Даниэла Стил - Под прикрытием

– Почему ты от нас уходишь? – требовательно спросила она.

– Я должен бороться с преступниками, чтобы ни тебе, ни твоему брату, ни твоей новой сестренке ничто не грозило, – взвешенно и как взрослой объяснил он. – Это моя работа.

– Но почему с ними не может бороться кто-нибудь другой? – возразила девочка.

– Потому что у меня это получается лучше, чем у других, – пошутил Маршалл, но Амелия восприняла его ответ вполне серьезно. Впрочем, его слова были не так уж далеки от истины.

– Ну, тогда ладно… – протянула она, все еще расстроенная, и Маршалл поспешил ее утешить.

– Я буду вас навещать, – пообещал он, хотя и знал, что в самое ближайшее время вряд ли сможет сдержать обещание. – Каждый раз, когда буду в Вашингтоне, – поправился Маршалл, не желая обманывать девочку. – Быть может, это случится не скоро, но я обязательно приеду… Кроме того, я думаю – когда у тебя родится сестренка, ты будешь очень занята и не будешь обо мне скучать.

Сам он старался не думать о том, как сильно будет ему не хватать Амелии и Бреда – да и их родителей тоже. За прошедший год Маршалл очень привязался к Армстронгам, которые в какой-то степени заменили ему семью. Расставаться с ними ему было жаль, но Маршалл знал, что иначе он поступить не может.

Приближался новый Хэллоуин, а вместе с ним приближались и последние дни его службы в президентской охране. На этот раз Амелия собиралась нарядиться злой волшебницей из книги про Страну Оз, и уже дважды – в порядке подготовки – раскрашивала лицо зеленой краской. Бред сказал, что будет астронавтом – у него был даже настоящий маленький скафандр, который изготовили и прислали ему инженеры из НАСА. Мальчик тоже не утерпел и показался в нем Маршаллу. Маршалл скафандр одобрил и пошутил, что астронавты нужны стране не меньше, чем сотрудники ЦРУ, хотя на душе у него скребли кошки: с Хэллоуином у него были связаны самые приятные воспоминания, ведь именно в этот день ровно год назад он впервые познакомился с детьми.

Мелисса Армстронг была на восьмом месяце. Ее так разнесло, что ей было трудно ходить, но она все же находила в себе силы шутить, что, мол, на этот Хэллоуин она может изображать Большую Тыкву без всякого костюма. До родов оставались считаные недели, а может быть, и дни, поэтому Маршалл очень удивился, когда узнал, что Мелисса и дети отправятся вместе с президентом в Виргинию, чтобы присутствовать на открытии нового медицинского центра для детей из семей с ограниченными доходами. Правда, поразмыслив, он понял, что иначе она поступить не могла: Мелисса всегда придавала большое значение благотворительности, а в медицинском центре должны были лечиться тяжело больные дети, чьим родным нечем было заплатить за сложную операцию. Она занималась этим проектом на протяжении двух лет, а президент поддерживал ее своим авторитетом, поэтому их присутствие на открытии выглядело и логичным, и оправданным.

Маршалл сам попросился сопровождать Армстронгов в этой поездке. Торжественная церемония была назначена на субботу, так что Амелии и Бреду не нужно было пропускать школу (Амелии к тому же поручили перере́зать красную ленточку). Оба с нетерпением ждали этого момента и были радостно возбуждены, но у Маршалла, когда он садился в президентский вертолет, в горле стоял ком. Он знал, что это его последний день и что ему больше не придется работать с президентом и его семьей, а еще он знал, что ему будет очень не хватать этих людей, к которым он успел привязаться.

Вертолет приземлился точно в назначенное время. Кортеж машин, который должен был доставить президента в медцентр, стоял на взлетной полосе, и Маршалл вышел первым, оценивая обстановку. Все было в порядке, и телохранители стали пересаживать президента с семьей в бронированный лимузин. Мелисса двигалась медленно, с трудом, придерживая руками живот, и Маршалл подал ей руку, чтобы помочь устроиться на заднем сиденье. Сейчас первая леди сильнее, чем когда-либо, напоминала ему Палому, которая точно так же неуклюже переваливалась на ходу, и он почувствовал прилив нежности.

На площади перед новеньким зданием медцентра собралась толпа людей, которые пришли посмотреть на президента. Члены попечительского совета и представители местной администрации, составившие комитет по организации торжественной встречи, ждали на лестнице перед дверьми, поперек которых была натянута широкая красная лента. Филипп Армстронг в окружении телохранителей медленно двигался сквозь толпу, пожимая тянущиеся к нему со всех сторон руки, но его охраняли двое старших телохранителей. Маршалл, согласно предварительной договоренности, держался рядом с Мелиссой и детьми, которых кроме него охраняли еще трое.

Представители администрации провели их по коридорам здания медцентра, показали светлые палаты и просторные операционные, после чего все вернулись на крыльцо. Президент произнес небольшую речь, потом стали выступать местные чиновники и врачи из руководства медцентра. Все это время Амелия нетерпеливо подпрыгивала на месте – ей не терпелось поскорее перерезать красную ленточку, и она то и дело косилась на стоящий рядом с микрофонами столик, где на красном бархате лежали большие сверкающие ножницы. Маршалл стоял сзади и чуть сбоку, внимательно оглядывая толпу поверх плеча Мелиссы – больше по привычке, чем действительно ожидая неприятностей. Открытие нового медицинского центра было, по большому счету, предприятием не слишком значительным, и все же он не считал возможным расслабляться. В какой-то момент его взгляд, скользнувший по передним рядам зрителей, зацепился за какое-то странное движение. Всмотревшись, Маршалл увидел мужчину с бледным вытянутым лицом, который сделал шаг вперед – и вдруг вскинул к плечу мощную винтовку.

Дальнейшее Маршалл воспринимал как в замедленной съемке. Он видел, как мужчина прицелился в президента, потом ствол винтовки плавно повернулся в направлении Мелиссы.

Едва успев выкрикнуть предупреждение, Маршалл прыгнул. Краем глаза он успел заметить, как двое охранников сбили президента с ног и накрыли своими телами. В следующее мгновение он с силой врезался в Мелиссу и тоже повалил на землю. Пронзительно закричала Амелия.

И тут начался хаос. Звучали отрывистые команды, завывали полицейские сирены, зрители разбегались с воплями. Телохранители продолжали закрывать президента, еще трое схватили стрелка. Мелисса, которую Маршалл прижимал к ступенькам, негромко стонала. При падении она несильно ударилась головой, но он этого не знал и испугался, что мог повредить ребенку. Амелию Маршалл тоже каким-то образом сбил с ног, и теперь прикрывал плечом, а Бреда подхватил на руки один из телохранителей.