Луанн Райс - Дотянуться до звезд

Диана внимательно слушала.

— Не позволяй людям внушать тебе, что твои чувства ненастоящие и вызваны обыкновенным выбросом гормонов. Не вини во всех бедах свои месячные, потому что так поступают только ограниченные люди. А ты у меня слишком умна для этого, милочка.

— Ох, мама.

— Одни женщины называют это проклятием, — сказала Люсинда, — или своим маленьким секретом. Мне их не понять. Это же просто месячные. Как прибой — это прибой, а ветер — это ветер.

— Похоже, что проклятие — это в самую точку, — сказала Диана, посматривая на испещренную венами картинку в книге по анатомии, все еще не оправившись от ново-приобретенного страха перед наличием в своем организме матки с шейкой и остальными страшными словесами. — Я действительно такая изнутри?

— Ага. И Марджи. И я. Но знаешь, что самое замечательное?

— Что? — спросила Диана.

— Ты появилась оттуда. И когда ты будешь готова родить, твой малыш пойдет тем же путем.

Теперь Диана глазела на этого малыша, который обернулся Джулией. Что случится, когда у Джулии начнутся колики? Как она воспримет перемены там, внизу? Диана хотела показать ей ту же схему с пышным телом и доходчиво разложить все по полочкам. Она поцеловала ладонь Джулии, потом прижалась щекой к ее гладкой коже.

— Джулия, — сказала она. — О чем ты думаешь?

— Гууу, — протянула Джулия.

Диане предстояло отправить бланки со счетами, подшить каталог и пополнить баланс на чековой книжке. Со стороны болот налетел сильный ветер с проливным дождем. Внезапно пришла в голову мысль, а почему бы им не съездить к морю.

— Буря идет с юга, — сказала Диана, неся Джулию к машине. — Чувствуешь ее тепло?

С неба обрушились потоки дождя. Диана решила, что непогоду принесло от Флориды — над верхушками пальм и коралловыми островами — через мыс Хаттерас. Она пристегнула Джулию к сиденью, затем покрутила ручку радио в поисках голосов поющих женщин, потому что сегодня только они могли поддержать ее. Найдя волну, где крутили песню группы «Блонди» «Мечты», она уселась за руль.

Они поехали прямиком в нижнюю часть Хоторна. Океан обрушивал на берег тонны воды, и лодочные мастерские были затоплены. Офис Алана находился в одном из старых кирпичных зданий, и Диана мельком посмотрела наверх. Потом она перевела взгляд в черную глубину бури; шумно вздохнув, она взяла дочь за руку.

А это больно? — спросила Диана у матери. Буря, — ответила Люсинда…

В тринадцать лет Диана почувствовала, как в ее теле разыгралась такая буря. Она проглотила ураган, и ей казалось, что он разорвет ее на части. Вскоре месячные прошли, груди отросли, и она стала тайно сохнуть по мальчикам. Но благодаря матери Диана узнала слова, которыми могла описать свои чувства.

А как же Джулия? Она выглядела такой крохотной. У нее не было знакомых мальчиков, но даже если бы и были, то что бы она подумала? Догадывалась ли она об этом или нет, но ее тело развивалось, как у любой обыкновенной девочки.

— Моя взрослая дочурка, — сказала Диана.

Джулия пискнула.

— Смотри, Джулия, — сказала Диана, указывая на воду. Позади яхт-клуба был сущий ад. Волны разбивались о пристань, посылая в воздух миллионы брызг. Диана наклонилась к дочери и положила правую руку ей на живот.

— Это то же самое, — прошептала Диана. — Здесь и… здесь.

Но понимала ли ее Джулия? Диана хотела сказать ей, чтобы она не переживала. Она хотела объяснить ей, откуда берутся дети, поведать о радостях и печалях менструации и непростом женском счастье.

— Я люблю тебя, Джулия, — сказала Диана. — Не пугайся, хорошо?

Больше Диана ничего не говорила. Она знала, что Джулия все равно не улавливала смысла ее слов. Помахивая одной рукой в направлении ревущего шторма, она снова нежно надавила на пузико Джулии. Это то же самое. То же самое. Не бойся бури внутри себя. Не бойся, любовь моя.

Окна офиса Алана выходили на гавань. Диана гадала, стоял ли он там сейчас, наблюдая из окна за ее грузовичком. От этой мысли она ощутила не только нервозность и волнение, но и облегчение.

Диана старалась не думать, почему, но воспоминания о прошлой ночи неотступно преследовали ее. Он крепко держал ее в своих объятиях, и она почувствовала, как огонь страсти зажегся у нее в сердце. Она размышляла о его сильных руках, о том, как когда-то их тянуло друг к другу. Однажды, сотню лет назад, они даже поцеловались.

Она посмотрела на его офис. Был ли он тем человеком у окна? Она видела темный силуэт на другой стороне стекла. Наверняка это был он. Она залилась краской, словно он поймал ее за подглядыванием. Откинувшись на спинку сиденья, она с трудом перевела дыхание. Столько лет прошло, а старое чувство никуда не делось.

— Там наверху дядя Алан, — сказала Диана.

— Даааа, — размахивая руками, сказала Джулия.

Диана окинула взором лодочные мастерские. Между ними виднелся старый домишко, где она раньше жила вместе с Тимом. Где они зачали Джулию? О чем Диана тогда думала? Что жизнь с Аланом будет слишком легкой, сладкой и предсказуемой? Что ей нужно было выбрать его брата, негодяя со шрамами и щербатым зубом, чтобы доказать себе, какая она независимая и дерзкая? Что своей любовью она смогла бы вернуть Тима Макинтоша домой, помочь ему оправиться от удара судьбы?

Точно, это Алан стоял у окна. Похоже, он разговаривал по телефону, созерцая штормящее море. Он был высоким и сильным, его профиль с трудом помещался в оконной раме. Он не шевелился и не уходил, и она ощутила на себе мощь его выразительного взгляда. Диана ничего не могла с собой поделать и просто смотрела на его очертания.

— Гуааа, — сказала Джулия. В ее тоне послышалось огорчение, как если бы она проголодалась или описалась. Ее хныканье стало громче, и она наконец расплакалась.

— Хорошо, дорогая, — спокойно проговорила Диана. — Мы едем домой.

Диане показалось, что на ее плечи свалились все тяготы мира. Поглядев на Алана, она загадала желание, чтобы он заметил их и спустился вниз. Ей был нужен человек, который обнял бы ее, сказал, что все будет хорошо и что она молодец. Опять подумав о руках Алана вокруг своей талии, она чуть не зарыдала. Потом она почувствовала себя покинутой и несчастной. В тени офиса Алана, со старым рыбацким домиком на самом видном месте, Диана прикрыла глаза и взяла Джулию за руку.

Алан стоял у окна и заканчивал телефонный разговор. Уж не Диане ли принадлежал тот пикап возле пристани? И что она там делала в самый разгар шторма? Если бы он сказал Марте выпроводить пациентов и не принимать звонки, то мог бы взять свою куртку и пойти узнать, что стряслось. Но только он собрался исполнить задуманное, как Диана уехала.

День у Алана выдался не из легких. Трехлетний пацаненок проглотил фишки от «Монополии», и Алан потратил целое утро на то, чтобы определить, сколько именно. Одну? Тринадцать? Оказалось, что мать вошла в комнату, когда ее сын уже дожевывал остатки первой. Прежде чем она успела помешать ему, он засунул в рот еще парочку. Эти три и обнаружились на рентгеновском снимке, поэтому Алан посоветовал семье следить за стулом карапуза и отправил их домой. Теперь он взял телефонную трубку и набрал номер в Новой Шотландии.