Линси Сэндс - Сладкая месть

— Я сам должен был понять, что происходит, и сразу же рассчитаться с Макгрегором, тогда он больше не был бы опасен.

Расценив его слова как извинение, которого она ждала, Кайла вздохнула и согласно кивнула, но, оказывается, он еще не закончил.

— Так или иначе, он на свободе и угрожает нам. И я не могу позволить тебе находиться без присмотра — ты мне слишком дорога, чтобы я рисковал тобой. Но, — добавил он, когда она открыла было рот, — я обещаю тебе, что расквитаюсь с ним еще до того, как мы вернемся домой. И тогда ты сможешь спокойно гулять на берегу.

Уложив ее на постель, он скрепил свое торжественное обещание печатью поцелуя. Хищным орлом налетел он на нее — его руки и губы не дали ей никакой возможности продолжать разговор, если бы она даже захотела.

Проснувшись от тряски — уж не в карете ли она, — Кайла увидела, что потолок и стены комнаты уплывают от нее.

— Ты проснулась! Доброе утро! — послышался знакомый голос.

Повернувшись, она увидела, что ее муж уже полностью одет и толкает кровать на прежнее место.

Когда движение прекратилось, она села в постели и посмотрела в окно — рассвет едва занимался, и были еще видны звезды.

— Еще не утро! — удивленно воскликнула она.

— Ты права, — согласился Гэлен.

Он чуть-чуть подвинул кровать, чтобы она встала точно так, как стояла прежде, и бросил ей на колени одежду. Пока она одевалась, он поставил на прежнее место массивные дубовые кресла, которыми она вчера вечером неудачно баррикадировала дверь.

— Не понимаю, почему тебе потребовалось будить меня в такую рань? — со вздохом сказала Кайла. — Неужели мы уже отправляемся в путь?

— Темнота прикроет нас от Макгрегора.

— А что же наши лошади, ведь им тоже требуется отдых?

— Лорд Стаффорд любезно предоставил нам своих, свежих.

— Ах, вот как.

Увы, не оставалось ни малейшей зацепки, чтобы оттянуть отъезд, который он назначил на столь ранний час. Ей было стыдно признаться, но только сейчас чувствительность вернулась к ее ягодицам. Она оправила на себе платье.

— Спускайся вниз, не задерживайся… Завтрак уже ждет. — Он направился к двери.

Кайла повеселела, предвкушая возможность утолить голод. В последний раз осмотрев свою одежду, она поспешила вниз.

В полутемном, освещенном лишь несколькими факелами большом зале замка, казалось, шло какое-то моление — люди сидели молча, уставившись взглядом в потолок, словно ожидая гласа Божия. Гэлен откашлялся, и все взоры обратились на него.

— Прошлым вечером дверь баррикадировали тремя предметами, — сказал Томми, когда Гэлен и Кайла садились за стол напротив него.

— Я двигал два кресла сразу, — ответил Гэлен.

— Ах так! — радостно улыбнулся Томми покрасневшей Кайле. — Доброе утро, миледи.

Кайла рассеянно прошла к своему месту и принялась за еду. Но по сравнению с другими она ела медленно, и Гэлену пришлось поторопить ее. Поднявшись, он взял ее под локоть и повел к выходу.

— Идем, нам следует поторопиться.

— Да, но… — Она бросила растерянный взгляд на хозяйку замка. — Спасибо за гостеприимство, миледи! У вас великолепный повар! — только и успела, повернув на ходу голову, крикнуть она вместо прощания.

Широкими быстрыми шагами он вывел, почти вытащил ее на полутемный двор.

— Это крайне, крайне невежливо! — отбиваясь от него, твердила Кайла.

— Шропшир извинится за нас — они старинные друзья.

— А где же он сам, он что, не едет с нами?

— Едет, сейчас он в конюшне смотрит свежих лошадей.

— Может быть, пока есть немножко времени, ты позволишь мне вернуться и хотя бы коротко попрощаться с леди Стаффорд? Очень бы не хотелось покидать ее так поспешно.

— Ты еще не заметила, что всякий раз, когда ты начинаешь действовать по-своему, то попадаешь в историю?

С этими словами он потащил ее к конюшне, где его люди уже седлали лошадей.

— Это не так, сэр, — запротестовала Кайла. — Сущая клевета!

— Так ведь было и когда вы без спроса ускользнули на берег, миледи, — рассудительно заметил Дункан, уловив часть их разговора.

— Когда-когда? — прищурился Томми, и все рассмеялись.

Посмотрев на них в упор, Кайла фыркнула.

— Где тут моя лошадь?

Не тратя время на спор, Гэлен подхватил ее и усадил на лошадь. Он с состраданием и нежностью взглянул на нее, заметив, как она вздрогнула, опускаясь в седло.

— Уже почти конец путешествию — еще каких-то два дня, и мы будем в Форсите.

Кайла подавила вздох — еще целых два дня в седле! Раньше она любила прогулки верхом. Во время заточения на острове ей отказывали в них, как и в любых других прогулках, но теперь она мечтала об одном — никакой верховой езды. Никогда в жизни.

Гэлен посмотрел на жену и улыбнулся краешком губ. На первый взгляд она довольно уверенно сидела на лошади, но на самом деле спала в седле. Но ее не в чем было упрекнуть, — покинув Стаффорд, они двое суток ехали без остановки. Гэлен и сам чувствовал, что может в любой момент свалиться с коня. Более того, он очень сомневался в том, что сумеет устоять на ногах, когда наконец спешится. А Форсит был уже недалеко, и вскоре ему предстояло проверить свои силы…

Подъехав вплотную к лошади Кайлы, Гэлен осторожно снял ее с седла и усадил перед собой, а она даже не проснулась, лишь что-то пробормотала и прижалась к его груди.

«Она спит, словно невинное дитя», — с улыбкой подумал Гэлен.

Он взглянул на Шропшира, ехавшего рядом.

— Все думаете, дружище, о словах Катрионы, утверждавшей, что Кайла намеревалась убить своего брата?

— Ее доводы были весьма убедительны.

— Вы ведь знаете Кайлу с детства?

— Да, сэр, — со вздохом ответил Шропшир.

— И вы, конечно, не могли не знать, что она всегда любила брата. Во всяком случае, я в этом нисколько не сомневаюсь.

Англичанин явно смутился.

— Интересно будет встретиться с этой женщиной, — продолжал Гэлен.

— С какой женщиной?

— С Катрионой, конечно. То есть с леди Форсит, женой лорда Форсита. Она, должно быть, редкостная красавица, иначе не сумела бы вас всех так очаровать. Не исключаю, что именно в постели она приводит свои самые убедительные доводы.

Шропшир нахмурился, однако промолчал. Гэлен невольно усмехнулся — было очевидно, что на сей раз он не ошибся.

— Ведь она наверняка приходила к вам искать утешения. И вы, как старый друг лорда Форсита, не могли ей отказать.

— Но ведь я…

— Не волнуйтесь, мой друг, — перебил его Гэлен. — Наверняка вы не единственный ее фаворит. Конечно, я вас почти не знаю, но Кайла, когда была в бреду, говорила, что Катриону подозревали в связи с воином ее брата.

— С Джеймсом? — Шропшир уставился на собеседника. Гэлен молча кивнул.

— Проклятие! — воскликнул англичанин. — Она говорила, что любит меня.