Сандра БРАУН - ДЕНЬ ГРЕХА

Аргументы Макьюэна были вполне резонны, но Берк сказал:

– Ничего, как-нибудь переживу.

Он, прищурившись, посмотрел на свою сигару.

– Это Пату тебя послал прочитать мне лекцию?

– Нет. Но если бы он был здесь, то сказал бы тебе то же самое.

– Он мне все это уже говорил. И как раз сегодня.

Сегодня утром Берк впервые встретился с адвокатом, ведшим дело о разводе. Барбара не теряла времени даром, и Берка это вполне устраивало. Его только разозлило, что приходится тратить большие деньги на адвоката, хотя он уже сказал Барбаре, что она может поступать, как ей заблагорассудится.

– Пату созвонился с Барбарой, узнал имя моего адвоката и через него попросил меня перезвонить в отдел, – пояснил Берк Маку.

– И?

– Уговаривал меня вернуться, вот как ты сейчас. Но вы оба зря теряете время. Я своего решения не переменю.

– Ну ладно, – раздраженно отмахнулся Макьюэн. – Но тебе сейчас надо заботиться не просто о своей репутации, Бейзил. Речь идет о твоей шкуре.

– А, ты что-то такое написал на визитной карточке. Прямо как в детективе по телевизору.

– Может, я слегка переосторожничал, но раз ты крутишься вокруг Пинки Дюваля, тебе следует…

– С чего ты взял, что я кручусь вокруг Пинки Дюваля?

– В последнее время тобой стало интересоваться слишком много людей. Где ты живешь? Чем занимаешься? И тому подобное. Многие, конечно, спрашивают просто из любопытства или из желания тебе помочь. Но один из тех типов, кто ко мне подкатывался, связан с Уэйном Бардо. А эта ниточка ведет к Дювалю. Я уверен, они планируют тебя убрать, тем более что ты больше не работаешь в полиции.

– У Дюваля действительно имеются в отношении меня некоторые планы, но это вовсе не убийство. Он предложил мне работать на него.

– Работать?

Берк пересказал Маку содержание их разговора с Дювалем.

– Работать на него, – задумчиво повторил Мак. – Что ж, по крайней мере, это означает, что убивать тебя они пока не намерены. Но мне это все равно не нравится. Если в отделе служебных расследований узнают, что ты имел какие-либо дела с Бардо или Дювалем, вряд ли им это понравится.

Берк загасил сигару.

– По-моему, причин для беспокойства нет. Я своего мнения о Дювале никогда не скрывал. – Он встал. – Уже поздно. Мне пора идти.

Мак тоже поднялся.

– Где ты сейчас живешь?

– Зачем тебе?

– А как я тебя найду, если что-нибудь узнаю?

– У меня сейчас нет постоянного жилья.

– Когда будет, дай мне знать.

– Конечно.

– Что ты собираешься делать?

– С чем?

– Со всем, о чем мы говорили, – нетерпеливо ответил Мак. – Деньги у тебя есть? Поговаривают, что Барбара тебя обчистила до нитки.

– Ничего, пока нормально. Вообще-то я собираюсь на некоторое время уехать.

– Когда?

– Скоро.

– Надолго?

– Пока не знаю. Настолько, чтобы разобраться в своей жизни, принять какое-то решение.

– А куда ты поедешь?

– Еще не знаю.

– Заграницу?

– Еще не знаю, – раздраженно повторил Берк.

Если бы он сказал Макьюэну, что решил забыть обо всем, что связано с гибелью Кева Стюарта, Мак ему ни за что бы не поверил. Поэтому он постарался изобразить мстителя, что вполне соответствовало образу «живой легенды» и явно пришлось Маку по вкусу. Но этот шквал вопросов снова насторожил Берка. Был ли интерес Мака искренним и вполне невинным? Берку очень хотелось бы в это верить.

Он оглянулся на дом; в окно было видно, как хорошенькая Тони хлопочет на кухне. Такая куколка – прямо на обложку «Плейбоя» просится, – отлично готовит, обожает мужа и свой дом. Да, повезло парню.

Берка удивляла одна вещь: почему Макьюэн всегда кажется таким голодным? Он был похож на бродячего кота, беспокойного и вечно настороже, а не на домашнего баловня, у которого всегда имеется блюдечко, до краев наполненное сливками.

Словно почувствовав подозрительность Берка, Мак заразительно рассмеялся и хлопнул его по плечу.

– Что бы ты там ни задумал, я в тебя верю. Ты обязательно выиграешь. Ставлю сотню. Очень серьезно Берк ответил:

– Боюсь, что на этот раз ты проиграешь, Мак.

Заметно похолодало, но после ухода гостя Макьюэн снова уселся на веранде.

Когда Мак пришел в полицию, у Берка Бейзила уже была прочная репутация отличного полицейского. Бейзила, правда, не любили, потому что он не брал взяток, но уважали. Он предпочитал не стрелять, а думать, но назвать его трусом мог только полный дурак. Бейзилу больше нравилось, когда удавалось перехитрить торговцев наркотиками, а не пристрелить их. Самыми удачными рейдами он считал те, в которых никто не пострадал.

Тем не менее Мак сразу поверил, когда Берк пообещал убить предателя, если обнаружит.

– Мак? – На веранду босиком вышла Тони. – Тебе не холодно?

Он взял ее руку и поцеловал.

– На Бейзила произвела впечатление твоя стряпня.

– Спасибо. Пойдем в дом?

– Иди. Я сейчас.

– Не забудь запереть дверь. – Она отошла, но на пороге остановилась и, чуть поколебавшись, спросила:

– Все в порядке?

– Конечно, дорогая. Все прекрасно.

– Бейзил мне нравится.

– Мне тоже.

– Он оказался лучше, чем я представляла. По твоему описанию, он казался мне каким-то жутким.

Берк и был жутким. Для его врагов. Да и будущее его сейчас представлялось довольно кошмарным.

Однако не кошмарнее, чем будущее самого Мака.

– Нам посчастливилось найти незанятое здание. Оно вдали от растленного влияния города, и это огромный плюс.

Так отвечал отец Грегори на вопрос миссис Дюваль о том, почему «Дом Дженни» расположен так далеко от города.

Берк вел машину. Сидящий рядом с ним Грегори, не умолкая ни на минуту, превозносил достоинства несуществующего приюта. Пассажиры сидели сзади. Эррол, живое воплощение скуки, лениво и тупо смотрел в окно. Реми Дюваль слушала с интересом и время от времени задавала вопросы.

Берк был рад болтовне Грегори. Сам он не умел трепаться ни о чем, а у Грегори к этому был настоящий талант. Берк даже не вышел из машины, когда они подъехали к дому, чтобы забрать миссис Дюваль и ее телохранителя. Дюваль наверняка в своем офисе, сказал себе Бейзил, подъезжая к воротам, но на тот случай, если он все же окажется дома, отцу Кевину лучше остаться в машине.

Грегори с благостной физиономией подошел к дверям, ему открыл Эррол, и они вошли внутрь. Берк уже малодушно прикидывал, не плюнуть ли на всю эту затею и не унести ли ноги подобру-поздорову, пока он не совершил настоящее преступление. В пользу этого соображения были очень веские аргументы.

Но аргументы против тоже имелись. Их звали Питер и Дэвид Стюарты, и они были крайне весомыми. Эти два мальчика вырастут без отца, а ответственность за это лежит на Пинки Дювале.