Джил Грегори - Любимая

– Вы присоединитесь ко мне, шериф? Я не так голодна, как думала.

– Меня мучает совсем иной голод, сударыня. – Он опять засмеялся собственной шутке.

Джулиана заставила себя подыграть ему. Она вызывающе закинула голову и, наклонившись вперед, одарила его соблазнительной улыбкой.

У шерифа заблестели глаза. Весь подобравшись, он шагнул к ней, но потом остановился.

– Возможно, у вас на уме то же, что и у меня, – предположил он, пожирая ее взглядом.

– Возможно, – через силу прошептала Джулиана и облизнула пересохшие от волнения губы.

Это еще больше подстегнуло желание шерифа. Он рывком поднял Джулиану из кресла и прижал к себе. Она закричала, но шериф не обратил внимания на крик девушки и принялся жадно целовать ее.

Джулиана подавила приступ отвращения и приказала себе стоять спокойно. Ей потребовалась вся ее выдержка, чтобы вытерпеть этот долгий, омерзительный поцелуй. Она заставила себя обнять шерифа за шею, а потом стала медленно опускать руки…

О, как ей хотелось поскорее выхватить пистолет из кобуры Дейна, но спешить было нельзя. Ее едва не тошнило от его влажных, скользких губ, соски ныли от его щипков. Дейн подталкивал Джулиану к столу, еще секунда – и он опрокинет ее навзничь. Джулиана изогнулась, чтобы не упасть, и усилила сопротивление. Ей очень хотелось ударить его так же, как Джона Брина, но сначала надо завладеть оружием…

Ее рука скользнула к бедру шерифа, и ладонь легла на кобуру пистолета. Что говорил Коул Роудон? «Прежде чем целиться в кого-то, подготовь оружие». Что ж, если надо, она так и сделает, но сначала устроит спектакль. Коула Роудона ей обмануть не удалось, но что касается Люциуса Дейна, то ей не составит труда убедить его в том, что она отчаянная преступница, способная без колебаний нажать на спусковой крючок.

Ощутив неожиданный прилив сил, Джулиана ударила Люциуса Дейна в то же место, что и Джона Брина. Он закричал от боли, а она выхватила пистолет из кобуры и отскочила в сторону. Прижимая руки к паху, Дейн вопил и корчился на полу.

Джулиана сняла пистолет с предохранителя – она видела, как это делал Коул Роудон. Если не считать яркого румянца на щеках, девушка выглядела на удивление спокойной.

– Быстро в камеру! – скомандовала она. – Надеюсь, вы можете идти, шериф, но если нет, вам придется ползти.

Дейн тупо таращился на нее, на его лице отражались и мука, и изумление.

– Ты… подлая, лживая сука, – прохрипел он. – Ты за это ответишь…

Встав в точно такую же позу, как Коул Роудон, Джулиана держала шерифа на прицеле. Ее сердце бешено колотилось, но внешне она оставалась бесстрастной.

– Мои братья – те самые Монтгомери – научили меня стрелять, – ледяным тоном сказала она. – На таком расстоянии я не промахнусь, даже если очень захочу. Поверьте, мне не хочется убивать вас. Считаю до пяти. Если на счет «пять» вы не окажетесь в камере, то отправитесь к Создателю. Надеюсь, вы готовы ответить на его вопросы о смерти сына Хенни. Молитесь, шериф. Один… два…

Дейн скривился от боли, с трудом поднялся на ноги и шатаясь побрел к камере.

– Три… четыре…

– Какого черта, я на большее не способен! – застонал он.

С него градом тек пот.

– Пять, – объявила Джулиана, и Дейн с шумом ввалился в камеру. Она быстро захлопнула дверь, заперла ее и, отшвырнув подальше связку ключей, которая со звоном упала у окна, бросилась прочь.

– Вас вздернут за это, сударыня! – завопил ей вслед Дейн. – Клянусь всеми святыми, я подвешу вас за ноги!

– Сначала поймай меня, – через плечо бросила Джулиана, но, едва ступив за порог, резко остановилась. Сердце ее едва не выпрыгнуло из груди: путь ей преграждали трое мужчин в плащах, шелковых шейных платках и стетсонах.

– Мисс Монтгомери? – осведомился Нож и, ухмыляясь, затолкал ее обратно в участок.

– Кажется, мы вовремя, – заметил один из его приятелей.

Несмотря на панику, Джулиана узнала обоих: сегодня днем они встретили ее и Коула на улице. Ей никогда не забыть, с какой враждебностью они смотрели ей вслед, когда Коул вел ее в участок.

– Босс очень рассердится на тебя, Дейн, – глядя на запертого в камере Люциуса Дейна, заявил другой приятель Джексона, коротышка со шрамом под правым глазом. – Эта пташка едва не улетела.

Джулиана похолодела от ужаса.

В следующее мгновение Нож огромной ручищей схватил ее за шею.

– У нас есть к вам вопросы, мисс Монтгомери, – с наигранным дружелюбием сказал он и сжал пальцы. – И если вы честно и откровенно ответите на них, – с усмешкой добавил он, – то мы позволим вам дожить до завтрашнего утра.

Они засыпали Джулиану вопросами:

– Где скрываются братья Монтгомери?

– Что Роудону нужно от мистера Маккрея?

– Где Монтгомери прячут золото с рудника Сандерса?

– Почему Роудон проявляет такой интерес к «Огненной горе»?

– Собирается ли Уэйд Монтгомери захватить деньги, предназначенные для работников фрахтовой компании «Хэншо»?

– Томми Монтгомери все еще в Аризоне?

– Сколько Роудон готов заплатить за «Огненную гору», чтобы перебить цену Маккрея?

Ее руки и шею покрывали синяки. Сочившаяся из разбитой губы кровь запачкала платье.

Наглое ухмыляющееся лицо Ножа маячило перед ней, как кошмарное видение. Его глаза – черные, холодные, свирепые – блестели от наслаждения, когда он причинял ей боль. Джулиана знала, что никогда не забудет эти глаза. Они будут являться ей во сне. Если она останется в живых… Нож бил, а двое его помощников держали ее.

Вскоре у Джулианы уже не было сил кричать. Она лишь охнула, когда Нож напоследок ударил ее наотмашь, и упала со стула.

– Отвечай! – словно издали донеслось до нее. – Если опять скажешь «Не знаю», я проткну тебя ножом! Что нужно Роудону?

Роудон. Сквозь кровавый туман, застилавший глаза, Джулиана увидела спокойное красивое лицо, ощутила чистый аромат хвои, почувствовала нежное прикосновение губ.

– Роудон, – едва прошептала она.

– Да, Роудон! – Нож Джексон схватил ее за волосы и поставил на ноги. В его руке блеснуло лезвие ножа. Джулиана подняла на своего палача преисполненный муки взгляд. – Что нужно Роудону, черт бы тебя побрал?

Джулиана попыталась вдохнуть полной грудью, но ей мешала резкая боль в ребрах. Из губы снова пошла кровь.

– Не знаю, – со стоном проговорила она. – Я бы сказала… вам.

Лезвие ножа устремилось к ее телу.

Джулиана потеряла сознание.

Коул проснулся оттого, что что-то влажное и липкое текло по его лицу, шее и груди. Превозмогая острую боль, он заставил себя открыть глаза, поднял голову и увидел, что по пыльному полу извивается красный ручеек. Кровь. Его кровь. Он лежит в луже собственной крови.

Где? К нему медленно возвращалась память. Сознание еще было одурманено, однако он вспомнил, что произошло. Фред. Девица из салуна. Они что-то подмешали в его виски.