Роз Бейли - Шопинг-терапия

— Можно войти? — спросила Габриель.

— О, конечно! Разумеется! Ты застала меня в момент отдыха.

— Извини, что побеспокоила, — сказала она, и на ее невыразительном рыбьем лице не отразилось никаких чувств.

Что было в ее словах? Сарказм? Может, она слышала наши стоны и вздохи за дверью гримерной всего лишь несколько минут назад? Или нет?

Может, у меня просто паранойя?

Она вошла и прикрыла за собой дверь.

— Думаю, нам надо поговорить.

Я натянуто улыбнулась. Точно, паранойя.

— В кадровом составе грядут изменения, о которых тебе следует знать.

— Изменения? — у меня сорвался голос.

— Через несколько недель у нас на телевидении Восточного побережья появится новый директор дневных программ. Не проболтайся об этом. Я уже встречалась с ним, и он выразил озабоченность демографическим составом нашей аудитории.

— Да, — я кивнула, еще не понимая, каким образом это может коснуться меня.

— Он намерен расширить сектор молодежной аудитории, а мы все прекрасно знаем, что молодежь любит видеть на экране своих сверстников. Таких, как ты, например.

Я? Конечно, я из молодых. Да, да, да!

— И мы обе знаем, что твой рейтинг не слишком высок, — сказала она.

Ох уж этот гнусный рейтинг! Даже думать об этом не хотелось.

— Но наш новый директор дневных программ хочет поставить на тебя. Он распорядится, чтобы сценаристы раскрутили новое направление сюжета — вокруг тебя. — Она улыбнулась, и удивительно, как при этом не лопнула кожа у нее на лице. — Как ты думаешь, справишься?

Я изо всех сил закивала:

— Конечно! То есть ущипни меня, это сон!

— Но запомни, что эта информация пока не для посторонних, — сказала она, направляясь к двери.

— Не беспокойся! — заверила я ее. В нормальном состоянии я бы обязательно проводила ее до двери, но после наших игр с Антонио я чувствовала себя несколько вялой. — Я сама в этом заинтересована!

Она глубокомысленно кивнула:

— Я вижу.

Слава богу, меня впустили в помещение студии. Рори я не нашла, а Хейли была занята в съемке, но я с удовольствием пристроилась у края съемочной площадки в качестве зрителя. После неприятной встречи с самым большим носом, когда-либо появлявшимся на человеческом лице, я испытывала грусть и разочарование. Я не слишком ясно понимала почему, возможно, потому, что мои собственные родители не доверяли мне, но испытывала двойственное, неясное чувство, которое возникало всякий раз, когда предки принимались воспитывать меня, нечто похожее на зыбкую болотистую почву, и ступать на нее в настоящий момент мне не хотелось.

Я стояла на краю съемочной площадки, наблюдая за тем, как режиссер объявляет кадры и дает последние указания актерам перед съемкой. Готовились к сцене ОПП — оказания первой помощи: героиня Хейли должна была сделать искусственное дыхание кому-то, и ее наставляли, как держать руки, как дышать и тому подобное.

Осветители включили прожекторы, и золотые перья на моей юбке заблестели под их лучами. Я подняла руки и подставила их потоку света, восхищаясь гладкостью кожи, перламутровыми ногтями, напоминавшими по форме миндаль. Почему никто из этих коммерческих гениев до сих пор не обратил внимания на их красоту? Судя по тому, что я видела на просмотрах, те, кто принимает решения, попросту идиоты.

Когда начались съемки, мне трудно было разглядеть Хейли за операторами, осветителями и всеми, кто суетился на площадке, но я поняла, что она в прекрасной форме и нравится режиссеру и его команде. Оно и неудивительно. Поработайте-ка с примадонной вроде Деанны — после этого всякий нормальный человек придется вам по душе.

— Помогите! Кто-нибудь! Помогите! — взывала какая-то женщина на площадке. — Он не дышит!

Хейли мгновенно остановила сервировочный столик на колесах, который она катила по коридору больницы, и кинулась на помощь больному.

— Быстро, позовите врача, — сказала она женщине. — Они все на собрании в северном крыле.

Женщина покинула сцену, а Хейли помогла положить больного на пол, распрямила его и принялась поочередно надавливать ему на грудь и делать искусственное дыхание рот в рот. (Думаю, она просто играла, но выглядело это вполне убедительно.) Спасая умирающего, Хейли одновременно исхитрилась произнести целый монолог, убеждая человека не сдаваться и цепляться за жизнь изо всех сил. Мне хотелось запрыгнуть на сцену и крикнуть ей: «Правильно, детка, разговаривай с ним!» Не каждый день видишь, как оказывают первую помощь умирающему, но Хейли делала это очень убедительно.

Вся съемочная группа явно думала о том же, потому что, когда съемка закончилась, все, начиная с режиссера, зааплодировали, а парень с планшетом сказал ей, что она здорово сыграла. Я кинулась тоже поздравить ее, и она крепко обняла меня.

— Как ты оказалась здесь, дорогая? — спросила она. — Разве у тебя не назначена сегодня встреча с кем-то от Сьюз Орман?

— И не спрашивай! Когда все пошло вкось, я не могла оставаться в одиночестве. Подумала, неплохо бы пройтись по магазинам.

Она сверкнула синими глазами:

— У меня есть VIP-пропуск на покупки в «Блумингдейл», действительный в течение целого дня.

— Это самая приятная новость за сегодняшний день. Можем идти прямо сейчас?

— Я закончила работу. Сейчас только переоденусь и…

— Хейли… Подожди! — Невысокая темноволосая женщина с сантиметром на шее отошла от режиссера и поспешила за нами. — Не забудь, у тебя сейчас примерка. Скоро будем снимать эпизод грандиозной свадьбы, и я не могу допустить, чтобы у тебя во время съемок вывалилась грудь из выреза.

Я нагнулась к Хейли:

— А почему бы и нет. По-моему, здорово было бы для рейтинга.

— Ступай в примерочную и найди это платье, — распорядилась женщина. — Сейчас у меня назначена встреча, но через час я приду и помечу, что надо исправить.

— Хорошо, Джоди, — вежливо сказала Хейли. Я нахмурилась.

— Джоди — наш главный художник по костюмам, — пояснила Хейли. — А тебе будет интересно посмотреть, какие модели она держит на вешалках. Настоящая сокровищница. Почти так же увлекательно, как шопинг.

Если честно, то мне вовсе не хотелось потакать противной тетке, которая посмела распоряжаться временем моей подруги, пока я не зашла в костюмерную и не увидела бесконечную двухъярусную стойку, увешанную плечиками. Сначала это зрелище подавляло, словно ты вошел в склад благотворительной одежды Армии спасения. Но стоило присмотреться, как становилось очевидным высокое качество и стиль платьев.

Я подошла к стойке с белыми летними платьями: юбки в складку, блузки с фестонами, платья без бретелей, платья на бретелях, кружевные тоники. Кроме белых, там были наряды всех цветов и фасонов, короткие и длинные, цветастые и одноцветные, строгие черные и украшенные блестками. Я прошлась вдоль вешалок, время от времени останавливаясь, чтобы присмотреться к необычным фасонам и роскошным тканям.