Хизер Кэлмен - Завтрашние мечты

Пенелопа молчала, подыскивая подходящий ответ. Сегодня ее сыну исполнилось два года, и она планировала провести с ним весь день. Майлс будет ждать ее возле салона в одиннадцать, чтобы отвезти туда, где Сколфилды прятали ребенка.

Она взглянула на Сета и поняла, что не следовало этого делать. Едва ее взгляд коснулся его тела, она застыла как завороженная. Как он был прекрасен, его смуглая кожа блестела от мыла и воды. От одного его вида у нее вспыхнуло желание провести руками по его широкой сильной груди, а потом по мускулистому животу.

Стараясь успокоиться и оттянуть время, Пенелопа спросила:

— Это и есть твой вопрос на сегодня?

Улыбаясь, он поднял свою длинную ногу и стал тереть голень.

— А почему бы и нет? Он так же хорош, как и любой другой вопрос.

Сбитая с толку видом намыленных рук, скользивших от стройных икр к крепким бедрам, она неожиданно выпалила правду:

— Я собираюсь навестить Сколфилдов. — Она была готова убить себя, когда эти слова слетели с ее губ.

— Сколфилды? — Его рука застыла на бедре. Черт! Черт! Что теперь! Как же выбраться из этого! Но она быстро нашлась и со спокойным видом пояснила:

— Сэм и Минерва Сколфилды. Это знакомые Адель. Они пригласили нас с Майлсом на обед.

Ну что ж, она не солгала. Сколфилды были знакомыми Адель, а Минерва накормит их.

— А где живут эти Сколфилды? — Сет продолжал мыться и тер теперь низ живота.

Пенелопа сдержала стон и отвернулась. Она должна собраться с мыслями, пока не сказала лишнего. Поэтому она вернулась к гардеробу и стала разглядывать одежду.

— Так где живут эти Сколфилды? — повторил Сет, на этот раз более настойчиво.

Пенелопа достала красиво сшитое пальто густо-бордового цвета и сделала вид, что рассматривает его.

— Недалеко, к северу от города, — солгала она.

Он ничего не ответил, и она понемногу начала расслабляться. Сколфилды, похоже, больше не интересовали его.

Самообладание стало возвращаться к ней, она выбрала брюки в серую, черную и бордовую полоску, которые хорошо подходили к пальто. Как только она приступила к осмотру целой коллекции жилетов самых разных цветов, Сет неожиданно произнес:

— Кстати, насчет твоего предполагаемого визита к Сколфилдам.

У Пенелопы сердце ушло в пятки. Он собирался запретить ей ехать или, того хуже, будет настаивать, чтобы сопровождать ее. Если она откажется, он проследит, Чтобы она осталась в городе, и тогда она пропустит день рождения своего любимого сына. Ком встал у нее в горле, и Пенелопа хрипло спросила:

— Так что насчет Сколфилдов?

Раздался всплеск, как будто он уронил мыло в воду.

— Постарайся вернуться в город до темноты.

Пенелопа чуть не упала от облегчения.

— Ладно.

— Хорошо, — отозвался он, прежде чем перестал плескаться. Через мгновение он запел… квинтет из оперы «Волшебная флейта», на немецком, и все пять партий.

Комическим фальцетом Сет пропел две партии сопрано за фрейлин Королевы Ночи, выводя задрожавшим голосом часть партии в меццо-сопрано за третью даму. У него довольно сносно вышла партия тенора Тамино, а баритон Папагено в его исполнении больше походил на сирену. Голоса у него не было, но его отсутствие он компенсировал энтузиазмом.

Когда Сет добрался до финальной строфы, то поднялся в ванне, размахивая руками для большего эффекта.

Громко захлопав, Пенелопа оторвалась от шкафа и засмеялась:

— Браво, Сет! Браво! Превосходно!

Сет улыбнулся и отвесил грациозный поклон, совершенно пренебрегая тем, что был голый и стоял по колено в воде. Именно его нагота заставила Пенелопу покраснеть и снова заняться гардеробом.

Помня, что Сет не одет, и стремясь исправить это положение, Пенелопа быстро достала остальную одежду. Когда она доставала с полки мягкое льняное белье, то услышала, как он прошел к туалетному столику позади нее. Послышался скрип, а за ним последовал тяжелый вздох. Потом стало тихо.

Пенелопа повернулась. От представшего ее взору зрелища она едва не выронила из рук одежду. Сет изогнулся возле столика и накладывал мазь на больные места.

Она сжалилась над ним, когда увидела огромные волдыри и покрасневшую кожу на внутренней стороне бедер и ягодицах. Бедняга. Неудивительно, что он так страдал. Как она могла быть такой слепой и не заметить этого раньше?

С нежностью, которая вытеснила благоразумие, она бросила одежду на кресло и подошла к нему.

— Что же ты делал, Сет? У тебя здесь сплошная рана, — произнесла Пенелопа, встав позади него. Он застенчиво взглянул на нее.

— На прошлой неделе, когда я ездил знакомиться с новым изобретением, мощным буром, меня уговорили вернуться в Денвер верхом. — Скорчив кислую физиономию, он передразнил: — Там такой пейзаж, мистер Тайлер. Высоченные осины кругом, а реки прозрачные, как бриллианты. — Потом добавил обычным голосом: — Проводник только не сказал, что до подножия горы нужно добираться верхом три дня.

— Судя по этим волдырям, поездка была довольно тряской, — заметила Пенелопа.

— Если они так ужасны на вид, можешь представить, как они болят.

— Представляю, — сочувственно отозвалась она. Протянув ему льняное белье, она сказала: — Вот, оно мягкое и защитит кожу от шерстяных брюк.

Благодарно улыбнувшись, он начал одеваться. Пенелопа тяжело вздохнула и протянула ему брюки. Слишком уж соблазнительным был Сет в обнаженном виде.

Глядя ему в лицо, пока он застегивал брюки, она спросила:

— Хочешь, чтобы я побрила тебя сейчас?

Сет провел пальцами по своим веснушчатым щекам, словно размышляя над ее предложением, затем отрицательно покачал головой.

— Думаю, сегодня не буду бриться. Вряд ли в салоне кто-нибудь упадет в обморок при виде небольшой щетины.

Сет оделся, и ее бешено колотившееся сердце успокоилось.

Напомнив, чтобы она позвонила три раза, прежде чем уйти, Сет взял со стола толстую папку с бумагами и удалился. Оставшись одна, Пенелопа окинула взглядом комнату. Аккуратным Сета не назовешь. Остановившись возле ванны, чтобы выловить кусок мыла из теплой воды, она вспомнила, что сама еще не купалась. Пенелопа нахмурилась, представив, что придется носить тяжелые ведра с водой и греть их.

Почему бы не принять ванну, прежде чем уйти? Вода все еще чистая и теплая. Никто ее здесь не потревожит, Сет позаботился об этом.

«Почему нет?» — спросила она себя, расстегивая накидку.

Кажется, она только что нашла светлую сторону своих обязанностей камердинера Сета.

Это был прекрасный день. Дул легкий осенний ветерок, и светило нежаркое полуденное солнышко. На голубом небосводе не было ни облачка, а сиреневая дымка, закрывавшая утром горизонт, исчезла, открыв взору величественные вершины Скалистых гор. Свежий воздух был напоен терпким ароматом полыни, бодрящим и приятным. День выдался словно по заказу и прекрасно соответствовал радостному настроению Пенелопы.