Александра Торн - Поединок страсти

— Очень хочу, чтобы это было правдой. Но мне нужно время.

— Почему? Потому что это именно я?

— Не будь смешным. Ты не просто великолепный любовник и мой единственный настоящий друг…

— Значит, потому что моя фамилия Киллиан. Моя семья не дотягивает до твоих стандартов?

Кэйт ответила Команчо пламенным поцелуем, от которого у него закружилась голова.

— Мои стандарты? — воскликнула она. — Какую чушь ты несешь! Тебе напомнить, сколько раз я была помолвлена?

— О! У меня хорошая память. Каждый раз, когда я видел твою фотографию, с новым мужчиной, я был готов вытащить его прямо из журнала и всыпать по первое число.

— Я не о том. Это просто иллюстрация к тому, что я не склонна спешить с замужеством. И если четыре раза я расторгала помолвки, значит, не все, упирается в фамилии.

В ответ Команчо лишь крепче прижал ее к себе. Он понимал, что Кэйт еще не может простить ему того злосчастного письма. Что ж, он готов ждать ее прощения столько, сколько нужно.

Если бы все было как обычно, то сенатор Морган в эти выходные наверняка выступил бы перед своими техасскими избирателями, дабы наладить дружбу с влиятельным клубом «Ривер Кантри». Блэкджек любил такое времяпрепровождение больше всего на свете. Но нынче о подобном раскладе не могло быть и речи: дело «Нишиды» не шло у него из головы.

Раздражение сенатора подогревалось еще и невообразимой суматохой в доме. Его жена с каким-то нечеловеческим рвением занималась украшением гостиной и холла к Рождеству. Повсюду были разбросаны свертки, гирлянды и елочная мишура. Огромная елка лежала прямо рядом с лестницей. Люди, которых; он раньше не видел, мельтешили перед глазами, не давая сосредоточиться. А ведь надо было как можно скорее найти выход из создавшегося положения.

Несмотря на то что Блэкджек все еще держался на плаву, ему как воздух были нужны деньги «Нишиды». Без них он погибнет.

Распрощавшись с душевным равновесием, сенатор, плюнув на завтрак, отправился в Центр «Аллен». Полчаса спустя он уже восседал на своем кресле за рабочим столом, и мысли его были куда мрачнее, чем выражение лица.

Можно считать, что старый дядюшка Сэм совсем захирел, раз уж и Блэкджеку необходимы такие, как Точиги. Ничего не поделаешь, с горечью думал он, в наши времена даже Вашингтон идет на уступки японцам. Будь, прокляты его приятели конгрессмены, принимающие законы, которые мешают спокойному бизнесу. Правительство выжило из ума, раз поворачивается спиной к таким парням, как Морган. Кто-кто, а уж они-то наверняка знают, что делать с наличными.

Но больше всего от сенатора досталось японцам, уличенным в нечестивом союзе с либералами, этими грязными ублюдками, лизавшими теперь задницы бывшим своим врагам. Японцы положили глаз на традиционные американские отрасли промышленности — выплавка стали, автомобилестроение, электроника. Если бы это было все!.. Но к черту патриотические настроения. Выбор сделан, Блэкджек вынужден пойти на сотрудничество.

Если понадобится, то он похлеще либералов будет выгибать спину перед японцами, чухонцами, перед кем угодно, лишь бы выкрутиться из этой неприятной истории. Правда, несмотря на всю решимость, Блэкджек порой из последних сил выбивался, стараясь унять раздражение и не послать к такой-то матери надоевшего ему Точиги.

Вот и вчера, когда он собирался уже уходить, чтобы попасть на хьюстонский рейс, позвонил Точиги.

— Мы разочарованы вами, — сказал проклятый японец после традиционного марафона приветствий и обмена любезностями. — Если помните, я говорил, что «Нишида» собирается купить землю как можно дешевле. По моим источникам, Техас — наиболее подходящее место для подобной операции…

Блэкджек выслушивал это, по крайней мере, в двадцатый раз.

— К чертям ваши источники, — выдохнул он в ярости.

Казалось, Точиги совершенно не понимает, что Морган и так делает все возможное, стараясь подыскать подходящее ранчо.

«Этот косоглазый нахал ни черта не смыслит с таких делах», — подумал он, вспоминая последний отчет Детвейлера. Выпустить львов было не только опасно, но и глупо. Если звери убегут с ранчо, то вся округа будет скакать, словно мартышки в цирке.

Конечно, дела шли из рук вон плохо. И от этого остолопа Детвейлера не было никакого проку. Но все-таки выход из тупика наверняка есть. Блэкджеку не впервой выходить сухим из воды. Будь на его месте человек послабее духом, он давно бы уже отказался от задуманного. А сенатор не только устоял, но еще и не потерял своего оптимизма.

Самое печальное во всей этой истории то, что большая часть успеха зависела от капризов Леди Удачи. Раньше у него не было с ней проблем. Почему же, черт побери, она отворачивается от своего любимца теперь? Размышления Блэкджека прервал телефонный звонок. Дьявол, может здесь хоть кто-нибудь делать все как положено?! Он же сказал своему секретарю, что не будет отвечать на звонки, и просил ни с кем не соединять,

— Что, черт побери, происходит? — схватив трубку, прорычал Морган.

— Извините, сэр, — пролепетал секретарь. — Я помню о вашем распоряжении относительно звонков. Но это человек из Кервилла. Он сказал, что вы оторвете мне голову, если я не соединю его с вами,

Блэкджек на минуту задумался. Мильтон Герберт — агент по недвижимости — звонил ему раза два за последние несколько месяцев, предлагая несколько неинтересных сделок. Ничего из предложенного им не подходило для того, чтобы покрыть счета. Но ведь никогда не знаешь, где поджидает удача.

— Хорошо, соедините.

— Говорит Мильтон Герберт, — секунду спустя раздалось из телефонной трубки.

— Ну, что на этот раз, Мильтон?

— Вы все еще настроены купить ранчо в Хилл Кантри?

— Боже праведный, ну конечно! — нетерпеливо ответил Блэкджек, — если ты спрашиваешь, не изменились ли требования корпорации, то я отвечу, что нет, не изменились.

— Не слышали ли вы о Хеферансах?

Блэкджек стал быстро перебирать в памяти фамилии техасцев, которых знал. Наконец он вспомнил кое-что и об этой семье. Хеферансы владели небольшим поместьем подле Боэрна. Они как-то даже пытались представиться ему. Однако их счета никогда не были настолько значительны, чтобы заинтересовать Блэкджека.

— Мне знакома эта фамилия. Как ты понимаешь, я должен скорее идти домой, чтобы успеть к празднику, поэтому, пожалуйста, давай сразу перейдем к делу.

— Конечно, сенатор. Короче говоря, старик Хеферанс при смерти. Он состоит на учете по трансплантации сердца в Медицинском центре Хьюстона.

— Ну и?.. — торопил Блэкджек.

— Я только что просматривал документы на его ранчо. Это двадцать пять тысяч акров великолепной плодородной земли и старинный каменный дом, который не так давно был внесен местными властями в списки культурных памятников Америки.