Кэтрин Николсон - Шелк

– Вот так-то лучше!

Она оглянулась. Дион стоял в дверях, поглаживая свой свежевыбритый подбородок. Этот человек умел наслаждаться жизнью. Жанна вспыхнула. Зачем, собственно, он побрился? Ради лошадей или… для нее? Может быть, Дион наконец понял? Она вскочила с места, совсем забыв о сумочке. Ключи, паспорт и флакончик духов с грохотом вывалились на пол. Дион, нимало не удивившись, подобрал их и вручил Жанне.

– А ты, я вижу, запаслась на все случаи жизни.

– А почему бы и нет? – огрызнулась она, покраснев еще гуще.

Господи, как трудно быть женщиной! И когда же ей удастся к этому привыкнуть?

Дион торжественно протянул руку, помогая Жанне сойти с подножки поезда.

– Прямо как в Ницце, верно?

Она подозрительно взглянула на него. Может, Дион близорук, как Джули? Эта грязная платформа меньше всего напоминала Лазурный берег. И все же в чем-то он, пожалуй, был прав. Жанна шла под яркими лучами солнца, в которых крутились пылинки, и думала о том, что приняла верное решение. Дион простой, легкий человек, с ним можно разговаривать без всяких церемоний и формальностей. Он – настоящий скваттер, кошка, которая гуляет сама по себе.

Таксист долго кружил по лабиринту ливерпульских улочек и наконец высадил их в доках. Жанна вышла из машины и тут же пожалела, что, следуя совету Лианы, не взяла с собой свитер: с реки дул холодный ветер.

– А я думала, мы едем на скачки.

– Так оно и есть.

И Дион указал на гавань, где весьма безобразные на вид, толстопузые паромные суда со скрежетом терлись о причал, готовые к отплытию. Потом он схватил Жанну за руку и припустил бегом. Она и опомниться не успела, как оказалась на залитом бензином трапе, а еще через несколько мгновений – в темном трюме, где стояло отвратительное зловоние. Вокруг громоздились горы наваленных друг на друга кузовов грузовиков; цепи позвякивали в такт волнам, бьющимся о борт. От оглушительного рева двигателей дрожала стальная обшивка. Жанна с ужасом посмотрела на Диона.

– Но… – начала она, пытаясь перекричать адский шум. – Я ничего с собой не взяла, я же не знала… Почему ты не предупредил?

– Дженьюри, дорогая моя, мне самому эта мысль только что пришла в голову! Не беспокойся, все будет прекрасно. – Дион самодовольно улыбнулся. – Предоставь мне решать все проблемы.

– Ну, что ты по этому поводу думаешь? – Дион откинул одну из верхних коек, с торжеством демонстрируя сложный механизм. – Хитроумная штучка, а?

Жанна кивнула, не зная толком, что ответить. Все произошло слишком быстро. Еще несколько минут назад под ногами у нее был твердый асфальт, а сейчас… Она окинула каюту неодобрительным взглядом. Белая, просто обставленная. Монашеская келья да и только. И все же в это крошечное помещение ухитрились втиснуть четыре койки.

– Пожалуйста, убери ее, – попросила Жанна, стараясь говорить спокойно. С разложенной койкой здесь стало совсем тесно. Того и гляди врежешься в Диона.

Он пожал плечами, но выполнил ее просьбу. Его улыбка напомнила Жанне Веселого Роджера [33] Черный пиратский флаг с изображением черепа и скрещенных костей. .

– Спасибо. – Жанна уселась на нижнюю койку, потом, поразмыслив немного, встала. – А почему бы тебе… – Она лихорадочно искала предлог выставить Диона из каюты. Ей надо побыть одной, чтобы прийти в себя от неожиданности и собраться с мыслями. – Может, подождешь меня в баре?

– Отличная идея, – с важным видом кивнул Дион. – Только не задерживайся. А то меня возьмет на абордаж какая-нибудь пиратка.

Пока Жанна придумывала подходящий ответ, он уже вразвалочку, как прирожденный моряк, шел по узкому коридору.

Жанна быстро вымыла руки, причесалась и подмазала губы, пытаясь убедить себя, что озноб вызван исключительно вибрацией моторов. Потом все-таки неодобрительно огляделась по сторонам. Уж слишком здесь голо. И эти койки… О них следует забыть.

Вспомнив о разных трюках, которые проделывала со светом команда Фернана, Жанна выключила большую лампу на потолке и люминесцентную трубку над зеркалом. Полутемная каюта, освещенная только крошечными ночниками, выглядела гораздо уютнее. А теперь последний раз взглянуть на себя в зеркало – и пора отправляться в бар.

Но не слишком ли здесь жарко? Она вытерла носовым платком вспотевшее лицо. Регулятор обогрева был высоко над дверью. Потянувшись к нему, Жанна вдруг почувствовала легкую дурноту и присела на койку. И вот тут-то она наконец заметила качку. Резкие броски то вправо, то влево, сменяющиеся обманчиво долгими периодами затишья. В ожидании очередного рывка мускулы напрягались до боли, но каждый раз новый толчок заставал ее врасплох.

Вставать с постели почему-то не хотелось. Наверное, она устала. Все говорят, что путешествовать – дело утомительное. Надо посидеть немного с закрытыми глазами, через несколько минут ей будет лучше.

Но, закрыв глаза, Жанна явно совершила ошибку: теперь качка ощущалась еще сильнее.

Очень-очень медленно, словно хрупкий стеклянный сосуд, Жанна опустила голову на подушку. Стало чуточку легче. Но желудок… он жил собственной жизнью, проделывая причудливые сальто-мортале в такт волнам.

В помутившемся сознании промелькнула мысль о том, что платье помнется, что в баре ее ждет Дион и поэтому надо, обязательно надо встать. Но все это казалось каким-то далеким и нереальным. Реальными были только пересохший рот и предчувствие того, что ее скоро вывернет наизнанку. Да еще этот отвратительный запах дизельного масла. Ужасный тошнотворный запах, заполнивший всю каюту. Жанна решила, что она умирает, отравившись ядовитыми парами. Впрочем, мысль о смерти ее не пугала. Напротив, в ней было что-то манящее, чистое и холодное.

И вдруг тело Жанны содрогнулось от ужасного спазма. Желудок встал на дыбы, словно ошпаренный кипятком, и она едва успела добежать до раковины.

Жанна сидела, согнувшись пополам, почти теряя сознание, а потому не заметила, как в каюту вошел Дион. Но, встретившись с ним глазами, Жанна поняла, что они товарищи по несчастью. Дион направился к койке, передвигая ноги еле-еле, как дряхлый старик.

Объяснений не требовалось. Они лежали неподвижно, как две статуи на мраморном надгробии. Все условности были забыты: время, казалось, остановилось, и бежать от этого кошмара было некуда…

Паром пришел в порт, опоздав на два часа. Но это уже мало волновало пассажиров, которые один за другим появлялись из его недр – бледные, трясущиеся, похожие на привидения. Жанна и Дион присоединились к длинной понурой очереди, выстроившейся у трапа. Ими владело одно-единственное желание – поскорее убраться с парома, который все еще покачивался, беззвучно ударяясь об обшивку пирса.