Сьюзен Филлипс - Неженка

Ее начинает тошнить, едва она увидит потеющего человека, а ее убеждения со временем становятся все мягче — полагаю, из-за того, что она эмигрантка. — Холли Грейс оперлась на спинку а кушетки и задумчиво посмотрела на Далли. — С другой стороны, тебя не слишком заботит стильность, в политическом спектре ты отклоняешься так далеко вправо, что чуть вовсе из него не выпадаешь. Если смотреть поверхностно, то трудно отыскать двух более непохожих людей.

— По-моему, это еще слабо сказано. — Лента на магнитофоне опять дошла до «Округа Дарлингтон», и Далли принялся ногой отбивать ритм в ожидании, когда Холли Грейс доберется до сути.

— Но несмотря на все это, вы каким-то странным образом очень похожи. Во-первых, Франческа, едва увидев мою квартиру, сразу заявила, что она напоминает кабинет врача. И потом, Далли, она, вероятно, скоро обставит тебя по части подбирания бродяг. Сначала это были кошки. Потом она перешла на собак, что само по себе интересно, поскольку она боится их до смерти.

Наконец она начала подбирать людей — девочек-подростков четырнадцати-пятнадцати лет, сбежавших из дому и торгующих своим телом на улице.

— Кроме шуток? — сказал Далли, в котором наконец пробудился интерес. — И что же она с ними делает, если ей… — Он внезапно осекся, когда Холли Грейс сняла жакет и в глаза ему бросился синяк у нее на шее. — Эй, а это что? Похоже на засос.

— Не хочу говорить об этом. — Приподняв плечико в попытке закрыть синяк, она исчезла на кухне.

Далли последовал за ней.

— Черт побери, не видывал таких штук уже много лет. Помнится, я и сам ставил их тебе несколько раз. — Он оперся о дверной косяк. — Не хочешь ли рассказать о нем?

— Ты только поднимешь крик.

Далли неодобрительно хмыкнул:

— Джерри Джеффи. Ты опять виделась со своим старым любовником-коммунякой.

— Никакой он не коммуняка. — Холли Грейс извлекла из холодильника банку «Миллер лайт». — Если ты с кем-то не сходишься в политических взглядах, это еще не дает тебе права называть его коммунистом. И потом, ты и вполовину не так консервативен, каким хочешь казаться.

— Мои политические взгляды не имеют ничего общего с этим. Просто мне не хочется опять видеть тебя обиженной, дорогая.

Холли Грейс переменила тему:

— Коль уж зашел разговор о старых любовниках, как поживает Бемби? Научилась она читать журналы, не шевеля губами?

— Ну давай, Холли Грейс…

Она неодобрительно посмотрела на Далли:

— Клянусь Богом, ни за что не дала бы тебе развода, если бы знала, что ты начнешь встречаться с девицами, чьи имена кончаются на "и"!

— Ты уже закончила? — Его сердили поддразнивания Холли Грейс насчет Бемби, хотя, надо признать, эта девушка занимала в его любовной карьере далеко не первое место. И все равно Холли Грейс не имела права трогать эту тему. — К твоему сведению, Бемби через несколько недель выходит замуж и уезжает в Оклахому, поэтому я сейчас подыскиваю ей замену.

— Ты уже интервьюировал претенденток?

— Я просто держу глаза открытыми.

Они услышали, как в дверях повернулся ключ и чей-то детский голос, пронзительный и запыхавшийся, прозвенел из прихожей:

— Эй, Холли Грейс, у меня получилось! Я забрался на все ступеньки!

— Молодец! — рассеянно отозвалась она. И тут же в испуге втянула воздух. — Проклятие, Френси меня убьет! Это Тедди, ее мальчуган. Переехав в Нью-Йорк, она вынудила меня дать обещание, что я не допущу твоей встречи с ним.

Далли обиделся:

— Не такой уж я и насильник над детьми. И что же я, по ее мнению, сделаю с ним? Украду, что ли?

— Ее смущает то, что ты увидишь мальчика, только и всего.

Ответ Холли Грейс совершенно ничего не прояснил Далли, но прежде чем он успел приступить к допросу, мальчик ворвался в кухню — с вихром торчащих темно-рыжих волос, в майке с изображением Рэмбо, на плече которой виднелась маленькая дырка.

— Угадай, что я нашел на лестнице? Настоящий первоклассный затвор! Мы сходим когда-нибудь еще в Морской музей?

Там так чисто и… — Он замолчал, увидев стоящего сбоку Далли, одной рукой опирающегося на крышку тумбы. — Привет. — Его рот открылся и закрылся, словно у золотой рыбки.

— Тедди, это первый и единственный в своем роде Даллас Бодин, — сказала Холли Грейс. — Похоже, тебе наконец удалось с ним встретиться!

Далли, улыбнувшись мальчику, протянул руку:

— Привет, Тедди. Я много слышал о тебе.

— Привет, — повторил Тедди, его глаза округлились от обожания. — Ох, привет… — И он бросился к Далли ответить на рукопожатие, но, не добежав, остановился, пытаясь вспомнить, какую руку следует подать.

Далли пришел на выручку, присев и взяв его правую руку, — Холли Грейс говорит, что вы с ней приятели.

— Мы видели, как вы играли, по телевизору, чуть не миллион раз, — с восторгом заявил Тедди. — Холли Грейс мне все рассказала про гольф и все такое прочее.

— Ну, это очень хорошо. — «Мальчик — ничего особенного, определенно не на что смотреть, — подумал Далли, забавляясь выражением полнейшего обожания, словно тот предстал перед Господом. — А поскольку его мамочка чертовски красива, то старина Ники, должно быть, на три четверти урод».

Слишком возбужденный, чтобы стоять спокойно, Тедди переминался с ноги на ногу, не сводя глаз с лица Далли. Его очки сползли на кончик носа, и он протянул руку поправить их, но, слишком поглощенный присутствием Далли, задел пальцем за криво сидевшую оправу. Дужка очков соскочила с уха, и они полетели на пол.

— Ну вот… — сказал Далли, нагибаясь, чтобы поднять их.

Тедди тоже потянулся за очками, и оба они присели. Их головы, одна темно-рыжая и другая, покрупнее, светловолосая, оказались рядом. Далли первым дотянулся до очков и протянул их Тедди. Их лица разделяло не более тридцати сантиметров, и Далли почувствовал на своей щеке дыхание Тедди.

В гостиной стереомагнитофон голосом Спрингстина пел о том, что он охвачен огнем и что нож вырезал шестидюймовую канавку в его душе. И в этот малый промежуток времени, когда дыхание Тедди, словно шепот, коснулось щеки Далли, его самого охватило внезапно вспыхнувшее пламя.

— О Боже…

Тедди, озадаченно глянув на Далли, поднес очки к лицу.

Резко выбросив руку вперед, Далли схватил Тедди за запястье так, что мальчик вздрогнул.

Холли Грейс, почувствовав, что происходит что-то не то, застыла при виде Далли, пристально вглядывающегося в лицо Тедди.

— Далли?

Но он не слышал ее. Время для него остановилось. В мыслях он несся назад сквозь годы, пока опять не превратился в подростка, не сводящего глаз с сердитого лица Джейси Бодина.

С той лишь разницей, что лицо было не таким большим и угнетающим, без небритых щек и стиснутых зубов.

Лицо было маленьким — лицо ребенка.