Мария Коваленко - Овертайм (СИ)

— Нет, — Настя упиралась и отводила глаза. — Давай, в другой раз.

— Черт… — он окинул самого себя взглядом. — Женщина, тебе пять минут. И это… Я занят совсем не тем, о чем ты подумала.

Насте по-прежнему нестерпимо хотелось уйти, но сейчас это было бы уже глупо.

Андрей махнул рукой, приглашая гостью войти.

Снова тесный, тусклый коридорчик, снова напротив капитан, только в этот раз еще и с голым торсом. Снова ощущение беспомощности и сумасшедшее волнение. Она с трудом смогла открыть рот.

— Андрей, я хотела извиниться за то, что наговорила тебе сегодня… — вдох-выдох. — Мне Иван все рассказал…

— Какой черт тянул его за язык? — мужчина устало провел ладонью по лицу.

— Я ничего не знала, — голос прозвучал глухо, язык не слушался. — Ты можешь мне не верить, но клянусь…

— Да какая разница?

— Я бы так себя не вела с тобою.

— А как? — закрыв собою все пространство, Андрей уперся руками в стену позади нее. — Как бы ты себя вела?

— Иначе…

— Может, продемонстрируешь? — он придвинулся еще ближе.

Настя попыталась вырваться из западни его рук, но тяжелый взгляд напротив остановил.

— Ты зачем приехала? — прозвучало совсем близко и тихо. — Извиниться?

— Да… — Настя нервно сглотнула.

Эта неожиданная, и такая интимная, близость сводила ее с ума. Пьянящий запах, охрипший голос, бархатная загорелая кожа — сильнейшее искушение. Чтобы не застонать, она закусила губу. Так хотелось попробовать, ощутить под пальцами горячее мужское тело, губами прикоснуться к широкой груди, плечам, шее… Скандинавский бог из живой плоти был так близко, стоит только податься вперед и забыться. И он, похоже, догадывался, чего она хочет…

Андрей, как хищник, считывал ее эмоции, слушал дыхание и выжидал.

— Зачем? — повторил уже на ухо.

— Я…

Затуманенный взгляд мужчины остановился на ее раскрытых губах. Долгий, бесстыжий, он обжигал откровенным желанием. Настя, казалось, физически ощущала его на себе. Не отрываясь, Андрей придвинулся еще ближе, вжал ее в стену. Очень тесно, очень горячо. Мысли разлетелись прочь, оставляя ее один на один с томительным, ноющим желанием.

Дрожащая женская ладошка робко легла на сильную спину, и оба сорвались.

Ее всхлип, его стон и голодное безумие поцелуя. Губы были повсюду, опаляя дыханием лицо и шею. Пальцы скользили по телу, пробирались под одежду, обжигая прикосновениями. Земля уходила из-под ног от страсти. Они не останавливались ни на секунду, отчаянно упивались друг другом, забывая дышать. Жадно ласкали, сжимали в объятиях и снова целовались, кусая губы до боли.

Тела горели, требуя большего. Где угодно, как угодно, только скорее и глубже.

— Пойдем в спальню… — словно в бреду расслышала Настя слова.

«Спальня!» — тревожно просигналило подсознание. Женщина вздрогнула, как от удара. Спальня. Все страхи в миг ожили, заставляя оцепенеть. Она перестала отвечать на поцелуй, а руки плетьми повисли вдоль тела.

— Что случилось? — Андрей с тревогой заглянул в глаза.

— Не надо… — отвернула в сторону лицо и часто заморгала. Дурацкие слезы, только их сейчас не хватало. — Я не могу… Пожалуйста, отпусти.

— Настя! — он нежно взял ее за подбородок и повернул к себе. — Что не так?

— Я не могу так… Прости.

Андрей ничего не понимал. Еще секунду назад они чуть не изнасиловали друг друга прямо здесь, в тесном коридоре, а сейчас…

Настя запахнула плащ и протиснулась к выходу. Он не держал. Бессмысленно и глупо.

Через секунду с мягким щелчком закрылась дверь. Анастасия Игоревна Барская уже в который раз стремительно убегала от него, без объяснений и видимой причины. Исчезла, как видение. Остался только вкус соленого, горького поцелуя на губах да проклятое возбуждение.

На кровати все так же лежали рубашки и галстуки. Андрей одним движением сгреб их в охапку и сбросил на пол. В ресторан уже не хотелось. Не хотелось никуда. Лучше — напиться дома и забыться сном, без мыслей и желаний. В одиночестве.

Давненько с ним такого не было.

Часы показывали полночь. Уснуть все никак не удавалось, несмотря на выпитое. Сквозь пелену мыслей и фантазий перед глазами мужчины, как сейчас, стоял затравленный взгляд молодой женщины.

— Настя… — осипшим голосом позвал он в пустоту.

Никто не откликнулся.

За две прошедшие недели после тяжелейшего для «Северных волков» матча, пресс-секретарь команды ни разу не присутствовала на игре. Онлайн-трансляции и комментарии помощника тренера стали для Анастасии Игоревны основными источниками информации. На послематчевых пресс-конференциях Барская держалась подчеркнуто официально, покидая их сразу после окончания. На работе не задерживалась, а обеденный перерыв перенесла на час раньше.

На эти изменения никто не обратил внимания. Никто, кроме капитана. Всю первую неделю он терпеливо ждал. Чего? Андрей не знал и сам. Но ничего не менялось. Настя упрямо игнорировала матчи и больше никогда не появлялась у дверей их раздевалки или в массажном кабинете Карена. Ее словно подменили.

В начале второй недели, терпение Таранова лопнуло. Матчи матчами, но он не смог выкинуть из головы случившееся в собственной квартире. Следовало как можно скорее расставить все точки над «и», а потом либо забыть и вновь вернуться к вопросу обустройства личной жизни, либо закончить начатое. Как бы Андрей ни скрывал сам от себя, но второй вариант нравился ему больше. Было что-то в этой гордой дамочке: гремучая смесь надменности и хрупкой женственности, остроты и нежности. Перепалки с ней стоили полноценной схватки на льду, а уж какой податливой Настя оказалась в объятиях… Для молодого, здорового мужчины подобное и вспоминать было опасно. Того и гляди, опозоришься в самый неподходящий момент.

Но для начала стоило с ней хотя бы просто поговорить. Как оказалось, переиграть в «кошки-мышки» госпожу Барскую оказалось делом непростым. После тренировок, уставший и вымотанный, он каждый день заходил в офис, чтобы в очередной раз убедиться, что опоздал. Андрей высматривал на парковке маленький Фиат, пытался задержать Настю по окончании конференций, но и здесь безрезультатно. Барская упрямо избегала встреч, ловко обходя все его уловки. Привыкший добиваться своего, самый быстрый нападающий «Северных волков» впервые в жизни терпел одну неудачу за другой. И это от женщины!

Лишь один раз Таранову удалось привлечь внимание вечно спешащего пресс-секретаря, но ничем хорошим это не закончилось. Снежная королева окатила капитана таким морозным взглядом, что само желание поговорить вмиг испарилось. Это была совсем не та Настя, которая так жарко целовалась с ним в коридоре. С этой Настей говорить было не о чем. За официальной, вежливой маской не просматривалось и намека на интерес.