Сандра Браун - Пленница ястреба

— На этот раз вы выиграли, — процедила она сквозь зубы, в очередной раз остро переживая свое бессилие. — Я поговорю с Мортоном.

Ястреб промолчал: в победе он был уверен с самого начала. Подняв трубку, он набрал номер. Послышались гудки «занято».

Все в комнате, в том числе и Рэнди, напряженно вздохнули. Рэнди вытерла увлажнившиеся ладони о рубашку.

— Что это значит? Может, кто-нибудь не выдержал и позвонил раньше назначенного времени?

— Нет, это исключено. Должно быть, Прайс с кем-то беседует.

Он вновь набрал номер — на этот раз в трубке послышались длинные гудки. Трубку сняли только после третьего сигнала — чтобы дать ФБР время выяснить, откуда был сделан звонок, решила Рэнди. Все это не предвещало ничего хорошего.

В ту же секунду, как Мортон произнес «алло». Ястреб назвался похитителем.

— Миссис Прайс и ваш сын Скотт у меня. — Он передал трубку Рэнди.

Вытерев скользкие от пота руки, она схватила трубку и чуть не уронила, не донеся до уха. Глаза Ястреба притягивали ее как магниты.

— Мортон?

— О Господи, Рэнди, это ты? Как я волновался! Как Скотт?

— Со Скоттом все в порядке.

— Если они посмеют…

— Они ничего не сделают. — Ястреб скользящим движением провел по своей шее указательным пальцем. — С нами обращаются хорошо. — Ястреб поднялся со стула и потянулся к трубке. — Прошу тебя, сделай так, как они скажут. Они предлагают сделку.

Ястреб вырвал у нее трубку, и, прежде чем он ее повесил, все в комнате услышали приглушенный голос Мортона, требующего информации.

— Через несколько секунд ему позвонят во второй раз и изложат часть наших условий, — объявил Ястреб, ни к кому не обращаясь. Потом посмотрел в глаза Рэнди:

— Вы неплохо справились, миссис Прайс. — В молчаливом отчаянии она наблюдала, как Ястреб взялся за телефонный провод и перерезал его ножом. — Больше он нам не понадобится.

Теперь, когда последняя ниточка связи была прервана, Рэнди в голову начали приходить десятки способов сообщить, где она находится. Любое подобное сообщение, вероятно, стоило бы ей жизни, но она могла попытаться. Она упрекала себя в трусости и оправдывалась только тем, что без нее Скотт остался бы совершенно беззащитным. Она не могла рисковать своей жизнью, потому что была ответственна за сына.

Ястреб приказал одному из мужчин проводить Рэнди в ее хижину и запереть там.

Ее отчаяние уступило место гневу.

— На целый день? — вскричала Рэнди.

— На сколько я сочту нужным.

— Что же я буду там делать весь день?

— Скорее всего злиться. Она вскипела:

— Я хочу, чтобы Скотт был со мной.

— У Скотта найдутся другие занятия. Поскольку он в отличие от вас не пытается сбежать, незачем держать его взаперти.

Ястреб взглядом указал на дверь. Мужчина, которому был отдан приказ увести Рэнди, взял ее за локоть — решительно, но не больно. Рэнди гневно высвободила руку.

— Я дойду сама, — с милой улыбкой произнесла она, хотя глаза ее метали молнии. — Когда вас поймают, надеюсь, вам придется просидеть взаперти всю жизнь.

— Этого никогда не будет. Возвращаясь в свою хижину, Рэнди с тревогой вспоминала о том, с какой уверенностью Ястреб произнес последние слова.

— ..Это была настоящая, большая лошадь, мама, а не пони. И я ехал на ней сам! Сначала Эрни вел ее на веревке, а потом хлопнул по крупу — вот эта часть у лошадей называется крупом, — и мы поскакали, — рассказывал Скотт и воодушевленно жестикулировал, показывая, как лошадь сорвалась с места. — Но я не выезжал из кораля. Ястреб сказал, что завтра, может быть, он разрешит мне выехать — там будет видно.

— Возможно, завтра нас здесь уже не будет, Скотт. Твой папа должен приехать и забрать нас домой. Разве ты не рад?

Детское личико стало задумчивым — Скотт размышлял над вопросом матери.

— Да, рад, но лучше бы он приехал потом. Здесь так весело!

— Разве ты не боишься?

— Чего?

И вправду, чего? Рэнди мысленно повторила свой вопрос. Вечерних теней, которые кажутся длиннее и темнее, чем в городе? Лиловых сумерек, наступающих часом раньше, когда солнце садится за горные вершины? Непривычных звуков и запахов?

— Ястреба, — наконец сказала она. Скотт с озадаченным видом уставился на нее:

— Ястреба? Почему я должен бояться Ястреба?

— Он поступил плохо. Скотт. Он совершил серьезное преступление, когда увез нас от поезда против нашей воли. Ты же знаешь, это называется похищением.

— Но Ястреб хороший.

— Помнишь, что я тебе всегда говорила: никогда нельзя садиться в машину к незнакомым людям, какими бы хорошими они ни казались?

— Как те плохие люди, которые трогают мальчиков и девочек там, где нельзя? — Он закивал головой. — Но Ястреб не трогал меня. Может, он трогал тебя там, где нельзя, мама?

Ей пришлось прокашляться, прежде чем она смогла ответить:

— Нет, но люди совершают и другие нехорошие поступки.

— Ястреб хочет сделать нам что-то плохое? — Выгоревшие бровки встревоженно сошлись на переносице.

Слишком поздно Рэнди поняла: ее предостережения принесут больше вреда, чем пользы. Ей не хотелось тревожить Скотта, но вместе с тем она не желала, чтобы Ястреб стал его кумиром. Принужденно улыбнувшись, она лизнула пальцы и пригладила упрямо торчащий вихор надо лбом сына.

— Нет, он не сделает нам ничего плохого. Просто запомни: он совершил поступок, запрещенный законом.

— Ладно. — Скотт согласился слишком легко. Предостережение матери он пропустил мимо ушей и тут же забыл о нем. — Сегодня Ястреб научил меня ловить рыбу острогой в заводи, где стоячая вода. Он показал мне, как надо ножом оттачивать палку. Он говорил, что иметь оружие — хорошо, но вместе с ним появляется и от… отвечательность.

— Ответственность.

— Да, да. Он сказал, что оружием можно пользоваться, чтобы добыть еду, защититься или… — Мальчик нахмурился, пытаясь припомнить. — Да, или защитить того, кого любишь.

Рэнди с трудом верилось, что Ястреб когда-нибудь кого-нибудь любил. Может быть, родителей? Деда с материнской стороны, который был вождем? Свой народ? Народ — наверняка. Но любовь между ним и другим человеком? Рэнди не могла себе представить, чтобы такой жестокосердный человек, как Ястреб, был способен на любовь к женщине.

Растревоженная мыслями, она рассеянно произнесла:

— Всегда будь осторожен с ножом.

— Хорошо. Ястреб долго объяснял мне, что надо делать, чтобы не пораниться.

— О чем еще ты говорил с Ястребом?

— Сегодня, когда мы ходили с ним в кустики, я спросил, будет ли моя штучка такой же большой. Привет, Ястреб!

Ошеломленная беспечной болтовней Скотта, Рэнди обернулась и увидела, что предмет их беседы стоит на пороге хижины, заслонив узкий дверной проем. Скотт бросился к нему: