Роберта Джеллис - Коварный заговор

— Если кто-то и удрал, — прорычал все тот же, самый злобный, — то не за помощью. Никто не захочет помогать нашим господам.

— Что ни говори, а у меня был добрый господин, пока король не разорил его, — возразил другой. — Я помог бы ему, если б мог. Я предлагаю оставить эту леди здесь и сматываться.

— Это будет еще хуже. Неужели ты думаешь, что она промедлит хоть секунду, чтобы послать по нашим следам всю свою свору из замка? Вот о чем тебе следовало бы подумать, — фыркнул третий, тщедушного сложения. — Давайте уйдем подальше в лес, убьем их всех и закопаем поглубже. Никто не узнает.

— Дурак! Какая от этого выгода? — спросил бандит, первым предложивший похищение.

— Наши жизни — выгода. Они даже не повесят нас за это — они нас четвертуют.

— Они четвертуют нас так или иначе, — рассмеялся «норманнская сука». — Давайте перед тем, как похоронить ее, хотя бы попользуемся ею. Хоть такую выгоду получим. Потешиться с норманнской сукой будет немалым удовольствием. Я полагаю, их дырочки поизящнее, чем у наших женщин.

— Свинья ты, я совсем не эту выгоду имел в виду.

— Идиоты! Стоите тут и рассуждаете, то делать или это. Поехали, говорю. Когда уберемся отсюда подальше, тогда и потолкуем, что делать.

Иэн не позволял себе ни единой мысли об Элинор, иначе он сошел бы с ума. Вместо этого он сосредоточился на каждом конкретном шаге, который следовало предпринять. Пастухам было приказано снова увести скот на пастбище и рассеяться так, чтобы стадо стало лишней приманкой для грабителей. Всех людей разбудили и призвали к оружию. Егерь выбился из сил. Он не мог больше бегать. Вулфу из Ли пришлось посадить его к себе на лошадь, чтобы он мог руководить подготовкой.

Все, казалось, выполнялось в замедленном темпе, занимая миллионы лет, но Иэн не кричал на своих людей и не угрожал им. Осознать необходимость спешки значило пробить ту пелену, которая застила его мозг. Любая трещина в этой пелене как-то связала бы его с тем, что лежало за черной стеной, огораживавшей детство. И из этой щели выползло бы нечто такое, что уничтожило бы его, изменило до такой степени, что он в ответ уничтожил бы вокруг себя все и всех.

Рука Иэна чуть дернула поводья. Серый жеребец встал на дыбы и заржал, перебирая передними ногами. У Иэна пересохло в горле, и он ухватился крепче. Ужасы, скрывавшиеся за черной стеной, подступали ближе.

Вообще же от того момента, как Иэн понял, что сказал-ему егерь, до того, как отряд пустился в погоню, прошло от силы десять-пятнадцать минут. Гораздо больше времени заняла скачка по полям и пастбищам, которые отделяли их от леса, и в то же время гораздо меньше, чем требовалось преодолеть такое расстояние по бездорожью при безопасной езде. Иэн вел отряд галопом, и воины не отставали, ругаясь и молясь про себя, чтобы лошади не стряхнули их в темноту.

Взошла луна. Для людей, которые напрягали глаза в блеклом свете звезд, это было почти солнце. Впереди, однако, вставала полная тьма. Иэн непонимающе смотрел на нее, поглощенный лишь терзавшими его мыслями.

— Медленнее, хозяин, — умолял егерь. — Лес близко. Те, кого мы ищем, должно быть, ушли далеко, пока я шел пешком. Они могли услышать нас, или мы прозевали их разведчиков.

«Близко…» Именно это слово привлекло внимание Иэна и заставило его слушать и понимать. Он натянул поводья. Конь сопротивлялся, чувствуя его учащенное дыхание и лихорадочный пыл. Жеребец снова поднялся на дыбы и брыкнул. Это было благословение. Пока Иэн боролся с лошадью, пробиравшееся в его мозг безумие немного отступило. Оседлав лошадей, отряд шагом приблизился к лесу. Внезапно почти у самого уха Иэна просвистел козодой. На некотором расстоянии к югу из тени выделилась фигура и, пригибаясь, бегом направилась к приближавшемуся отряду. Козодой свистнул еще раз.

— Стойте, — приказал егерь. Иэн стиснул зубы и попробовал молиться.

— Они здесь не проезжали, — произнес грубый голос, когда бегущая тень наконец добралась до них. — Либо они где-то дальше в лесу, либо остановились. Поезжайте немного южнее. Где-то в лесу Горн.

Остановились. Если они остановились… Иэн ухватился за эту мысль, пережевывая и переваривая ее. Он повернул голову, чтобы отдать дальнейшие распоряжения Джейми Скотту, что ему нужно будет сделать, когда они настигнут банду. Люди Элинор давили на него сзади.

— Спокойно! — скомандовал Иэн. Их сердитый ропот еще более подогревал его гнев, который он пока сдерживал.

Они снова двинулись вперед, теперь уже не спеша, поскольку кроны деревьев закрывали лунный свет и существовала постоянная опасность быть сброшенным на землю низко нависавшими ветвями. Охотник с хриплым голосом тоже пристроился к кому-то на лошадь, время от времени издавая свист козодоя. От жутких звуков Иэну было не по себе. Каждый раз что-то вздрагивало внутри. Наконец птичий свист разбудил кого-то другого — за свистом почти мгновенно последовал крик ласки.

Иэн подпрыгнул, но егерь удовлетворенно хмыкнул и снова приказал остановиться. Из-за деревьев выскользнул Горн, кивнув, когда козодой свистнул еще раз. Он ничего не сказал, но, убедившись, что его хорошо видно, махнул им рукой следовать за ним и побежал к югу. Иэн переместил щит на руку и отцепил от седла «утреннюю звезду». Оуэн недоуменно уставился на него. Он никогда не видел, чтобы господин прежде пользовался этим оружием, и не раз выслушивал от него, когда сам пробовал попользоваться им, что это смертоносное оружие можно брать в руки лишь при крайней необходимости. Оуэн надел щит себе на руку. Затем он услышал голос Иэна, тихий и монотонный.

— Вы что-то сказали, господин?

Ответа не последовало. «Утренняя звезда» зловеще покачивалась на колючей цепи, а продолжающийся поток слов был слишком неразборчив. Оуэн нервно облизал губы и плотно надел шлем поверх кольчужного капюшона. Ожидалось что-то очень плохое. Ждать оставалось недолго, что было и к лучшему, поскольку рассудок Иэна все ближе и ближе подходил к грани умопомешательства.

Горн остановился и указал рукой вперед. Оттуда доносился слабый звук голосов — их тон указывал на то, что люди кричали, хотя расстояние делало слова неразборчивыми. Оба егеря соскочили с крупов лошадей и двинулись на запад. Иэн подал знак, и часть отряда с Джейми во главе последовала за ними.

— Жди, — прошептал Иэн сам себе. — Жди… Жди… Не испорти все. Жди!

Наконец просвистел козодой.

— Вперед! — Иэн приказал негромко, но воины услышали.

Они бросились в бой с ревом, возраставшим, пока не раздался одиночный крик тревоги. Затем все стихло.

— Вперед! — прорычал Иэн, пришпоривая коня. Казалось, последние несколько ярдов жеребец преодолел одним прыжком. Иэн ворвался на небольшую поляну, в центре которой стояли три человека, окруженные гораздо большей группой сидевших. Все словно приросли к земле от неожиданности.