Виктория Эшли - Сожаление (ЛП)

- Я смотрю, кто-то по-прежнему отказывается покупать водостойкую тушь. Ты должна быть немного осторожнее, когда вытираешь пот, - он убрал руку и вытер ее об рубашку. – Ну, дамы, наслаждайтесь «не» говорить ни о чем важном, - он посмотрел мне в глаза и выдохнул, делая шаг назад. – Или о ком-нибудь важном.

Мое сердце заныло, когда он уходил, и я почувствовала тошноту. Может быть, он знал, что мы говорили о нем. Не мог же он поверить, что не важен для меня. Или мог? От этих мыслей скрутило живот.

- Вау, Феникс. Так держать, - Мишель откинула волосы с лица, щелкая языком. – Теперь, ты отпугнула красавчика. Как ты собираешься пойти на свидание…

- Ты напориста, Мишель, - защищалась я. – Это было в прошлом. Мы оба теперь разные люди. Я даже больше его не знаю. Просто брось это, ладно.

Лаура потягивала свой напиток, а глаза блуждали по Келлану, который сейчас помогал Мартину. Я видела похоть в ее больших карих глазах, и это отстойно думать, что другие женщины хотят его.

Ее рот изогнулся в улыбке, когда она посмотрела на меня.

– О, пожалуйста, Феникс. Такой человек не может быть нехорошим. Не думай, что я не помню, как он относился к тебе в прошлом. Он был твой ангел-хранитель, всегда здесь, чтобы защитить тебя. Так или иначе, я не думаю, что все сильно изменилось сейчас. Ты видела, как он справился с человеком-сиськи.

Я отвлеклась от нее и быстро посмотрела на Келлана. Он все еще стоял там и разговаривал с Мартином, но его глаза были прикованы ко мне, внимательно наблюдали. Даже, когда он заметил, что я смотрела, он не отвел глаз. У него не было никакого стыда в том, что его поймали, смотрящим на меня. Я, кажется, тоже не могла отвернуться. Только несколько дней назад вернула его и уже пристрастилась.

* * *

К концу смены я так вымоталась, что хотела только одного, вернуться домой и упасть в постель. Девушки пробыли несколько часов, говорили о борьбе Джейми с ее бойфрендом и так лукаво посматривали на Келлана каждый раз, когда была возможность. Если честно, я была рада видеть, как они уходят. Не могла больше волноваться, что Келлан вдруг соберется подкрасться и подслушает наш разговор. Это было утомительно.

Я была рада видеть, что Келлан, в конце концов, завязал с образом отличного бармена. Он, казалось, очень опытен в приготовлении напитков и даже показал мне несколько новых. Я могла привыкнуть к тому, что кто-то на самом деле хочет помогать здесь работать. Жаль, что этого никогда не будет. Он, наверное, никогда не ступит ногой в этот бар снова.

Пока в офисе подсчитывала деньги, заметила, что в кассе лишние, почти на сто долларов больше. Я пересчитала во второй раз, просто, чтобы сравнить точную сумму.

Встала, прошла через дверь и увидела Келлана, который стоял перед музыкальным автоматом. Одной рукой он опирался на него, а другой - искал музыку.

Я хотела что-то сказать, но было нечто особенное в том, что он стоял тут с волосами, спадающими на лицо, покрытое щетиной, и лопатками, выступающими через тонкую ткань рубашки, слишком красиво, чтобы прерывать. От подглядывания за ним, мое сердце стучало сильнее в груди.

Наконец, он выбрал песню, и « Простой Человек» «Линэрда Скинэрда» (американская рок-группа из города Джексонвилла, штат Флорида; ведет свою историю от сложившегося в 1964 году костяка из Рональда «Ронни» Уэйна Ван Занта (англ. Ronnie Van Zant) (вокал), Аллена Коллинза (гитара) и Гэри Россингтона (гитара)) начала играть через динамик. Он сделал шаг назад, закрыл глаза и прикусил нижнюю губу, выглядя таким потерянным сейчас.

Мое сердце сжималось от боли, пока я наблюдала за ним. Он сделал глубокий вдох, затем наклонился вперед, ухватился обеими руками за автомат и сжал его, голова была низко опущена, челюсти сжаты.

Это была любимая песня Адрика. Я сидела там, на чердаке, рядом с ним, в то время как он играл эту песню и пел ее вслух. Он всегда говорил мне, будь уверена, найдешь простого человека, и я никогда не понимала, что он имел в виду. Не уверена, что и теперь понимаю, но она по-прежнему разъедает мне сердце каждый раз, когда слышу ее.

- Зае**сь! Чертова песня.

Он ударил кулаком по музыкальному автомату, затем сделал шаг назад и медленно потер руками лицо. Это всегда был его способ скрыть свои эмоции и спрятаться. Это всегда разбивало мне сердце: видеть его таким. Видимо, от того, как мое сердце давало сбои, и живот стягивало в узел, это до сих пор так.

Я проглотила комок в горле и подошла, чтобы встать рядом с ним. Протянула деньги и спросила: - Это твои чаевые?

Он сглотнул и сделал шаг вперед, как будто только сейчас заметил меня в комнате.

– Они твои. Мне они не нужны, - он положил руки мне на плечи и погладил их большими пальцами, пока тяжело дышал. – Я помогал сегодня, потому что хотел, а не потому, что мне нужны деньги.

Я вырвалась, качая головой, и сунула деньги ему в грудь.

– Я не могу принять деньги, Келлан. Ты пахал, как Папа Карло, сегодня, - он оттолкнул мою руку, но я не двинулась с места. Нет. – Возьми деньги. Ты заслужил их.

Он, наконец, протянул руку и позволил мне вложить их.

- Ты все такая же упрямая, как и раньше. Ты знаешь это? - он спрятал деньги в кошелек и улыбнулся, словно знал то, чего не знала я. Затем он направился в офис.

- Постой. Что это была за улыбка? - я шла за ним и смотрела, как он запаковывает деньги и записывает сумму за день. - Ты серьезно собираешься сделать все для меня?

Он посмотрел на меня серьезным взглядом.

– Я сделаю, если смогу, Феникс, - его глаза потемнели, затем он, наконец, отвел взгляд. - Отвезу тебя к твоей машине. Я скоро буду готов.

- Моя мама должна забрать меня, как только позвоню ей, - я обошла его и стала помогать, когда он начал выключать свет и игры. - Мне просто нужны мои ключи и сумочка.

Он проскользнул мимо меня и направился к двери.

– Не звони маме. Я забираю тебя прокатиться, - он улыбнулся, держа дверь открытой, и ждал, чтобы я вышла вслед за ним. – Ты обычно делаешь это одна ночью?

Я пожала плечами, пока вставляла ключ в замок и поворачивала.

– Обычно, да. Иногда кто-то еще здесь, но большую часть времени только я.

Он откинул назад голову и разочарованно пососал нижнюю губу.

– Я собираюсь положить конец этому дерьму. О чем, черт возьми, они думают, оставляя красивую... - он сделал глубокий вдох и выдох. - Они не должны оставлять тебя одну в два часа ночи, чтобы закрыть бар. Тебя легко можно ограбить или навредить.

Пульс бился в ушах, пока я пыталась скрыть румянец, который расползся по лицу. Если я его правильно услышала, тогда он назвал меня красивой. В прошлом я отдала бы что угодно, чтобы услышать это из его уст.

- Итак, - я оглядела парковку в поисках его мотоцикла, но все, что увидела, это большой, черный, пикап «Шевроле Сильверадо» на больших колесах. – Эта красотка твоя? - я указала большим пальцем на грузовик и улыбнулась.