Робин Карр - Нечаянная радость

Прежде чем подниматься в горы, они проезжали немного дальше на север, чем всегда, потому что сильнее всего осенние краски буйствовали именно у подножий. Чем выше они поднимались, тем прохладнее становилось и чаще начинали встречаться сосны, ели и пихты, и преобладал густой, темно-зеленый цвет.

Уолт, который ездил в горы, наверное, сотни раз, всегда держал про запас удобное место для привала, уютное, красивое и уединенное. Кроме того, повсюду у него находились любимые ресторанчики. Как-то, покатавшись пару часов на свежем бодрящем воздухе, они выехали на поляну.

— Что, уже привал? — спросила Касси, стаскивая с головы шлем.

— Разве ты еще не отсидела мягкое место? Вообще-то пора бы.

— С тех пор как я начала с тобой кататься, мое мягкое место стало еще мягче, — успокоила она его, слезая с мотоцикла. — Какое великолепие!

— Я так и думал, что тебе понравится. Кофе выпьем?

— С удовольствием. Плед будем расстилать?

— Обязательно. — Он расстелил на мягкой траве плед, достал чашки и термос. И сказал, разливая кофе: — Кстати, по-моему, твое мягкое место выглядит просто идеально.

— Тебе незачем им любоваться.

— Правда? Что же ты мне сразу не сказала? А я уже четыре месяца им любуюсь. Теперь боюсь, что уже не смогу от этого отказаться.

Она со смехом взяла у него кофе.

— Мы столько времени с тобой путешествуем, и всякий раз ты находишь новое потрясающее место. Ты меня просто изумляешь.

— А я тебе говорил! На этом свете много есть на что посмотреть. У меня неиссякаемый запас таких мест.

— Но похоже, скоро нашим путешествиям конец, — сказала она, откидываясь назад на пледе и опираясь на локти.

— Почему?

— Становится холодно. Скоро зарядят дожди. А я еще не готова настолько мириться с лишениями.

— Впереди еще довольно солнечных дней, а мы поедем туда, где погода лучше. Ты ведь уже хорошо изучила Соному — мы отправимся на юг, когда совсем уже похолодает. Я круглый год езжу в горы, могу пропустить неделю-другую, но потом все равно выезжаю.

— Во время того твоего путешествия, которое длилось восемнадцать месяцев, наверное, тебя заставала в дороге самая разная погода?

— Еще бы. Однажды в Луизиане я почти попал в настоящий ураган. Но быстренько выехал из него. И то думал, что уже никогда не высохну.

— Вот видишь! — Она повернулась к нему. — Я бы не хотела испытать такое на себе. Ни за что.

Он засмеялся.

— Касси, неужели ты еще не понимаешь, что я никогда бы этого не допустил? — сказал он, беря из ее рук чашку и ставя ее рядом со своей на плоский камень рядом с пледом. Потом произнес: — Иди сюда, — и, взяв ее за талию, осторожно прилег с ней на плед и накрыл ее губы своими.

Она тоже обняла его, отвечая на поцелуй.

Когда он целовал ее вот так, она терялась. Его поцелуи неизменно бывали нежными, бережными, но в них она чувствовала силу, которая не только пробуждала любопытство, но и искушала. Как же объяснить присутствие в твоей жизни человека, без которого уже не мыслишь себя и все же который никак не вписывается в твою жизнь? Ведь она с самого начала смотрела на их отношения как на возможность просто интересно провести время, но ни в коем случае не как на что-то серьезное.

Он приподнял голову и заглянул ей в глаза.

— Ты беспокоишься из-за Бет? — спросил он.

— Нет, у нее все идет благополучно. Я просто подумала… может быть, нам не надо так целоваться?

— Мне казалось, это стоящее занятие.

— Но оно может увести нас на путь, по которому я не готова пойти. Наверное, пора все-таки положить этому конец.

— Я думал, тебе нравится.

— Боюсь, что могу к этому даже чересчур пристраститься, — призналась она.

Уолт засмеялся:

— Вряд ли это возможно. Знаешь что — давай уж бросим это дело с завтрашнего дня? Здесь так уютно, что просто грех этим не воспользоваться. — Он снова потянулся к ней губами, но она уперлась ладонью ему в грудь. — Что не так, Касси?

— Я пообещала себе, что у меня не будет ни с кем ничего серьезного очень и очень долго.

— А ты чувствуешь, что это серьезно? — спросил он, приподняв бровь.

— Мне не хотелось бы.

— Спешить и вправду не стоит. — Он снова начал склоняться над ней, но она снова его остановила. И отметила, что он моментально овладевал собой. Прежних ее мужчин, меньше и слабее его, требовалось останавливать решительнее.

— Что тебя все-таки тревожит? Скажи. Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной чем угодно.

— Сама не знаю… Наверное, мои собственные противоречивые чувства.

— Чувства… по поводу…

— Я провожу с тобой много времени, о чем мы уже только не переговорили. Ты так замечательно ко мне относишься. Мы в самом деле очень сблизились. Но…

— Но?

— Когда я в первый раз заехала в твой магазин, чтобы поблагодарить тебя, и мы выпили кофе, я ни о чем не думала, не загадывала. Скорее стремилась избежать чего-то в таком роде. А сейчас я боюсь, что… это выйдет из-под контроля…

— Тебе не надо бояться, — сказал он. — Ты можешь всегда нажать на тормоза, и не встретишь с моей стороны никаких проблем. Ведь ты это знаешь? Как бы я ни был огорчен, но досаждать тебе не стану. А ты хотя и продолжаешь настаивать, что мы только друзья, но знаешь, что очень мне нравишься. И думаю, что и я тебе тоже нравлюсь.

— Ну…

— Я никуда не тороплюсь, Кэсс. Мы оба это знаем. Так из-за чего ты на самом деле беспокоишься?

— Ну, прежде всего я беспокоюсь, что ты дал мне кожаную куртку за семьсот долларов, это с твоей-то зарплатой…

Он с веселым удивлением вскинул бровь:

— Неужели ты заглядывала в нашу бухгалтерию?

Она шутливо шлепнула его по руке.

— И приходишь ко мне в гости с вином за сотни долларов, когда я привыкла обходиться двубаксовым.

— Касси, я же объяснял тебе, что очень давно мне вообще не на кого было тратиться. Ну, разве что на родителей, но это другое. Я не гоняюсь за деньгами. И я не влез в долги, купив тебе один-два подарка, если именно это тебя тревожит. Бутылка хорошего вина, цветы… Я делал это с удовольствием. И достаточно просто твоего спасибо.

— Спасибо, но все равно я беспокоюсь…

— Это потому, что ты пытаешься позаботиться за меня о моих деньгах, или потому, что боишься быть мне обязанной?

Она отстранила его и села, видимо, время для этого разговора пришло.

— И то и другое, — сказала она.

— Тогда успокойся — я могу себе это позволить, иначе не стал бы тратиться, и это ни к чему тебя не принуждает.

— Это хорошо, что ты так говоришь, но надо еще, чтобы я поверила. Если я скажу, что нам не надо так часто встречаться, ты не обрадуешься, я права?

— Очень права — мне хотелось бы этого меньше всего. И главное — не вижу тут никакого смысла, потому что нам хорошо вместе. Может быть, ты беспокоишься, что когда твои друзья меня увидят, то скажут, что ты сошла с ума?