Бертрис Смолл - Злючка

Шотландцы, заполнившие придел, внезапно расступились.

Вперед выступил высокий мужчина. На перевязи красовалась эмблема вождя клана.

— Я Тэвис Стюарт, граф Данмор, — объявил он громко, так что услышали все собравшиеся. — И пришел только за одним, святой отец. За этим человеком.

Тонкий изящный палец уперся в сэра Джаспера.

— Этот трусливый пес, стоящий перед вами в свадебном наряде, принадлежит мне! Благодарение Богу, я успел спасти невинную девушку от ужасной участи — свадьбы с этим негодяем. Отдайте Джаспера Кина, и я немедленно уеду из Грейфера.

Предложение было благородным — все понимали, что Стюарт может захватить сэра Джаспера, убить всех собравшихся в церкви и разнести крепость. Но гости умирали от любопытства: какое преступление мог совершить сэр Джаспер чтобы навлечь на себя ярость Тэвиса Стюарта?

— Сын мой, — ответил священник, — ты пришел с намерением убить — я вижу по глазам. Не могу отдать тебе этого человека и тем самым помочь совершить смертный грех. Неужели нельзя покончить ссору миром?

— Этот дьявол — сам убийца, святой отец, — спокойно ответил граф. — Разве в Святом Писании не сказано: кто придет с мечом, от меча и погибнет? Поверь, я хочу встретиться с сэром Джаспером в честном поединке.

— Скажи, что он сделал, сын мой, почему злоба твоя так велика?

— Подло убил леди Юфимию Хэмилтон, мою нареченную, святой отец, и за это я возьму его жалкую жизнь. Пятнадцать месяцев назад он явился ночью в Калкерн-Хаус, безжалостно и жестоко убил леди Хэмилтон, сжег дом и угнал скот молодого хозяина. Мальчику едва удалось сбежать и спасти младших сестер и брата.

— Убежища! — пронесся сдавленный крик. — Молю убежища у церкви, отец Ансельм.

Ровена, протолкавшись через толпу шотландцев, обняла дочь, но та сбросила руки матери. Леди Грей побелела от страха, увидев, как девушка, смело встав перед графом Данмором, гневно закричала:

— Как смеете вы, сэр, врываться в мой дом и мешать моей свадьбе? Грязный шотландский лгун! Ничтожный бандит! Немедленно убирайтесь! Я кузина короля и найду правый суд, если будете вести себя подобным образом!

Какое-то время никто, казалось, не смел вздохнуть, но тут граф Данмор ледяным голосом сказал;

— Мадам, я убивал людей за гораздо меньшие оскорбления!

Неужели вы не слышали, что я сказал? Или не верите моим словам?

Глядя на девушку, граф подумал, как она красива, хотя и глупа настолько, чтобы влюбиться в такое ничтожество.

— Не верю, — заявила Арабелла. — Сэр Джаспер добр и благороден. Он ни за что не убил бы даму! — И, немного смягчившись, добавила:

— Вы, наверное, очень тоскуете по невесте?

— Тоска не имеет ничего общего с моей яростью, мадам, — холодно ответил граф. — Этот трус запятнал честь Стюартов из Данмора. Моя нареченная, насколько я узнал, была его любовницей. Ваш благородный рыцарь отказался на ней жениться, но потребовал, чтобы Юфимия отправилась с ним в Англию, а когда она отказалась, ваш храбрый жених ворвался к ней в дом, изнасиловал бедняжку и отдал ее на потеху своим людям, а потом бросил искалеченное, изуродованное тело в горящий остов Калкерн-Хауса. Не знаю, была ли она к тому времени мертва, но молюсь, чтобы это было так.

Несколько женщин, услышав страшный рассказ, упали в обморок; Ровена изо всех сил боролась с надвигающейся дурнотой. Значит, Джаспер говорил правду, а не просто хвастался Арабелла размахнулась и изо всех сил ударила графа по лицу.

На щеке Тэвиса Стюарта расплылось багровое пятно, но он, отвернувшись, уничтожающе спросил сэра Джаспера:

— Позволяешь девушке сражаться за тебя, трус?

Собравшиеся напряженно ждали: ответит ли сэр Джаспер на вызов графа? Выйдет ли из церкви?

Снова заговорил отец Ансельм:

— Не стану сомневаться в правдивости твоих слов, сын мой, но сэр Джаспер просил убежища у церкви, и я не могу отказать, несмотря на брошенные тобой ужасные обвинения. Я даю ему убежище, и ты не можешь коснуться сэра Кина, пока тот находится в церкви, под страхом гибели твоей бессмертной души.

Сэр Джаспер, почувствовав себя в безопасности, вздохнул свободнее и едва не рассмеялся, видя, как раздосадованный граф схватился за меч.

— Тэвис! — вмешался светловолосый молодой человек в красном плаще клана Мюрреев. — Не делай этого!

Арабелла гневно обернулась к жениху, не скрывая ярости.

Венчание не состоялось! А Джаспер?! Человек, которому она готова была отдать сердце, даже не сделал попытки защитить невесту, а трусливо спрятался за сутаной священника!

Девушка резанула Джаспера бешеным взглядом:

— Неужели вы разрешите этому шотландскому дикарю оскорблять и порочить вас, милорд? Примите его вызов, и покончим с этим делом раз и навсегда! Не позволю подвергать опасности Грейфер и его людей! Мир с шотландцами не должен быть нарушен, особенно в такой день — день нашей свадьбы.

В глазах графа мелькнуло восхищение. Девушка была верна жениху и хотя, очевидно, не знала всей правды о Джаспере Кине, сознавала свой долг по отношению к слугам и превыше всего ставила безопасность гарнизона и крепости.

Настоящая хозяйка замка!

Граф презрительно оглядел сэра Джаспера:

— Ну, трус? Станешь драться или будешь по-прежнему прятаться за поповскими юбками?

— Но если я прикончу вас, милорд, — ответил сэр Джаспер, осмелев от сознания того, что находится в безопасности, — ваши люди разорвут меня в клочья. Только глупец может принять подобный вызов! Нет, я отказываюсь!

— Если вы победите честно, сэр, даю слово, мои люди немедленно уедут с миром.

— Не верю, милорд. Кто доверится грабителю-шотландцу? — оскорбительно усмехнулся сэр Джаспер и обратился к священнику:

— Начинайте брачную церемонию, отец. Моя невеста и так слишком долго ждет!

Но граф Данмор одним прыжком оказался между женихом и невестой; сэр Джаспер побелел от страха: а вдруг шотландец не посчитается с тем, что враг просил убежища у церкви, и убьет его? Но граф только мрачно усмехнулся.

— Думаю, свадьба не состоится, жалкий трус, — ледяным тоном объявил он. — Ты лишил меня нареченной, а я заберу твою невесту!

Обняв Арабеллу за талию, он привлек испуганную девушку к себе.

— Она пойдет со мной, а когда ты решишься принять мой вызов, негодяй, сможешь забрать ее, если, конечно, сумеешь взять верх в поединке.

— Нет! — отчаянно закричала Ровена.

— Дикарь! — взвизгнула Арабелла и, извернувшись, изо всех сил пнула похитителя в голень. — Никуда с тобой не пойду!

Вырвавшись, она выхватила меч у какого-то ошеломленного шотландца и бросилась на Тэвиса Стюарта.

Застигнутому врасплох графу тем не менее удалось обезоружить громко вопившую, брыкавшуюся и сыпавшую ругательствами девушку. Швырнув меч сконфуженному владельцу, он приказал: