Луанн Райс - Страна грез

Джеймс окинул каньон взглядом. В расселинах скал росла полынь. Каменные стены были испещрены морщинками янтаря и яшмы. Под облачным небом каньон был темным и призрачным. Тени легли на мерзлую землю.

С восточной стены у самого края сорвался камень. От неожиданности Джеймс подпрыгнул в седле. Камень со стуком запрыгал по уступам, увлекая за собой все больше и больше других камней.

— Эй, кто там наверху? — закричал Джеймс.

Джеймс смотрел на скалу, обшаривая взглядом каждый изгиб. Каньон был глубоким и безмолвным. Он вел к лабиринту из бесчисленных ущелий и каньонов поменьше. Джеймс осматривал каждый камень на краю, пытаясь засечь хоть какое-то движение. Под шляпой волосы его зашевелились: черные тени казались живыми.

Держась у скалы, у самой стены каньона, Джеймс вдруг заметил, что на ее вершине что-то движется. Он чувствовал, что за ним наблюдают. Упал еще один камень, но больше не раздалось ни звука. Кто-то поднимался вверх. Пользуясь тем, что Джеймс не видит его, этот кто-то старался уйти незамеченным. Джеймс вытянулся, отыскивая путь наверх. У скал внизу росли несколько чахлых кедров и кусты можжевельника. Джеймс мог уцепиться за них руками и использовать трещины в камнях как уступы для ног.

— Покажись! — снова закричал Джеймс. Ему казалось, что он сходит с ума точно так, как в первый год после исчезновения Джейка. Джеймс постоянно приезжал сюда и осматривал каждую трещину. Тогда он ощущал в каньоне присутствие людей, чувствовал, как в воздухе кружатся призраки.

Снова упал камень, и с края уступа вспорхнул ворон. Птица так громко закаркала, словно заскрипела старая гигантская дверь. Джеймс посмотрел вверх. Ему не давал покоя вопрос о том, был ли это действительно только ворон. Птица нырнула вниз и скрылась за скалой. Джеймс легко толкнул лошадь коленями, и животное тронулось с места.

На большом камне лежали кости. У Джеймса внезапно пересохло во рту; он подъехал ближе. Конечно, вороны питаются падалью. Такова была жизнь здесь на западе. Ему часто приходилось находить мертвых кроликов, лосей, коров. Но то, что Джеймс нашел труп здесь, на этом месте, очень его обеспокоило. Он занервничал, наклонился, чтобы лучше рассмотреть кости. Они были объедены почти добела, но кое-где все же сохранился серый мех с ржаво-коричневыми прожилками. Это был волк. Джеймс взглянул на череп и увидел клыки. Волка убил какой-то большой зверь, возможно, гризли.

Джеймс медленно слез с лошади и подошел ближе к останкам. Зловония уже не было. До Джеймса здесь побывали волки, канюки и вороны. Он мог оставить скелет в покое, как обычно, и, возможно, так бы и поступил. Но что-то заставило его достать нож и отрезать кусок шкуры. Затем он отсек левую переднюю лапу животного, на которой не осталось ни меха, ни хрящей, и часть позвоночника. Джеймс был рад, что это хищник. Работая ножом, Джеймс размышлял о свирепости волка, и чувство, что за ним наблюдают, исчезло.

Вдруг он услышал шум крыльев и посмотрел наверх. Стадо гусей направлялось на юг. По небу летели бесчисленные пары птиц. Иногда при виде перелетных птиц Джеймса охватывало чувство тоски и одиночества, но не сегодня, потому что рядом была Дейзи.

Джеймс вытер нож. Он подумал об одном месте, которое находилось ниже по реке и называлось гора Кроухарт. Там сто с половиной лет назад вожди двух племен, шошонов и кроу, сражались насмерть один на один. Два отважных и неистовых воина резали друг друга на куски за право жить на этой земле, что для Вайоминга было не ново. Когда победил вождь Вашаки, он почтил храбрость своего мертвого врага, вырезав из груди воина сердце и съев его.

Именно его имя Дейзи выкрикнула вчера ночью. Ей всегда нравилась эта история и миф о том, что можно набраться силы от других существ, что если уважаешь своего врага, то съедаешь его сердце. Эта история придавала ей силы и мужества, когда они бывали на природе. Особенно она помогла Дейзи, когда медведица напала на нее с детьми. Дейзи научила этому слову близнецов, научила их произносить его вслух, если им станет страшно. Джеймс знал, что изображения духов, которые Дейзи вырезает на кости, украшения — все это рождает ее самая глубокая вера в то, что могущественные духи продолжают жить.

Пока эхо его голоса все еще разносилось по пустынному каньону, Джеймс открыл седельную сумку и положил кости и мех внутрь. Пусть они обретут покой, подумал он, и гнев прошел, исчез вместе с ветром и мыслью о Вашаки. Конь пил из узкого потока чистую и холодную воду.

Джеймс осмотрелся. Было трудно поверить, что стены этого каньона содержали в себе источник всех несчастий его семьи, ведь сейчас он выглядел совсем не таким зловещим. Поток тихо журчал по золотистым камням. Лошадь все пила. Джеймс дышал, не думая о том, что едва не умер. Эхо его голоса смешалось с шумом осеннего ветра в вершинах кедров. Прокаркал ворон. Снежинки упали на землю, на то самое место, где Джейк Такер однажды ждал, когда отец заберет его домой.

Гнев с новой силой наполнил грудь Джеймса.

Удар, удар; один камень, второй.

Такер посмотрел вверх, и Страж отступил от края скалы. Вот как он начал думать про себя: теперь он Страж и будет охранять то, что должно принадлежать только ему и его семье.

— Покажись, — прокричал ковбой.

Вот смотри, подумал Страж, показывая средний палец. В двух футах от края был валун, большой, гладкий и круглый, не то что камешки. Пока человек с ранчо был занят, отрезая лапу дурацкому мертвому волку, Страж сдвинул валун носком ботинка.

Это были новые ботинки. Он купил их в магазине в Лэндере. Они стоили больше сотни долларов, и Страж не помнил, чтобы у него раньше было что-то лучше этого. Когда он рос, то ходил в обносках. Его ботинки всегда раньше носил кто-то еще. Вот почему, когда он просунул ногу под валун, то не столкнул его вниз.

Страж поцарапал ботинок.

— Твою мать, — выругался он. Затем наклонился, плюнул на поцарапанную кожу и потер ее пальцем. Пока он чистил царапину, Такер уже отошел. Страж задышал чаще. Он бы мог сегодня сделать задуманное, скинуть валун со скалы, напутать этого ковбоя до смерти.

Слишком поздно.

Он взял свой фотоаппарат, нож, печку, ружье и двинулся в путь.

Сейдж подобрала женщина на «форде». Она направлялась домой с работы. Женщина развозила цыплят на грузовике и подрабатывала страховым агентом. Из десяти машин, проезжавших мимо, останавливалась только одна. Три человека, которые подвозили Сейдж, казались дружелюбно настроенными, но застенчивыми. Все они говорили мало, не считая рассуждений о том, что зима в Небраске бывает очень суровой.

Только коммивояжер оказался странным. Во-первых, он был в костюме, что показалось Сейдж немного вычурным, если учесть, что все вокруг были в джинсах, вельветовых брюках или в спецодежде. У него были идеальные белые зубы, и еще он красил волосы. Сейдж заметила это по тому, как необычно интенсивный оттенок светлел к корням и на висках. Все это выглядело так печально и глупо, что Сейдж не знала, то ли ей посмеяться над этим человеком, то ли пожалеть его.