Нора Робертс - Наивная плоть

Дина не думала, что он сможет еще чем-нибудь поразить ее. Но она ошиблась.

– Ты хочешь сказать: я не спала с тобой и этим вынудила тебя пойти к Анджеле?

– Ты еще не понимаешь, Дина, – терпеливо произнес он. – Я уважаю твои желания. Ты нуждалась в постепенном развитии отношений. В то же время мне необходимо удовлетворять свои потребности. Конечно, Анджела – это была ошибка… Она медленно кивнула.

– Понятно. Я рада, что мы все это выяснили, Маршалл, до того, как дело пошло дальше. Теперь я очень рассудительно скажу тебе: иди к черту!

Она шагнула к двери, но Маршалл вдруг загородил ей дорогу. У нее потемнело в глазах.

– Мы еще не закончили, Дина.

– Я закончила, а остальное не имеет значения. Мы оба допустили ошибку, Маршалл, и очень большую. А теперь убирайся с дороги и держись от меня подальше! А не то я сделаю еще одну ошибку и поставлю нас обоих в неловкое положение… тем, что расцарапаю тебе всю рожу!..

Оцепенев, он отодвинулся в сторону.

– Я готов все обсудить, когда ты успокоишься.

– О-о, я спокойна, – прошептала она, направляясь к студии. – Я смертельно спокойна, мерзавец ты этакий.

Толкнув дверь, она промаршировала между привычных кабелей и села на свое место за столом диктора.

Финн наблюдал за ней до первого перерыва. Удостоверившись, что она держит себя в руках, он выскользнул из студии и пошел к лифту.

Анджела сидела у себя в кабинете и смотрела полуденный выпуск новостей, потягивая из бокала праздничное шампанское. Ей было наплевать на слова и репортажи, но она заинтересованно, даже зачарованно вглядывалась в лицо Дины. Девчонка выглядела такой же холодной и сладкой, как ванильное мороженое, думала Анджела. Только глаза. Анджела была бы горько разочарована, если бы не увидела затаенной ярости во взгляде Дины.

– Прямой удар, – с наслаждением прошептала она.

«Я победила», – опять подумала она, но не смогла побороть болезненного чувства восхищения.

Свернувшись клубочком в кожаном кресле у стола, она лакомилась шампанским и улыбалась, потом молча отсалютовала Дине бокалом.

– У нее есть стиль, правда? – проговорил от дверей Финн.

К чести Анджелы, она даже не вздрогнула. Спокойно потягивая шампанское, она продолжала смотреть на экран.

– Совершенно верно. С хорошим, учителем она могла бы многого добиться.

– Не к этой ли роли ты готовилась? – Финн пересек комнату, обогнул письменный стол и стал позади кресла. – Собираешься учить ее по-своему, а, Анджела?

– Мой метод работает. Ди первая тебе расскажет, как я была с ней великодушна.

– Она пугает тебя, да? – Финн опустил руки Анджеле на плечи, крепко держа ее так, что они оба смотрели на Динино изображение.

– С чего бы это?

– Потому что у нее есть не только стиль. Стиля у тебя тоже сколько хочешь. У нее хорошие мозги, но это у тебя тоже есть. И смелость, и настойчивость. Но кое в чем она превосходит тебя, Анджела. Потому что у нее есть класс. Прирожденный класс. – Его пальцы впились ей в плечи, когда она попыталась вырваться. Он даже не подозревал, насколько точно попал в цель. – Этого у тебя никогда не будет. Ты можешь надеть жемчуга и тысячедолларовые наряды, но это ни черта не значит. Потому что ты не можешь надеть на себя класс. Его нельзя ни купить, ни сыграть. – Он рывком крутанул ее кресло и наклонился к ней, лицом к лицу. – И у тебя никогда его не будет. Так что Дина чертовски пугает тебя, и тебе пришлось придумать, как ей показать, кто здесь хозяин.

– И что, она прибежала к тебе, Финн? – Анджела была потрясена даже сильнее, чем сама себе признавалась, но подняла бокал и картинно отпила. Хотя шампанское уже не лезло ей в горло. – Несчастная, раздавленная, в слезах – прибежала искать утешения?

– Какая же ты сука, Анджела!

– Тебе всегда это во мне нравилось. – Ее глаза смеялись над ободком бокала. Затем она пожала плечами. – По правде говоря, мне жаль, что пришлось так поступить. Без сомнения, Маршалл ей совершенно не подходит, но я знала, как она к нему относится. К сожалению, он любит меня, а я тоже привязана к нему. – Она хотела верить своему объяснению, поэтому верила. Ее голос звенел от искренности. – Мы потеряли контроль над своими чувствами, но я виню в этом только себя одну. Это было так безрассудно!

– Черта с два, безрассудно! Ты и шагу не ступишь, не подумав.

Она опять улыбнулась, глядя на него из-под ресниц.

– Не ревнуй, Финн.

– Как трогательно! Ты думала, что этот трюк сломает ее?

– Если бы она любила его, то да. – Поджав губы, Анджела разглядывала свои ногти. – Так что, возможно, я оказала ей услугу.

Он засмеялся.

– Возможно. Но мне, черт побери, ты точно оказала услугу. – Он повернулся к ней спиной и ухмыльнулся. – Я хочу ее, и ты только что расчистила мне дорогу.

Ему не пришлось уворачиваться от летевшего бокала. Он попал в окно в целых шести дюймах от его головы. Зазвенело стекло. Финн довольно засунул руки в карманы.

– Твоя победа смердит.

Ей уже было не до смеха. И не до притворных раскаяний, в которых она сама себя убедила. Анджела была в ярости.

– Ты думаешь, она захочет тебя после того, что я ей расскажу?

– А ты полагаешь, что она будет слушать тебя после такой выходки? – Его глаза беспечно смеялись. – В этот раз ты перестаралась. Она не придет плакаться к тебе в жилетку. Она это переживет и станет сильнее. А ты… ты теперь начнешь оглядываться через плечо.

– Думаешь, я буду беспокоиться из-за какой-то маленькой дикторши новостей? – выкрикнула Анджела. – Да стоит мне позвонить по телефону, и она исчезнет. Вот так! – Она щелкнула пальцами. – Как ты думаешь, кто держит эту станцию на плаву последние два года? И что с ними станет, когда кончится мой контракт?

– Значит, ты действительно уезжаешь. – Он кивнул и качнулся на каблуках. – Ну, поздравляю и удачного путешествия.

– Да, уезжаю. Когда начнется новый сезон, я буду в Нью-Йорке, и моя собственная компания будет выпускать шоу «У Анджелы»! Филиалы Си-би-си приползут ко мне на коленях и заплатят за мое шоу столько, сколько я захочу. Через два года я буду самой могущественной женщиной на телевидении!

– Да, ты могла бы этого достичь, – согласился он, – на какое-то время.

– Я буду наверху, а ты будешь бегать вокруг и вынюхивать новости на двухминутный репортаж в ночном выпуске. – Ее била дрожь, ее самолюбие кровоточило от уколов и щипков неуверенности. – Люди хотят меня видеть. Они меня любят! Они меня уважают!

– Как я – любила и уважала.

И Финн, и Анджела повернулись к двери, где стояла Дина, бледная под слоем грима. Не удивляясь, она отметила, что Анджела подобрала большую часть роз и красиво расставила их в вазе на столе.

– Дина! – Со слезами на глазах Анджела метнулась к ней через комнату. – Не знаю, как мне загладить свою вину перед тобой.