Селеста Брэдли - Самозванец

– Как она? – Затаив дыхание, Клара опустилась на колени рядом с Розой, вглядываясь в раненую кошку.

– Пока еще дышит, мисс, но с того момента, как я здесь, ни разу не открыла глаза.

– Это моя вина. Если бы я не засмеялась, Уодзуэрт, возможно, не разозлился бы так сильно и не ударил ее.

Роза иронично хмыкнула:

– Такому, как он, не нужно повода, чтобы причинить боль животному. Это доставляет ему удовольствие. Вот и все.

«Какая ужасная у Розы жизнь!» – подумала Клара.

– Ты, наверное, считаешь неразумным переживать за бессловесное животное, когда вокруг страдают люди.

– Ну что вы, мисс! Вам жаль животное, потому что вы добрая, чего не скажешь о нашем хозяине.

Клара засмущалась, увидев бесхитростное восхищение, светившееся в глазах Розы.

– Это ты добрейшая душа, а не я.

Чтобы не смущаться самой и не смущать девушку, Клара отвернулась.

– Я принесла немного бульона для кошки, – сказала она. Клара достала из корзинки крохотный кувшинчик и поставила его рядом с ящиком.

Затем вытащила салфетку и перебросила через руку, изображая официанта в ресторане.

– А для пиршества, миледи, у нас есть чудесный пирог с почками и, конечно же, ваш традиционный шоколад.

Она обслужила Розу по первому разряду. Девочка хихикнула.

– Теперь, когда мы покончили с этим, я хочу, чтобы ты отправилась на наш чердак и немного отдохнула до моего возвращения.

Роза выглядела такой измученной. Но Клара почувствовала себя виноватой из-за того, что прежде всего она думала о том, что сегодня ночью вновь появится Монти, а встретиться с ним она хотела наедине. К тому же человек в черной полумаске лишь напугает Розу.

– Спасибо, мисс.

Роза принялась за еду. Клара переоделась горничной и снова бросила взгляд на кошку.

Несчастное создание было при последнем издыхании, но все еще дышало. Клара бережно приподняла ей голову с изодранными ушами и с ложки влила в рот немного бульона. Кошка глотнула.

Если она сможет есть, то выживет, Клара в этом не сомневалась. Она терпеливо, по капельке, ложку за ложкой, кормила кошку бульоном. Роза, покончив с едой, поблагодарила свою благодетельницу. Клара ответила ей рассеянно, поскольку все ее внимание было сосредоточено на медленно оживающем животном.

Наконец бульон закончился. По-видимому, еда настолько прибавила сил кошке, что та смогла даже облизнуться и, принюхавшись, лизнуть палец Клары шершавым язычком. Опустив голову бедолаги на немудреную подстилку, Клара поднялась с колен.

Должно быть, было уже поздно, на чердаке стало прохладно, Клара даже озябла.

Не исключено, что Монти вообще не придет.

Решив, что если открыть окно, то можно услышать, как ночной сторож выкликает время, Клара прошла через чердак к высокому окну и отодвинула задвижку.

Стеклянная панель тихо распахнулась. Монти ожидал снаружи.

Клара вздрогнула, ее сердце подскочило в груди, и не только от удивления.

– Боже мой, Монти, вы меня до смерти напугали!

Он облокотился на подоконник и сел на него, свесив наружу длинные ноги, их глаза оказались на одном уровне. В слабом свете свечи, по-прежнему горевшей у стены чердака, Клара видела лишь, как мерцают его остающиеся в глубокой тени глаза.

– Ты не удивлена, что я появился, мой цветочек?

– Не удивлена. Я знала, что вы придете, захотите вернуть то, что взяли у хозяина из сейфа. – Она усмехнулась. – Хорошенько все посмотрели, не так ли?

Он улыбнулся ей и наклонился к ее уху, хотя никто не мог их услышать.

– А может быть, я вернулся, чтобы взглянуть на твое улыбающееся личико?

Она чувствовала его теплое дыхание на своей шее. Клара облизнула внезапно пересохшие губы и запрокинула голову, открывая его губам еще большую часть шеи. Он с благодарностью воспользовался моментом. Казалось, даже время остановилось, когда они застыли, почти касаясь друг друга. Клара закрыла глаза, потом распахнула их и, отпрянув, сердито посмотрела на Монти:

– Никаких глупостей, сэр! Я честная девушка. – «Ох, вовсе нет!» – Вы меня даже не уговаривайте. – «Ну пожалуйста, уговорите!»

Он отпрянул, его губы слегка раздвинулись, и на мгновение ей показалось, что сейчас он ее поцелует. Потом, усмехнувшись, он снова склонился к ней. Повиснув на оконной раме, Монти лицом почти уткнулся ей в грудь.

– Всего один поцелуй, мой цветочек, и я умру счастливым человеком.

– Ты и без этого умрешь, – ответила она раздраженно. – Вот заеду тебе кулаком в нос, и умрешь.

Он хлопнул рукой по сердцу и закачался на подоконнике, как на жердочке.

– Тогда я покойник. Ты разбила мне сердце своим жестокосердием. Прощай, о бессердечная дева!

Он притворился, будто собирается броситься вниз, но Клара ухватила его за отворот короткой шерстяной куртки и втянула обратно.

Извернувшись, он ловко впрыгнул внутрь чердака и, благодаря ее рывку, почти прижался к ее груди. Его широкие плечи заслонили и без того слабый свет, льющийся из чердачного окна, и она уже не могла разглядеть мерцание его глаз, но сразу почувствовала его ликование, эхом отозвавшееся в ее собственном теле.

– Она говорит «да», она говорит «нет», она снова говорит «да», – пробормотал он. – Тяни леску, маленькая рыбачка, я у тебя на крючке.

Его голос звучал тихо, почти интимно, и хотя Монти не касался ее, Клара чувствовала, что он склоняется все ниже. Он наклонил голову, и она почувствовала, как его теплые губы слегка коснулись ее лба.

Ей нужно было лишь немного приподнять лицо, чтобы побудить его к поцелую, которого он так жаждал. Влечение было сильным, таким же сильным, как ее хватка на его куртке, и это было бы так легко…

Она сделала шаг назад. Потом еще один. Второй дался ей легче, но ненамного. Она отпустила измятый отворот его куртки. Третий шаг сделать было еще легче. Через мгновение она вновь сможет дышать, это несомненно.

Клара буквально заставила себя вздохнуть полной грудью. Почему рядом с ним ей все время хочется затаить дыхание? И почему она хочет, чтобы он это сделал? Ведь она здесь совсем по другой причине.

– Достаточно игр, мистер Монти. Вы принесли документы хозяина?

Клара намеревалась использовать недавно приобретенные навыки взломщика и, когда Монти уйдет, открыть сейф и просесть бумаги.

Он сунул руку в глубокий карман.

– Вот. У меня все с собой.

– Хорошо. В доме все спят. Давай вернем бумаги на место.

Он схватил ее за руку.

– Я знаю дорогу. Ради собственного блага тебе лучше держаться подальше от всего этого.

– А если услышат шум, будешь утверждать, что забрался в дом, чтобы стащить кусок хлеба? Вряд ли тебе поверят. – Она нетерпеливо взглянула на него. – Так ты идешь, Монти? Мжно подумать, что в нашем распоряжении вся ночь? Она решительно повернулась и пошла вперед.