Мэри Спенсер - Рискованный выбор

– Еще одно пари?

– Вы уже заработали более половины того, что вам требуется для триумфального возвращения в Керлейн. У меня нет ни малейших сомнений, что вы добудете все остальное до истечения срока. Но ваши потребности, милорд, превышают доход от выигрышей. Вам, граф, нужно гораздо больше, если вы хотите по возвращении восстановить поместье и покорить сердце жены. Чтобы довести начатое до конца, вы должны не только продолжать ночные вылазки, но и заключить пари. На сей раз, я могу руководить вами лишь отчасти. И вам придется полагаться на собственный здравый смысл и вспоминать все, чему я вас учил. – Сэр Джеффри умолк и отхлебнул кофе. – Я хочу, чтобы вы подумали касательно графа Рэксли. Молодому человеку самое время жениться. Его родители вздохнули бы с облегчением, если бы у сына появился наследник.

Лэд удивленно посмотрел на сэра Джеффри.

– Вы хотите, чтобы я заключил пари по поводу Джека Соммертона? – оторопело переспросил он.

– Да.

Лэд удивленно заморгал.

– Пари по поводу его женитьбы? – уточнил он.

– Да, и на определенной женщине. У меня есть одна кандидатура. Ваша кузина, Гвендолин Уэллс.

– Моя к-кузина? – поперхнулся Лэд. – Гвенни?

– Да. Это идеальный вариант. Из вашего рассказа я заключил, что она красивая, обаятельная, остроумная и в высшей степени образованная девушка. И отец ее известный фармацевт, что дает нам превосходный предлог выманить их в Англию. Как только они прибудут, вы должны устроить встречу лорда Рэксли с вашей кузиной, а затем сделать так, чтобы они виделись как можно чаще. Следует только запастись терпением и, убедившись, что все идет, как задумано, предлагать пари. Тогда все будет хорошо.

Вероятно, болезнь не пощадила и умственных способностей сэра Джеффри, с печалью подумал Лэд. Иначе как ему в голову могла прийти такая бредовая идея.

– Джек Соммертон терпеть не может американцев, – напомнил Лэд. – Он бы по сию пору ненавидел и меня, не будь той истории с Люком и леди Кларой. Скорее земля перевернется, чем он возьмет в жены американку.

Сэр Джеффри бросил на Лэда испытующий взгляд:

– Мой мальчик, вы еще многого не знаете о графе Рэксли. Правда, о многом не догадывается и он сам. Поверьте, американская жена подойдет ему больше, гораздо больше, нежели английская.

Хотя слова сэра Джеффри в немалой степени возбудили любопытство Лэда, он упорно продолжал отнекиваться:

– Но ведь существуют другие поводы для пари. Достаточно выигрышные и менее рискованные.

Сэр Джеффри категорично мотнул головой.

– Это должен быть Рэксли. Он и виконт Коллен – лучшие друзья лорда Северна. После того как оба познают всю прелесть брачной жизни, Северн вынужден будет последовать их примеру. И тогда, наконец, моя дорогая Кристабелла выйдет замуж.

– Вы не можете быть в этом уверены, – возразил Лэд. – Вулф, вероятнее всего, заупрямится, это как раз в его духе.

– Будем молиться, чтобы он этого не делал, – сказал сэр Джеффри, – как для вашего, так и для его блага. Вы обещали мне не уезжать, пока Кристабелла не выйдет замуж. Но вас ждет Керлейн и ваша любимая жена. Если Рэксли женится на вашей двоюродной сестре, то вскоре вы станете, свободны от своего долга передо мной. – Сэр Джеффри протянул ему свою слабую руку. Лэд осторожно пожал ее. – Вы должны положиться на меня в этом вопросе, Лэд, как верили в других. Я знаю участников данной игры гораздо лучше, чем вы можете предположить. Преимущество на вашей стороне. Шансы на успех очень велики.

Лэд не находил слов для возражений. Эта затея казалась ему совершенно абсурдной, однако он действительно верил сэру Джеффри.

– Я напишу Гвенни и дяде Филиппу сегодня вечером, – сдался Лэд. – Завтра утром письмо отправится через Атлантику.

Сэр Джеффри улыбнулся:

– Отлично. А вон и Ллойд возвращается с табаком. Значит, время отправляться домой.

Июнь 1818 года

– Они поженились, – чуть слышно пробормотала Диана, опустив газету с только что прочитанным объявлением. – Гвендолин Уэллс и граф Рэксли. Это невероятно!

– Но, правда. – Виконт Карден устроился удобнее в кресле и отставил в сторону стакан с виски. – И твой дорогой муж при сем присутствовал, созерцал, плоды своего последнего пари. Надо полагать, они там переживают счастливое время, в своем тесном семейном кругу. Жаль, что граф не потрудился представить публике свою жену.

– Прекрати, – сквозь зубы процедила Диана.

– Интересно, сообщил ли он вообще своему дяде и кузине, что у него есть жена? Скорее всего, нет. Во всяком случае, в Лондоне об этом никто не знает.

– Перестань! – вскричала Диана, скомкав газету и швыряя ее в огонь. – Ты сущий дьявол, Иган Паттерсон. Пичкаешь меня своим ядом и получаешь от этого удовольствие! – Она страстно желала найти в себе силы отказаться от этой отравы, но битва была давно проиграна. Читать о лондонских приключениях графа Керлейна, его бесчисленных пари, безумных суммах выигрышей и разбитых женских сердцах уже вошло в привычку, вредную и неодолимую. Граф Керлейн казался каким-то персонажем, вторгшимся в реальное бытие и не имевшим никакого отношения к человеку, за которого она вышла замуж.

– О нет, любовь моя, – вкрадчиво возразил Иган. – Это не мой яд. Твой муж – вот кто источник твоих мук. – Он шумно вздохнул. – Похоже, он не торопится возвращаться в Керлейн. Ты не находишь? Но срок нашего пари уже истекает. Остался один день.

Это было правдой. Завтра исполнится ровно три года с тех пор, как Лэд покинул Керлейн. Три долгих, ужасных года. Диана знала, что Лэд не вернется. Ему давно безразличны и она, и поместье. Так ей подсказывал ум, но она ничего не могла сделать с сердцем. Лэд предал ее и лишил надежды. Он изменял ей и не отвечал на ее письма, но в то же время постоянно высылал деньги, заботился о ее благе и обо всех жителях Керлейна. И еще присылал из Лондона безработных и обездоленных. Теперь замок был полностью укомплектован прислугой. Лакеи не носили дорогих ливрей, как в богатых поместьях, но, не в пример Моди, Суитину и Стюарту, были преданы отсутствующему графу. Вновь прибывшие не чурались тяжелой работы и были готовы ее выполнять за небольшое вознаграждение, которое лорд Керлейн ежемесячно выплачивал им через мистера Сиббли. В результате замок Керлейн день ото дня хорошел. Сама Диана еще несколько месяцев назад переселилась в прежние покои графини, где теперь было тепло даже зимой.

Все преобразования в Керлейне были делом рук Лэда, целиком и полностью – его заслугой. Год назад он прислал скот – прекрасное стадо вместе с пастухами, которые должны были за ним ухаживать. В сопроводительной записке Лэд наказывал Диане позаботиться о том, чтобы ни Фарреллы, ни Колвани не мешали нововведениям. Она до сих пор хранила ту записку, и время от времени ее перечитывала, каждый раз поражаясь твердому и уверенному тону Лэда. Он писал: