Аманда Квик - Пламя в ночи

— Мистер Уинтерс считает своим долгом меня защитить, — быстро объяснила Аделаида.

— И разве это не является признаком его любви к вам?

— Ни в коей мере. Вы должны понять: защищать тех, за кого он считает себя ответственным — в характере мистера Уинтерса. Любовь не имеет к этому никакого отношения.

— Гм…

Аделаида посмотрела на Люсинду с подозрением.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ничего, — небрежно отмахнулась Люсинда. — Я просто пыталась представить себе образ криминального лорда, который втайне является рыцарем в сияющих доспехах.

— Это довольно трудно объяснить, — призналась Аделаида.

— Поздравляю с женитьбой, Джонс, — сказал Гриффин.

— Спасибо.

— И с новой работой следователя.

— Эта работа мне подходит.

Гриффин рассматривал Калеба сквозь вуаль тумана, клубившегося между ними и вокруг них.

— И судя по тому, что я слышал о вашей психической природе, это неудивительно. Говорят, вы получаете удовольствие, решая головоломки и находя закономерности, которые ведут к ответам.

— А вам, по общим отзывам, очень подходит ваша профессия.

— Мы такие, какие мы есть.

— Потомки двух сумасшедших алхимиков, — сказал Калеб.

— Это что, такой слабо завуалированный способ спросить меня, превращаюсь ли я в Цербера?

— Полагаю, ответ на этот вопрос отрицательный, — бесстрастно сказал Калеб. — Ведь миссис Пайн успешно поработала для вас с Лампой, не так ли?

— Да.

— Конечно, если даже с Лампой все прошло не очень гладко, вы бы не стали в этом признаваться, стоя менее чем в десяти шагах от меня.

— Совершенно верно.

Калеб быстро покосился на экипаж, словно желая удостовериться, что он не растворился в тумане.

— У вас есть Горящая Лампа и есть миссис Пайн. Судя по всему, обстоятельства сложились вполне удачно. Зачем же вы попросили о встрече со мной? Мне трудно поверить, что директору Консорциума могут потребоваться услуги агентства «Джонс и Джонс».

— Вообще-то мне действительно нужны услуги вашего агентства. Мне говорили, что ваша жена обладает талантом определять яды.

— Что именно вас интересует?

Гриффин сунул руку в парусиновую сумку, которая была у него при себе.

— Я хотел бы знать природу ядовитого газа, который содержался в этом контейнере.

Он протянул Калебу металлический шар.

— Ну-ну… — Калеб повертел в руках шар, не снимая перчаток. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах загорелся интерес. — Что это за устройство?

— В нем находился газ. Этот газ очень быстро, буквально через считанные минуты после вдыхания, погружает человека в глубокий сон, сопровождающийся неприятными сновидениями. Две ночи назад парочка взломщиков использовала с полдюжины таких устройств, чтобы усыпить собак и охранников в моем доме. Миссис Пайн и я счастливо избежали воздействия этого газа.

Калеб посмотрел на Гриффина с нескрываемым изумлением.

— Вы хотите сказать, что враги проникли в ваш дом?

— Да, это была неприятная неожиданность, мягко говоря.

На лице Калеба быстро мелькнула улыбка.

— Для человека вашего положения? Без сомнения. Но какого дьявола им было нужно? Кто рискнет пойти против вас?

— Им нужны были миссис Пайн и Лампа.

Калеб посмотрел на контейнер из-под газа.

— Это очень тревожный поворот дела.

— И это еще не все, Джонс. Оба взломщика были талантами среднего уровня, но они были вооружены странными красными кристаллами, которые на короткое время значительно усиливали их природные паранормальные способности.

— Минуточку, вы хотите сказать, что в деле участвовали именно таланты?

— Да. Иллюзионист и параохотник. — Гриффин помолчал. — Джонс, не все люди, обладающие паранормальными способностями, рождаются в вашем мире. Некоторые родились в моем. Человеку, который происходит с улиц, редко предлагают вступить в общество «Аркейн».

— Да, я это понимаю, — тихо сказал Калеб. — Я не хотел никого оскорбить. Ясно, что талант, как и ум, это качество, не связанное с социальным статусом человека.

— Что ж, я рад, что кто-то из «Аркейна» заметил этот биологический факт.

— Мой кузен Гейб, новый магистр «Аркейна», много работает над тем, чтобы сделать организацию открытой и ввести в ней элементы демократии. Ему нет дела до социального происхождения. Никому из Джонсов нет дела. Но на то, чтобы положение дел изменилось, нужно время. «Аркейн» — крайне закоснелое общество.

— Прошу прощения, возможно, для меня это в некотором роде больной вопрос. — Гриффин достал из сумки один потухший кристалл и протянул его Калебу. — У обоих взломщиков было по одному такому кристаллу. По-видимому, они быстро выгорают, даже когда используются короткое время. Но пока действуют, они эффективны, это я могу засвидетельствовать.

Калеб взял кристалл и внимательно его рассмотрел. Его любопытство зарядило атмосферу вокруг него, он смотрел на устройство так, словно хотел, чтобы оно немедленно дало ответ.

— Кому-то известно, что у вас есть Лампа и считыватель сносвета, — сказал он. — И кто бы это ни был, он так жаждет заполучить и то, и другое, что рискнул вызвать ваше недовольство, послав в ваш дом двух хорошо вооруженных взломщиков.

— Да, недовольство он вызвал, это точно. Я пришел сюда сегодня в надежде, что ваша жена сможет предоставить какую-то информацию, пользуясь своим талантом. Если она сможет определить, что это за газ, возможно, мне удастся найти химика, который его изготовил. Такой газ не может быть широко распространен.

— Найти химика в этом городе — легче сказать, чем сделать. Недавно мне пришлось заниматься чем-то подобным.

— Эти контейнеры пришли из моего мира, а не из вашего, — тихо сказал Гриффин, — А на лондонском дне я знаю, как находить ответы. Но для начала я должен быть уверен, что задаю правильные вопросы.

В ответ на это Калеб улыбнулся:

— Знаете, Уинтерс, у нас больше общего, чем вам кажется. Пошли, посмотрим, что нам сможет сказать Люсинда.

Они повернулись и пошли к экипажу. Гриффин пошел в ногу с Калебом.

— Я ценю вашу помощь, Джонс.

— Поверьте, это дело очень интересует нас обоих. Теперь, когда мы наконец познакомились, я хотел бы спросить вас кое о чем.

— Спрашивайте.

— Мне всегда было непонятно одно из обстоятельств, сопутствовавших смерти ваших родителей, — сказал Калеб.

— Какое?

— Почему вы в ту ночь исчезли?

— Разве это не очевидно?

— Нет.

— Я подумал, что за убийством моих родителей и кражей Лампы стоит «Аркейн», и мне показалось вполне логичным предположить, что общество пришлет кого-то, чтобы убрать и меня. Я решил, что моя единственная надежда — скрыться, раствориться на улицах Лондона.

Калеб одобрительно присвистнул.