Карен Робардс - Полнолуние

Молли обвила его шею руками, прижалась к нему, упиваясь силой его мускулов, мужественностью, столь очевидным проявлением его желания. Он сжат ее ягодицы, потом нежно погладил их сквозь ткань длинной майки. Вскоре розовый хлопок был в его руке и неотвратимо скользил вверх. Молли замерла в ожидании счастливого момента, когда сможет ощутить прикосновение его руки к голой коже.

Она жаждала этого прикосновения – безумно, до дрожи в коленях.

Наконец его рука оказалась под майкой и, обхватив ягодицы, приподняла Молли так, что ее лобок оказался буквально вдавлен в его твердую плоть. Рука его была сильной, теплой и властной, и Молли показалось, что ее кости тают под этим прикосновением. Она уже не сомневалась в том, кто является хозяином положения: Уилл.

Другой рукой он накрыл ей грудь. Большой палец отыскал сосок под тканью майки и осторожным движением поддразнил его, хотя тот уже окаменел от возбуждения. Словно фейерверк рассылается перед закрытыми глазами Молли.

Она отчаянно пыталась противостоять всепоглощающей страсти, которая, как ей казалось, вот-вот сокрушит ее. Она не могла смириться с ролью просителя, которую ей навязывал Уилл. Чтобы сохранить уважение к себе, ей нужно было сместить акценты в этой схватке темпераментов, подчинить его своей воле.

Ее руки скользнули вниз, отыскали кромку его майки, закрались под мягкую ткань и продолжили свой путь наверх, по гладкой и теплой коже его спины.

– Молли, я… о! – В дверях гостиной возникла заспанная Сьюзан.

Уилл и Молли резко отпрянули друг от друга. Уилл быстро опустил задранную майку. Ночная рубашка Молли самопроизвольно вернулась на место.

– А, привет, Уилл. Ты еще здесь? – зевая, спросила Сьюзан.

– Он остался ночевать… на диване. Чтобы быть уверенным, что мы в безопасности, – растерянно забормотала Молли и, к своему ужасу, почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Она заметила, что и Уилл уже не казался таким уравновешенным и спокойным, как обычно. На его скулах играл румянец. Он нервно провел рукой по волосам.

– Что-то вроде телохранителя? – спросила Сьюзан, переводя взгляд с одного на другого.

– Вроде того, – согласилась Молли, а Уилл кивнул.

– Тогда мне не придется больше бояться, – с облегчением произнесла Сьюзан. – Это хорошо, потому что я ужасно хочу спать. С тобой все в порядке, Молли?

– Все нормально, Сьюзи.

– Я знаю, Уилл поднимет тебе настроение, – удовлетворенно произнесла Сьюзан и, развернувшись, направилась в ванную. На кухне зажегся свет. Через мгновение, в течение которого Молли так и не посмела взглянуть на Уилла, свет погас, и Сьюзан вернулась.

– Я иду спать, – объявила она, поднимаясь по лестнице. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Сьюзи.

– Спокойной ночи, Сьюзан.

Молли прислушалась к удаляющимся шагам. Потом, сложив на груди руки, взглянула на Уилла. Он стоял в трех шагах от нее, с взъерошенными волосами и разочарованным выражением лица.

– Извини, – сказала она.

– Ты не виновата. – Он приблизился к ней и, взяв ее за локоть, притянул к себе.

На лестнице вновь послышались шаги, К тому времени, как спустился Майк, проследовавший в ванную, Уилл и Молли были уже на почтительном расстоянии друг от друга. Майк справил нужду и начал подниматься наверх, на ходу бросив мимолетный укоризненный взгляд на парочку в гостиной.

Молли посмотрела на Уилла.

– Наверное, мы выбрали неподходящее время и место, – тихо произнесла она.

Уилл потер лицо руками.

– Я начинаю это понимать.

– Думаю, это не очень здорово… заниматься этим… когда кругом дети.

– Согласен.

– Пожалуй, я все-таки пойду спать.

– Хорошая мысль.

– Диван…

– Может, оставим в покое этот чертов диван? Я сам могу застелить его, если захочу.

– Хорошо. – Молли направилась к двери. Уилл стоял на ее пути. Он выглядел каким-то растерянным и взъерошенным, и это вызвало у Молли улыбку. Она встала перед ним, провела рукой по его мускулистой руке и, встав на цыпочки, коснулась губ Уилла легким поцелуем.

– Спокойной ночи, – прошептала она в его раскрытые губы.

– Спокойной ночи. – Он обнял ее. Его поцелуй был крепким и горячим. Молли растаяла в его объятиях. Она чувствовала, как горит нетерпением его тело. Ее бедра качнулись в непроизвольном ответе.

– Целуются, фу! – Презрительный комментарий отшвырнул их друг от друга.

Молли, тяжело дыша, оглянулась и увидела Сэма, который стоял в дверях и с интересом наблюдал за ними.

– Почему ты встал? – выдавила она из себя, не смея взглянуть на Уилла.

– Я хочу пить.

– Кухня вон там, – указала пальцем Молли.

– Я знаю. – Сэм развернулся и направился на кухню. – Я просто хотел посмотреть, спишь ты или нет. Я не знал, что Уилл здесь. И вообще не понимаю, как он может заниматься такой ерундой.

Последняя реплика Сэма сопровождалась брезгливым жестом.

Молли покосилась на Уилла. Тот выглядел таким рассерженным, что она невольно усмехнулась.

– Забудь об этом, – строго произнес он. – Иди в постель.

Молли не смогла сдержаться и хмыкнула.

– Это называется семейная жизнь, – извиняющимся тоном произнесла она.

– Иди спать. – Это был приказ.

– Иду. – Все еще улыбаясь, она направилась к двери. Сэм был на кухне. Слышно было, как льется вода из крана.

– Молли? – хриплым голосом окликнул он ее.

– Да? – Она оглянулась. Уилл, стоял у полуразобранного дивана, держа в руках подушку в белой наволочке. Он выглядел усталым и сердитым и настолько сексуальным, что Молли трудно было сдерживать желание броситься к нему в объятия.

– Что ты делаешь завтра вечером? Медленная улыбка озарила ее лицо.

– Все, что пожелаешь.

– Это обещание?

Молли кивнула, и взгляд его помрачнел. Сэм вышел из кухни с большим стаканом воды и любопытством во взоре.

– Можно мне немножко посмотреть телевизор? Я не могу заснуть.

– Нет! – хором воскликнули Молли и Уилл. Сэм перевел взгляд с одного на другого.

– Я только спросил! Подумаешь!

Сэм отправился спать. Молли тоже. Она только успела забраться под одеяло, как расслышала звук открываемой дверцы холодильника.

Она догадалась, что Уилл полез за молоком. Засыпала она, улыбаясь воспоминаниям о причине его последнего стресса.

Утро наступило рано, как это всегда бывало. Сонная, Молли открыла глаза, почувствовав на своих губах легкий поцелуй.

– До вечера, красавица, – сказал Уилл, выпрямившись. И вышел из спальни.

Протерев глаза, Молли посмотрела на будильник: шесть сорок пять утра. Звон посуды, доносившийся с кухни, напомнил ей о том, что дети уже встали и собираются в школу. Она застонала, но потом все-таки пересилила себя и скатилась с кровати.

Когда она, натянув джинсы и рубашку, направилась на кухню, воспоминание о том, что случилось с Шейлой, окатило ее темной волной. Как правило, по утрам в свои выходные дни она отправлялась в поле кормить Шейлу собачьим кормом. Но сегодня это было невозможно; а может, этому вообще не суждено будет случиться.