CurvyPragmatist - Reset

— Хорошо, давай попробую радость, — кивнула Эмма, — потому что ты делаешь меня счастливой, — она подмигнула, а затем закрыла глаза, и попыталась сосредоточиться.

Реджина наблюдала за Эммой и любыми изменениями, но казалось, что ничего не происходит.

— Ладно, радость не работает, и я расстраиваюсь из-за этого, — грустно сказала Эмма.

Реджина пожала плечами.

— Попробуй тогда разочарование, возможно тогда, посредством отрицательных эмоций, у тебя всё получится. Тем более в разочарование легче углубиться.

Закрыв снова глаза, Эмма попыталась сосредоточиться на эмоциях. Она вспомнила все свои моменты в жизни, когда была разочарованной, но потом на неё накатила тоска такой силы, что она открыла глаза.

— Ничего, — подавленно сказала она, — а сейчас я ещё и грустная.

— Мне жаль… — Реджина обняла блондинку за плечи.

— Возможно, стоит попытаться сосредоточиться на любви, — улыбнулась Эмма, — ты можешь обнять меня, и я сфокусируюсь на этом.

— Ради этого стоит попытаться, — улыбнулась Реджина.

Она ободряюще сжала Эмму за бедро. Эмма вновь закрыла глаза, попытавшись сосредоточиться на руке Реджины, лежащей на её ноге. Она чувствовала грудь Реджины, прижатую к её телу. Эмма поняла, что не может сконцентрироваться на эмоциях. Блондинка хитро улыбнулась.

— Ты знаешь… — дразня, сказала Эмма.

— Да? — улыбнулась брюнетка.

— Может, мне стоит попытаться подумать о более сильных эмоциях, — сказала Эмма, открыв глаза и посмотрев на Реджину.

— Есть какие-то идеи? — медленно кивнула Реджина.

— Одна, ну может быть, две, — сказала Эмма, а затем поцеловала Реджину в губы.

Реджина провела кончиком языка по губам блондинки. Эмма приоткрыла рот, задохнувшись от счастья, когда брюнетка затем провела языком по её нёбу, поглаживая, дразня, обещая большее. Углубив поцелуй, Эмма попыталась сосредоточиться на том, что она чувствовала в данный момент. Она упивалась ощущением вздымания груди Реджины на своей.

Но и в этот раз ничего не произошло, как бы Эмма не старалась, всё сводилось к Сидни: она постоянно думала о нём.

— Эмма? — прошептала Реджина, разорвав поцелуй.

— Мне жаль, — вздрогнула Эмма, — мне так жаль… это не ты…

— Что это, дорогая? — Реджина посмотрела на Эмму.

Эмма улыбнулась, а затем вздохнула.

— Это Сидни, — призналась она, — я знаю, что не должна ему позволить подобраться к нам, но ничего не могу с этим поделать.

Реджина понимающе кивнула.

— Я знаю, что это глупо, — говорила Эмма, — я знаю, что просто должна наслаждаться временем, проведенным с тобой, но я не могу ничего поделать с тем, что постоянно думаю о том, как он заявится сюда и всё испортит. Он разрушит нашу семью и отнимет у меня девушку, которую я люблю.

Реджина уставилась на Эмму, на что блондинка лишь закрыла глаза и попыталась извиниться.

— Мне жаль, знаю, что это не самый лучший способ сказать тебе, что…

— Я просто удивлена, — сказала быстро Реджина, понимая, что Эмма призналась в любви.

— Ты ничего не должна отвечать, — быстро сказала Эмма, уставившись на бокал и мысленно проклиная себя за такой промах.

— Я… забочусь о тебе, — аккуратно говорила Реджина, — я так забочусь о тебе, Эмма, я просто не…

— Больше ничего не говори, — сказала Эмма, допив бокал, — ничего не говори, чтобы потом не сожалеть. Мы прекрасно провели время, ужин был замечательным, и мы выясняли, что я не Гэндальф. Давай притворимся, будто ничего не произошло, ладно?

Реджина с грустью посмотрела на Эмму.

— Пожалуйста? — умоляла блондинка.

Реджина кивнула в знак согласия, и Эмма посмотрела на часы, висевшие на стенке.

— Я, наверное, уже пойду к себе в комнату, мне ещё надо сделать упражнения, да и вставать завтра рано.

— Эмма… — сказала Реджина.

— Ужин был чудесный, спасибо тебе огромное, — сказала Эмма, поцеловав брюнетку в губы, — спокойной ночи, Реджина, — она быстро покинула комнату, пытаясь сделать вид, будто ничего не произошло.

Реджина наблюдала за тем, как Эмма уходит. Она не хотела говорить ей, что любит её, потому что сама толком не разобралась со своими чувствами. Она понимала, что если преждевременно сказать что-то настолько серьёзное, это может иметь катастрофические последствия, особенно для Эммы, которая была очень чувствительной и ранимой.

Она знала, что заботится о Эмме, она знала, что блондинка была неотъемлемой частью её жизни, но хотела быть во всём уверенной, прежде чем она решится пересечь черту. Реджина не хотела навредить Эмме, она не хотела совершать с ней ошибок. Она не хотела говорить Эмме того, чего пока не чувствовала. Но теперь она поняла, что Эмма и вправду любит её.

Реджина всегда считала себя непривлекательной, и тогда это бы могло многое объяснить касательно её личной жизни. Она выстроила вокруг себя стены, которые мешали ей любить. Но с приходом Эммы всё изменилось. Эмма сказала ей, что любит её. Только благодаря этому признанию, Реджина начала думать над своими собственными чувствами.

Она махнула рукой, и на замену черному платью пришли огромная футболка и леггинсы. Она быстро пошла наверх, а затем неуверенно постучала в комнату Эммы.

— Заходи, Реджина… — тихо сказала блондинка.

Открыв дверь, Реджина увидела Эмму в своей тренировочной одежде, раскладывающую коврик на полу.

— Привет? — она посмотрела на Реджину, притворно улыбнувшись.

— Я здесь, чтобы помочь тебе, — сказала Реджина, — если ты, конечно, хочешь.

— С удовольствием, — кивнула Эмма.

Реджина наклонилась, подняв с пола листик, на котором были изображены упражнения Эммы.

— Выглядит устрашающе, — прокомментировала брюнетка.

— Они не так уж и плохи, — пожала плечами Эмма.

Следующие полчаса Реджина помогала Эмме с упражнениями. Помогая Эмме, Реджина и сама делала растяжку, хотя при этом не сделала ни единого упражнения.

— Спокойной ночи, — сказала Реджина, когда они закончили упражнения. Она нежно поцеловала Эмму в губы.

Смотря на закрывающуюся дверь, Эмма почувствовала сотни бабочек у себя в животе.

В первой половине ночи она уставилась на потолок, мысленно проклиная себя за признание Реджине и за то, что впоследствии сбежала от неё. К счастью, Реджина не так уж и плохо отреагировала, раз помогла Эмме с упражнениями и поцеловала её на ночь.

Но на этом Эмма не успокоилась. Она начала думать о том, что если она натворит что-то с Реджиной, то она потеряет её навсегда. Чувства одиночества, отказа и страха поселились в Эмме. Она встала с кровати и начала ходить по комнате, в попытке успокоить себя и прийти в чувство. Она понимала, что все эти чувства были иррациональным страхом, и единственным способом преодолеть всё это было столкнуться лицом к лицу со своим страхом, а не оступаться и бежать, как она делала это прежде.