кто-то опять побывал в доме.

Он жевал кусочек мяса, не отводя от нее глаз.

— С чего ты это решила?

— На кухне, например, передвинуты некоторые предметы.

— Какие?

— Банки с сахаром и чаем.

Он оглянулся.

— Может, это я передвинул их, когда готовил кофе?