Луанн Райс - Страна грез

Джеймс подумал о том, что Дейзи здесь и что Сейдж направляется сюда. Его мускулы напряглись.

— А где Тод Райдел? — спросил Джеймс.

— Где Тод? — Пол был явно удивлен. — Работает, я полагаю.

— Все еще водит грузовик?

Пол кивнул:

— Думаю, да. Последний раз я слышал, что он работает посыльным в одной компании, которая занимается перевозкой грузов. На лошади не получилось, пришлось садиться на машину. Это самый жалкий ковбой из всех, кого я видел. Но ты же не думаешь, что это он сделал, ведь так?

— Я вообще не знаю, что думать. — Джеймсу не нравились совпадения, а особенно то, что кто-то убил теленка именно в тот день, когда на ранчо должна была приехать Дейзи. Джеймс знал — Тод хранил на него обиду за то, что его допрашивали, когда пропал Джейк. Джеймс был уверен, что у Тода есть мотив ненавидеть Такеров: они все еще владеют ранчо, тогда как их семья уже давно лишилась земли. И, наконец, Джеймс не сомневался, что Тод до сих пор помнит тот позор, когда Джеймс застал его подглядывающим за Дейзи в окно их спальни.

— Тод неплохой, — произнес Пол.

— Однако он всегда находит повод для обиды, — отозвался Джеймс. — Копит обиды, хранит, как семейные ценности.

— Но это и есть его семейные ценности, — проговорил Пол. — Единственный человек, который живет на ранчо и носит фамилию Райдел, это Луиза. И ранчо это — твое.

— Посмотри за ним, когда будешь в городе, — произнес Джеймс. — Просто понаблюдай.

— Сделаю. — Пол стоял рядом с теленком и смотрел на него. Джеймс знал, что Пол запоминает это место на случай, если вдруг произойдут еще какие-нибудь неприятности, или просто для того, чтобы точно знать, где, что и когда случилось на ранчо Ди Ар. Затем Пол посмотрел на Джеймса и, прикрыв ладонью глаза от солнца, спросил:

— Дейзи уже видел?

— Еще нет.

— Поедешь?

— Не знаю, как можно этого избежать, — ответил Джеймс. — Поеду, посмотрю, как она гостит на ранчо.

Пол хмыкнул и растер ботинком пыль.

— Похоже, ты очень интересуешься моей встречей с Дейзи, — проговорил Джеймс. — Могу даже сказать почему.

Пол нахмурился. Он щурился от солнечного света и от этого, казалось, хмурился еще сильнее. Сплюнув назад, Пол повернулся и посмотрел на теленка. На его лице мимолетно отразилась скорбь, будто перед ним лежал мертвый ребенок. Когда же он снова взглянул на Джеймса, его взгляд был тверд, а голос спокоен.

— Могу я просто переживать? — произнес Пол.

— За Дейзи.

— За вас всех.

Два потрепанных ковбоя стояли над трупом теленка и говорили о «сопереживании». Джеймс хотел улыбнуться, обратить все в шутку, но не смог. Все, на что он сейчас оказался способен, это кивнуть с благодарностью в ответ, так как знал, что Пол действительно переживает за них.

Джеймс продолжал думать об этом и несколькими часами позже, когда скакал через ущелье к белому каменному дому. Ранчо Ди Ар окружали тополиные рощи и заросли чапараля. Большой дом и маленькие домишки, как и огромный старый амбар вместе с резервуарами для воды, находились недалеко друг от друга.

Когда Луиза сказала ему, что разместила Дейзи в белом коттедже, Джеймс был неприятно удивлен. Он подумал о том, чтобы предложить какой-нибудь другой вариант, но промолчал. Наверное, Дейзи больше него заслуживала право оставить прошлое в покое.

Солнце скрылось за горными вершинами, и на ранчо зажглись все огни. Джеймс чувствовал, как сквозь одежду пробирается вечерний холод. Уже два дня подряд на этой неделе по утрам на землю ложился иней. Джеймс поскакал к загону, чтобы оставить там лошадь, но затем передумал и поехал через дальнюю часть ранчо.

Ничего особенного позади большого дома не происходило. Луиза развела здесь свои грядки с овощами и цветами, а сейчас растила тыквы, маленькие и большие, которые поблескивали в темноте оранжевыми искорками. Он осмотрел цветочные грядки в поисках хотя бы одного цветка, но все они были мертвыми и коричневыми от мороза. Джеймс собирался к Дейзи.

Он слушал стук копыт своей лошади. Подковы били по твердой земле, и звук был громкий, словно ружейные выстрелы. Его сердце стучало точно так же. Двенадцать лет — долгий срок. Они прожили поодиночке почти в два раза дольше, чем вместе. Джеймс не был уверен, что поступает верно, когда направил лошадь к узенькой речке. Полная луна висела между двумя вершинами и освещала ему дорогу.

Посмотрев в сторону белого коттеджа, Джеймс увидел Дейзи. Он натянул поводья, остановившись в тени. Лошадь опустила голову, и Джеймс позволил ей попить из реки. Дейзи вышла на крыльцо, двигаясь грациозно, как лань. Ее каштановые волосы в лунном свете горели медью. Когда она взялась за перила и подняла голову, чтобы посмотреть на луну, ее лицо и шея засияли, словно жемчуг.

О, эту осанку Джеймс помнил прекрасно. Дейзи держалась за перила, и ее руки были напряжены, как будто она боялась, что весь мир рухнет, или старалась, как рулевой, удержать штурвал корабля, который попал в ужасный шторм, чтобы вывести его навстречу солнцу, новому дню, новой жизни. Дейзи смотрела на луну, подняв голову и чуть подавшись вперед. Под светлым платьем угадывалось ее восхитительное, прекрасное тело, и Джеймс лишь крепче сжал поводья, продолжая наблюдать.

Дейзи вытянула руку. Она выставила вперед указательный палец, будто приказывая луне, что делать. Дейзи обладала магической силой, и Джеймс это знал. Он не сомневался, что она может многое; стоило только взглянуть на ее украшения, на то, что Дейзи делала с камнями и костью, чтобы понять это.

«Освети путь Сейдж. Где бы она ни была, как бы темна ни была ее дорога, покажи ей путь домой». Джеймс закрыл глаза, представляя, что Дейзи произносит эти слова как молитву, и стал повторять их вместе с ней: «Обними ее своим светом. Пусть ее дни будут длинны, а ночи коротки. Пусть ее путь будет легким. Приведи ее невредимой к нам».

Рука Дейзи опустилась. Она еще несколько секунд посмотрела на луну. Затем напряжение ушло. Дейзи будто сжалась, и Джеймс услышал, что она плачет. Джеймс хотел спрыгнуть с лошади, подойти к ней и обнять. Но теперь она не его… и уже очень давно.

Дейзи задержалась в дверном проеме. Казалось, она что-то разглядывает на досках, и Джеймс знал, что. Он наблюдал за ней, за тем, как она подняла руку и провела кончиками пальцев по поверхности дерева. Сердце Джеймса забилось сильнее. Он понял, что Дейзи ощутила его присутствие. Его лошадь тоже почувствовала это. Она подняла голову, навострила уши и тихо заржала. Дейзи повернулась, вглядываясь в темноту, и Джеймс почувствовал, что ее взгляд прошил его насквозь. Он дрогнул, как будто она дотронулась до него, но не мог выйти на свет.

Дейзи снова дотронулась до двери. Этот домик был старым. Он был одним из первых строений на ранчо и раньше выполнял функции школы, места для хранения солений и музыкальной студии матери Джеймса. Он был сооружен за сто лет до того, как Джеймс построил дом для своей семьи, и хранил множество тайн. Джеймс знал их, Дейзи тоже.