Кэтрин Харви - Бабочка

Сидящие в зале заволновались. Зрители на последних рядах стали переговариваться. Сенатор Чандлер призвал всех к порядку.

— Я хотела бы добавить, уважаемые господа, — продолжала Беверли, — земля, которую Вебстер отводит под птичий заповедник, совершенно непригодна для строительства, по мнению его консультантов, но она прежде всего непригодна для птиц. Я подробно изложу все в моей записке. Вебстер собирается осваивать заводи, болота, которые образовались в результате приливов. Птицы, животные здесь живут тысячелетиями и хорошо адаптировались к этим условиям. Я предлагаю следующее: Вебстер отказывается от своей затеи и получает компенсацию за инвестиции, включая проценты. Мой фонд и многие другие организации, которым судьба страны небезразлична, готовы выплатить компенсацию. А земля, из-за которой столько много споров, должна быть заповедником.

Мисс Хайленд попросила Боба Мэннинга приехать встретить ее в Санта-Барбару на роллс-ройсе. Вместе с Бобом приехал Джонас Буканан, и сейчас они ожидали личный самолет мисс Хайленд.

Удивительно, думал Джонас, как изменилась его жизнь с того дня, когда девять лет назад он познакомился с мисс Хайленд. Он прекрасно помнил их первую встречу и с каким нежеланием он пошел на нее. Джонас сидел у бара в одном тихом ресторане, внимательно разглядывая блондинку, сидящую за столиком в углу. У него не было никакого желания подходить к ней, но вспомнив щедрое вознаграждение, которое она посулила ему за работу, он пересилил себя и подошел поговорить о деле. Что было бы, если бы он поступил иначе? Что было бы, если бы он отказался вести дело мисс Хайленд? Это был бы самый глупый поступок в его жизни. Но он принял верное решение и поступил очень мудро, согласившись работать на нее.

Когда он ушел из полиции, его единственным желанием было вести спокойную размеренную жизнь и иметь достаток. Сейчас он, сын простого железнодорожного рабочего, имел все, о чем мечтал, — интересную работу с хорошей зарплатой и был предан своему боссу. В 1976 году он перешел на работу к Хайленд, до этого три года работал частным детективом и имел свой скромный офис на Мелроуд. Как только он начал работать на мисс Хайленд, она предоставила ему под офис шикарное здание в респектабельном районе, в его распоряжении был также небольшой штат сотрудников. Он работал только на мисс Хайленд, возглавив службу безопасности предприятий, принадлежащих ей. Джонас вел дела как частных лиц, так и корпорации. В частности, он занимался изучением проекта Вебстера, наводил справки о финансовом положении Дэнни Маккея. Джонас расширил штат сотрудников, на него работали частные детективы. Все они были задействованы в поисках матери и сестры Беверли. Они объехали Калифорнию, а также юго-западную часть Америки. Человек Джонаса, работающий в Санта-Барбаре, наконец напал на след Наоми Берджесс. Но разработка плана поиска полностью принадлежала Джонасу.

Ожидая прибытия самолета Беверли, Джонас думал о своей жизни и работе, вспомнил, как он открыл частное сыскное агентство на Мелроуд. Иногда было так трудно, что он даже жалел, что ушел из полиции. Теперь он ездил на мерседесе, жил в дорогом доме в престижном районе, имел такое количество подруг, что не мог уделить всем достаточно внимания. Джонас с самого детства был уверен в том, что он обязательно достигнет положения в обществе. У него было много достоинств: ум, знание жизни, хорошее образование и сильный характер. Джонас прекрасно понимал, что без мисс Хайленд он не достиг бы всего. Она предоставила ему полную свободу действия и полностью поддерживала его. Она никогда не вмешивалась в ход расследования, никогда не интересовалась финансовой стороной.

Джонас настойчиво искал мать и сестру Беверли, и она была очень признательна ему за это. Она никогда не сердилась, если не было результатов, не угрожала увольнением, была благодарна просто за участие. Джонас иногда думал, что мисс Хайленд — удивительная женщина. Благодаря ей он изменил свое мнение о белых женщинах. Джонас находил Беверли привлекательной для белой женщины, даже умной. Он видел, как изменились ее кафе благодаря ее решительности, энергии и смекалке. У Беверли он научился строить дерзкие планы и претворять их в жизнь. Беверли, считал Джонас, была практична, хитра, опытна. Ему было непонятно, где она научилась так хорошо разбираться в людях.

Боб Мэннинг вышел из машины навстречу Беверли. Она была без Мэгги, которая ее всегда и везде сопровождала.

— Спасибо за то, что позвонил, Джонас, — сказала она, садясь в машину.

Запах духов Беверли напоминал какой-то цветок, но Джонас никак не мог вспомнить какой. Она, как всегда шикарно выглядела, волосы были уложены, костюм сидел превосходно. Ей было сорок два года, но выглядела она намного моложе. Если бы Джонас не видел ее свидетельства о рождении, он дал бы ей лет тридцать пять.

— Как прошло слушание? — спросил он.

— Прекрасно, я думаю, мы выиграем дело, в этом и твоя заслуга. Результаты твоего исследования очень помогли.

Она улыбнулась очень грустно, — подумал Джонас.

Затем она сказала очень тихо:

— Отвези меня теперь, пожалуйста, к маме.

Они приехали на протестантское кладбище. Беверли не была верующей, так же как и ее мать, но была благодарна тем, кто похоронил ее в благословенной земле. Надпись на надгробье была проста: Наоми Берджесс. 1916–1975. Спи спокойно.

Беверли встала на колени. По ее щеке скатилась слеза.

1975 год. Я тебя тогда искала. Мы были совсем близко. Нас разделяла всего сотня миль. Мы видели восход над одним океаном, и там, и здесь шли одни и те же дожди, дул один и тот же ветер, мы читали одни и те же газеты, слушали одну и ту же музыку. Как жаль, что тогда я ничего не знала о тебе!

Джонас смотрел на нее из машины и упрекал себя в том, что нашел ее мать слишком поздно. Он бы отдал все за то, чтобы Беверли застала свою мать живой. Но Наоми Берджесс пряталась от полиции, она делала все, чтобы ее не нашли. Джонас разработал новую тактику поиска, которая дала положительные результаты. Сначала его помощники просмотрели все книги учета умерших, потом проверили все кладбища в Калифорнии, не пропустив ни одного. У Джонаса было предчувствие, что это был единственно правильный путь. Так оно и оказалось, когда ему позвонили и сообщили, что нашли могилу Наоми на одном из кладбищ Санта-Барбары, комок подступил к горлу. Этой вести он больше всего опасался, не хотел сообщать он Беверли, что ее мать скончалась.

Беверли вернулась к машине. Он был полностью уверен, что слезы женщины не могут тронуть его, но сейчас это оказалось не так. Он с трудом подавил в себе желание обнять ее и успокоить.

Боб Мэннинг уверенно вел машину по улицам Санта-Барбары мимо роскошных особняков и многоквартирных домов. Он остановился около старинного дома, который был не в очень хорошем состоянии. По своей архитектуре он походил на дом Хэйзл в Сан-Антонио, но только был довольно блеклый. Из окон не лились звуки музыки, и машин у подъезда не было. Перед домом был небольшой дворик, заросший смоковницей, ко входу вела посыпанная гравием дорожка. Малыши возились в песочнице, за ними приглядывала немолодая женщина.