Адриенна Бассо - Не без греха

Выше голову, приказала она себе, направляясь в гостиную. Она села в потертое, но удобное кресло перед камином и взяла шитье. Ей всегда легче думалось за работой, к тому же куча вещей, требующих починки, не уменьшалась.

Элинор знала, что граф будет раздражен, если увидит ее за таким «недостойным» занятием. Чинят слуги, леди вышивают.

— Ты здесь! — воскликнула Бьянка, вбегая в комнату. — Я ищу тебя по всему дому. Только что доставили последние из моих туалетов, и я не могу решить, в чем сегодня идти на обед у леди Этвуд.

— Да, серьезная проблема — иметь слишком много платьев для выбора.

— Не смейся, Элинор. Я правда в затруднении.

— О, мы не можем этого допустить, не так ли?

Подавив улыбку, Элинор с готовностью отложила шитье и пошла за Бьянкой в ее спальню. Обычно скромная комната сестры разительно изменилась, почти ломясь от избытка всего, что могло понадобиться модной леди, — от бальных туфель до шляп. Но Бьянка сразу направилась к кровати, где были заботливо разложены многочисленные наряды.

— Как тебе это? — Она взяла бледнозеленое атласное платье с квадратным вырезом, расшитое золотыми нитями.

— Очень милое, приятное на ощупь, — сказала Элинор, гладя мягкий шелк. — Наденешь его?

— А стоит ли? Конечно, платье очень красивое, но я думаю, что буду выглядеть в нем слишком юной. Как насчет вот этого?

Бьянка взяла следующее платье, сходного покроя, но с круглым вырезом и меньшим количеством вышивки.

— Тоже красивое. Хотя мне больше нравится зеленое. Оно подчеркивает цвет твоих глаз.

— Ты уверена? — Бьянка закусила нижнюю губу.

— Да. Ты будешь в нем восхитительной. И кстати. Почему ты сегодня так озабочена своей внешностью? — спросила Элинор, боясь, что знает ответ. — Леди Доротея говорила, что собирается устроить всего лишь скромный обед для семьи и близких друзей.

— Ты сама знаешь почему. — Бьянка отвела взгляд.

— Виконт Бентон?

Сестра восторженно кивнула.

— Я могу встретить его снова. Он уже выбрал меня. На балу герцога Уоррена, а затем в парке. Я трепещу, думая о том, что может произойти в следующий раз.

Элинор тоже много думала о том, к чему могут привести эти встречи, и никогда не видела счастливого конца.

— Бьянка, дорогая, не питай больших надежд. Для мужчин вроде Бентона флирт такой же естественный процесс, как дыхание.

— Я знаю сплетни о его репутации, поэтому твердо решила, что не должна принимать всерьез его особое внимание ко мне.

— Рада это слышать.

— Но виконт такой очаровательный. Когда я рядом с ним, дыхание у меня ускоряется, ладони становятся влажными, сердце трепещет. Клянусь, даже бурчит в желудке. Что бы это значило, как ты думаешь?

— Может, несварение?

Бьянка застонала:

— Я серьезно, Элинор.

— В чемто я тебя понимаю.

— Правда? В виконте есть чтото неотразимое, чтото более глубокое, чем просто красивое лицо и обаятельная улыбка.

Элинор закусила нижнюю губу. Все намного хуже. Сильное влечение Бьянки к виконту наверняка ни к чему хорошему не приведет.

— Вполне естественно, что женщине нравится такой импозантный мужчина.

— Да? Но что он видит во мне?

Очередную победу? Элинор хотелось сказать ей жестокую правду, но какие у нее доказательства? Только беспокойство по поводу намерений виконта.

— Ты красивая девушка с нежным, добрым сердцем и легким характером.

— Едва ли виконт смог разглядеть мой характер. Боюсь, он думает, что у меня большое приданое, — скептически заметила Бьянка. — Хотя папа не говорил, я знаю, что с деньгами у нас плохо.

— Не совсем так, мы еще держимся.

— Перестань, Элинор. Ты стараешься на всем сэкономить. Дома ты обманываешь торговцев, уговаривая каждого принять только часть платы, хотя мне известно, что счета никогда полностью не оплачиваются.

Сердце у Элинор сжалось. А она думала, что весьма умело скрывает правду от сестры.

— Я не знаю, каково в действительно наше материальное положение. Возможно, граф просто экономит, заботясь о нас.

— Хотелось бы так думать. Сейчас, когда мы в Лондоне, он более щедр. Ко мне, во всяком случае. — Бьянка изучающе посмотрела на сестру. — Элинор, я чувствую себя ужасно. Папа чрезмерно потратился на мой гардероб, а для тебя пожалел даже шиллинг.

Элинор с трудом сохранила бесстрастное выражение лица.

— В этом сезоне ты выходишь в свет, а не я. Мне новых платьев не требуется.

— У тебя сто лет не было нового платья. Отец вполне мог бы позаботиться о тебе. Я собиралась поговорить с ним…

— Нет! Обещай, что оставишь эту тему.

Бьянка непослушно улыбнулась:

— Ты не дала мне закончить. Я намеревалась посоветоваться с ним, а затем подумала, что буду делать, если он мне откажет. Я боялась, что последует ужасный скандал, и просто заказала у мадам Клодетт несколько платьев твоего размера.

— Бьянка! — потрясенно воскликнула Элинор. Обман был не в характере младшей сестры.

Та с победным видом достала темноголубое шелковое платье и гордо протянула его Элинор, которая сморгнула подступившие слезы. Платье было восхитительное, простое, без строгости, очень элегантное, с глубоким вырезом, того покроя, что должен подчеркивать достоинства ее фигуры. Вместо вышивки его украшала верхняя юбка из легкого белого тюля, собранная под грудью и отделанная темноголубой лентой, придававшей наряду изысканность.

— Я выбрала его по эскизу, но, кажется, не ошиблась, — с тревожной улыбкой сказала Бьянка. — Тебе нравится?

— Очень. Я бы и сама не могла сделать лучший выбор.

— Тогда решено. Я надену зеленое, а ты голубое. У меня есть для тебя подходящие туфли, Анна уложит нам волосы. Она творит чудеса щипцами для завивки.

Возбуждение сестры было почти заразительным, но Элинор призвала себя к здравомыслию.

— Я согласна надеть это новое платье только при условии, что ты обещаешь мне быть осторожной с лордом Бентоном.

Бьянка нахмурилась, очевидно, ведя с собой внутреннюю борьбу, и наконец сказала:

— Хорошо. Я постараюсь быть разумной.

Это был не совсем тот ответ, какого хотела Элинор, но пока он ее удовлетворил. Нельзя сразу много требовать с ребенка.

Снаружи дом Этвудов выглядел довольно скромным классическим особняком. Но, переступив порог, посетители входили в большой холл с чернобелым мраморным полом, широкой лестницей и куполообразным потолком, который украшала фреска, изображающая небесный свод.

Элинор почувствовала, как дрожит рука Бьянки. То ли от холодной дождливой погоды, то ли от изысканной роскоши обстановки или же от волнения перед встречей с лордом Бентоном. Может, от всего сразу.

Их провели в золотую гостиную, но Элинор не успела оценить ее великолепие. К ним уже направился лорд Бентон, красивый, безупречный и решительный.