Джилл Мэнселл - Думая о тебе

Конечно, она не скажет. А если Люси узнает? Тогда легкая, непринужденная атмосфера, царившая в их доме, исчезнет. Люси будет считать себя отверженной и, вполне возможно, переедет.

Джем не хотела, чтобы такое случилось. Более близкого человека здесь, в Бристоле, у нее нет, и потом, Люси — прекрасная соседка.

— Я скажу, если что-то произойдет, — пообещала Джем. — Но этого не случится, я знаю. Боже, разве Руперт может положить на меня глаз?

Слабая улыбка тронула губы Люси.

— Для него это было бы что-то новенькое.

— Да ладно тебе… — Джем притворилась, что изо всех сил дергает за яркую сережку подруги. — Расскажи о себе.

Наконец успокоившись, Люси улыбнулась:

— Тебе не кажется, что сосиски подгорели? — Она потянула носом.

Джем казалось. Странно, что сирена пожарной тревоги не сработала. Радуясь, что кризис миновал, и желая выразить благодарность, она сказала:

— Ты столько наготовила, теперь моя очередь идти на кухню.

— И не забудь нарезать побольше лука.

— Не волнуйся, я все сделаю.

— Замаливаешь грехи? — не удержалась Люси.

— Нет! — Джем сделала попытку схватить ее за другую сережку. — Если бы! Я просто хочу перевернуть сосиски, пока они не превратились в угли.

— Я снял их с огня, — сообщил Дэви, когда Джем вбежала на кухню. Противень с сосисками стоял уже на верху плиты, и Дэви, закатав рукава рубашки, резал лук.

— Мой герой, я даже не знала, что ты пришел. — Джем обняла его, довольная, что Дэви сделал это; после своего разговора с матерью она послала ему сообщение и пригласила на вечеринку. Сейчас она была безмерно рада видеть его. — И как раз в нужное время. Ты спас наши сосиски.

— К сожалению, не все. Некоторые погибли безвозвратно.

— Поверь мне, эти прохиндеи ничего не заметят. Они в таком состоянии, что съедят угли, если подать их в булочках и полить кетчупом. Попробуем ту, что подгорела. — Выбрав самую поджаристую сосиску, она засунула половину в рот Дэви, а другую оставила для себя.

Черт, какая горячая!

— А-а-а… — Джем скривилась от боли.

— Да-а-а… — Дэви, руки которого были заняты луком и острым ножом, зажав сосиску в зубах, раскачивался из стороны в сторону, выпучив глаза.

— Горячо, горячо, горячо! — ахала Джем, махая руками и перепрыгивая с одной ноги на другую.

— Смотри не взлети на облака, — послышался голос Руперта за ее спиной.

— М-м-м… — с полным ртом промычала Джем, повернувшись к нему.

— Что он здесь делает?

— Я пригласила его, — продолжая жевать, проговорила Джем. — И он помог нам с готовкой.

— И сам ест, что приготовил.

— Я выпишу тебе чек, — усмехнулся Дэви.

— Не беспокойся. Это подарок. В любом случае я всегда рад подкормить голодающего.

— Руперт! Как ты можешь быть такой свиньей? — Джем повернулась к Дэви: — Не обращай внимания, он не хотел…

— Конечно, он не хотел, — сухо произнес Дэви. — Не беспокойся, я оставляю его тебе.

Джем заволновалось.

— Но ты не уйдешь?

— Нет. — Сполоснув руки, Дэви улыбнулся ей. — Нет.

Когда он ушел с кухни, Джем повернулась к Руперту:

— Ненавижу, когда ты творишь такое.

Руперт усмехнулся, подойдя к ней:

— Почему? Это забавно.

— Нет, совсем не забавно. И ты не должен поступать так. — Джем увернулась, когда он хотел в шутку схватить ее. — Люси видела нас… Она подозревает, что между нами что-то есть.

— И что ты сказала ей?

— Что она ошибается, конечно. Я сказала, что ты не в моем вкусе. И это именно так, когда ты такой, как сейчас с Дэви. Если ты не можешь сказать ничего хорошего о человеке, лучше молчи.

— Черт побери, где этот хваленый клей? Может, мне заклеить рот? Одному Богу известно, как я хочу выпить.

Руперт ушел, а Джем снова занялась луком. Когда она вернулась в комнату двадцать минут спустя, там царил настоящий хаос. Люси свалилась на пол, и Руперт хохотал как сумасшедший. Поднимая ее на ноги, он сам едва удержался, и чудо, что ему это удалось. Его обезумевшие друзья подбадривали его оголтелыми криками. Увидев Джем с подносом в руках, они снова заорали, приветствуя ее, и бросились к ней, как стая голодных волков.

Но, слава Богу, дружески настроенных волков. Увернувшись от нескольких рук, которые норовили ухватить не только сосиски, Джем удалось сохранить кое-что для себя и перейти в противоположный угол комнаты, где Дэви разговаривал с симпатичной брюнеткой.

Как узнала Джем, девушку звали Сьюзи, и она была сестрой Патти Карсон. Патти изучала английский и в настоящее время встречалась с одним из ребят-регбистов. Сьюзи приехала из Бирмингема на уик-энд и чувствовала себя прекрасно в компании Дэви. Джем дала им сосиски, радуясь, что Дэви нашел с кем поговорить.

— Кто-то пришел! — завопили все разом, услышав звонок, возвещавший о приходе новых гостей. Понимая, что никого больше не ждут, Джем переводила недоуменный взгляд с Дэви на Сьюзи. Свою задачу она выполнила и может присоединиться к остальным, подумала Джем, когда душераздирающий крик донесся с кухни.

— О, Джем, мне ужасно жаль! — Красная как рак Патти Карсон держала порезанную руку, пока Бен заклеивал порез пластырем. — Бен хотел продемонстрировать, что он умеет, и вот что из этого вышло. Мы разбили стеклянное блюдо с салатом…

От Патти и Бена было больше шума, чем помощи. После того как каждый из них порезался по крайней мере раза по три, Джем прогнала их с кухни и стала сама собирать осколки стекла. Так было безопаснее, кроме того, Патти и Бен извели весь пластырь.

— Сюда нельзя! — крикнула Джем, когда ручка двери повернулась.

— Это я, — сказал Дэви. — Тебе помочь?

Он пригодится. Чудесно.

— А где Сьюзи? — поинтересовалась Джем, кивнув с благодарностью.

— Она задала Патти взбучку. Между прочим, у тебя на голове листья салата.

— Ничего удивительного, здесь повсюду стекло, салат и масло. Осторожней, пол скользкий от соуса. Патти и Бен катались тут как на льду. — Джем локтем убрала локон, упавший на лоб. — Я выгнала их отсюда, пока они не порезались всерьез.

Вдвоем они быстро навели порядок. Когда они вернулись в комнату, Руперт разговаривал со Сьюзи Карсон. Вынув бутылку легкого пива из ведерка со льдом, Дэви усмехнулся:

— Похоже, мне дали отставку.

— Это ничего не значит. Он просто болтает с ней.

— Хм… уж очень настойчиво болтает. — Дэви приподнял бровь, и когда Джем снова оглянулась, она увидела, что они целуются. Голова Сьюзи была откинута назад, а руки обнимали шею Руперта.

Быстро отвернувшись, Джем сделала большой глоток вина. В следующий момент подошла Люси и схватила ее за руку.

— Давай потанцуем, — предложила она, стараясь перекричать музыку. — Давай, Дэви, ты тоже.

К четырем часам вечеринка выдохлась. Кто-то из гостей валялся на софе, кто-то устроился в креслах, а те, кому не осталось места, просто улеглись на мокрый ковер.