Валери Кинг - Маскарад повесы

Слушая страстную речь Кэт, Бакленд пустил лошадей шагом. Он смотрел на дорогу и думал о последнем сезоне в Лондоне и о шумихе, поднятой там вокруг его нового сборника стихов. Вот уж где полно очерствевших сердец, которым недоступны настоящие чувства! Восторженные дамы буквально вешались ему на шею, забрасывали записочками, умоляя о тайном свидании, падали в обморок от его поцелуев… Боже, какая скука!

— Смысл жизни в ней самой, но мы, того не замечая, бездумно шествуем к могиле… — пробормотал молодой человек.

— Разве вы тоже поэт? — подозрительно спросила его Кэт и нахмурилась. Бакленд расхохотался:

— О нет, что вы! Просто я столько времени провожу с Эшвеллом, что волей-неволей его поэтический вздор остается в памяти.

— Я бы не стала называть его стихи вздором!

— Еще бы! Вы же собираетесь выйти за Эшвелла замуж.

Кэт пристально посмотрела на Бакленда — теперь понятно, куда он клонит. Нет, она не попадется на его удочку! Девушка подняла голову и сухо ответила:

— Вы попали пальцем в небо, мистер Бакленд. Я увлечена поэзией лорда Эшвелла уже давно. Великолепные, просто гениальные стихи! Пожалуй, только вторая песнь его последней поэмы оставляет желать лучшего, но зато все остальное просто изумительно!

Бакленд неожиданно взмахнул поводьями, и лошади рванулись вперед.

— Чем же вам не понравилась вторая песнь? — спросил он, явно раздосадованный. — Я… то есть Эшвелл потратил на нее вдвое больше времени, чем на первую!

— Наверное, в том-то все и дело, — пожала плечами Кэт. — Он слишком долго оттачивал каждое слово, и в конце концов они потеряли свежесть и блеск.

Бакленд был раздражен простодушной критикой Кэт. Не для того он затеял этот маскарад, чтобы слушать досужую болтовню о своих стихах!

— Вы ведь нарочно проиграли мистеру Коутсу? — неожиданно спросила Кэт и, не дожидаясь его ответа, добавила: — Не сомневаюсь, что так и есть. Это очень благородно с вашей стороны: ведь вы и сами стеснены в средствах.

Чувствуя угрызения совести из-за своего обмана. Бакленд постарался переменить тему:

— Скажите, мисс Дрейкотт, почему вы с таким участием относитесь к крестьянам?

— Вы про то, что произошло в Куининге? Поверьте, это сущие пустяки. Чтобы помочь всем нуждающимся в Куининге и Чипинг-Фосворте, надо делать гораздо больше!

Дорога свернула, и перед ними открылась панорама еще не восставшего от сна Чипинг-Фосворта — россыпь крошечных домиков с высокими осмоленными крышами у подножия холма.

— Что за славная деревенька! — воскликнул Бакленд. — Впервые я увидел ее днем, как вы помните, после не самой приятной встречи с одной острой на язык сельской барышней. Тогда, по понятным причинам, мне было не до красот природы и этот вид не произвел на меня впечатления. Но сейчас, в холодном свете зари, Чипинг-Фосворт выглядит очень романтично… Теперь я понимаю, почему вы так привязаны к здешним местам!

Коляска въехала на старинный мост, сложенный из грубо обтесанных камней, и звонкое цоканье эхом разнеслось над речкой. Кэт улыбалась:

— Мне кажется, та встреча была так давно!

В домиках один за другим зажигались огни — деревня просыпалась.

— Ой, нас ни в коем случае не должны видеть вместе! — внезапно забеспокоилась Кэт. — Вы знаете, как это бывает! Кто-нибудь распустит сплетню, она не дай бог дойдет до Эшвелла, он начнет ухаживать за Джулией Мортон, и все мои планы в одночасье рухнут.

Усмехнувшись, Бакленд взял у нее кнут и взмахнул им над головами лошадей, чтобы продемонстрировать спутнице собственное мастерство. Подчиняясь его опытным рукам, лошади пустились вскачь и вихрем пронесли коляску мимо деревенских коттеджей, церкви Святого Андрея и гостиницы «Гусь и лебедь». Они так слаженно и аккуратно преодолели крутой поворот к имению Дрейкоттов, что девушка не смогла удержаться от восторженного возгласа.

— Отличная пара, черт побери! — воскликнула она и, заметив удивленный взгляд Бакленда, со смехом добавила: — Надеюсь, нас никто не видел.

— А я надеюсь, что вас никто не слышал. Разве воспитанной барышне к лицу такие выражения?

Когда коляска переехала еще один мост — через реку Черинг, — Бакленд постепенно перевел лошадей на спокойный шаг. Теперь Кэт могла вздохнуть спокойно — впереди молчаливой каменной громадой высилась отцовская усадьба. Лучи поднимавшегося из-за холма Каули солнца золотили ее стены, взбираясь все выше и выше.

Не доехав нескольких десятков ярдов до дома, Бакленд остановил коляску под высоким каштаном. Разгоряченные скачкой лошади недовольно били копытами, всхрапывали и дергали шеями, но молодой человек даже не посмотрел в их сторону. Повернувшись к Кэт, он вдруг молча, без всяких церемоний обнял ее и поцеловал в губы.

Как зачарованная, девушка с неистово бьющимся сердцем прижалась к нему. Ей показалось, что ее губ коснулся утренний бриз, и необыкновенное ощущение мира и покоя наполнило все ее существо, словно она после долгого изнурительного путешествия вернулась к родному очагу.

Откинув рассыпавшиеся по ее плечам волосы, Бакленд страстно поцеловал нежную шею, а потом опять приник к губам.

— Кэт, милая Кэт! — на мгновение оторвавшись от нее, выдохнул он.

Его голос подействовал на Кэт как ушат ледяной воды. Чары исчезли, она обеими руками уперлась в грудь Бакленда, пытаясь его оттолкнуть. Но куда там! Только заметив в ее глазах страх, молодой человек чуть ослабил объятия.

— Господи, что я наделала! — воскликнула Кэт. — Но вы не думайте, Бакленд, я не хотела… О, я сама не знаю, что говорю! — Она глубоко вздохнула, собираясь с силами, и продолжила уже более уверенно: — Видимо, после бессонной ночи меня немного подвели нервы. Прошу вас, забудем о том, что сейчас было! — Она взглянула прямо в его голубые глаза, казавшиеся в сумерках темно-синими, нахмурилась и покачала головой. — Это просто какое-то наваждение…

Он снова попытался ее поцеловать, но она вскрикнула и вырвалась из его объятий.

— Вы бессовестный волокита! Не смейте ко мне прикасаться!

Бакленд расхохотался, а Кэт, выпрыгнув из коляски на землю, неожиданно сделала книксен.

— Спасибо, что подождали меня в Куининге и проводили, мистер Бакленд, — светским тоном проговорила она и со всех ног побежала к дому.

Ах, как хотелось ей обернуться, но она очень боялась, что наваждение повторится. Это чувство было сродни страху, который она испытала во время погони в буковой роще. Только на сей раз Кэт преследовал не сам Бакленд, а его образ, непостижимым образом завладевший частицей ее души.

Прелестная нимфа, окутанная облаком синего атласа и рыжих кудрей, скрылась в доме. Молодой человек проводил ее взглядом и улыбнулся. Милостивый боже, она ответила на его поцелуй! Теперь остаток лета действительно обещает много интересного. Однако несколько недель пролетят незаметно, а потом снова Лондон. Улыбка сошла с лица Бакленда. Он взмахнул поводьями, и коляска тронулась. Снова Лондон, снова бессмысленная светская суета!