Инесса Иванова - Луна моего сердца

— Кто-то умер совсем недавно, — пролепетала я, забыв об осторожности. — Смертью пахнет.

— Откуда идёт запах?

Я облизала пересохшие губы и постаралась сосредоточиться. Закрыв глаза, подняла голову и пару раз глубоко вдохнула. Ароматы молодой листвы, жареного мяса, углей с можжевеловыми ветками — всё это на поверхности, бьют в нос с ходу. А под ними, если сосредоточиться, пройти сквозь дымную завесу, запах молодого некрупного существа, отрока, который уже никогда не достигнет зрелости. Свежее мясо и слитая кровь, пропитавшая землю.

— Оттуда, — я указала рукой в сторону жаровни.

— Что ещё можешь сказать? — спросил Рэв, отпустив мою руку и пристально смотря в глаза. Он стоял совсем близко, и от этого я не мгла думать ни о чём другом. И всё же, хозяин ждал от меня ответа:

— Это вы убили. Животное, — осенила меня догадка.

Он кивнул и на губах впервые заиграла полуулыбка, сделав лицо чуть менее суровым:

— Оленя. Им сейчас и поужинаем. Я нечасто сам готовлю, так что не сердись, если мясо будет сыроватым.

— Зачем было трогать детёныша?

— Однолетнего самца, если быть точным. — Хозяин пожал плечами и продолжил заученным тоном, каким взрослые объясняют прописные истины несмышлёнышам: — Он был слабым и только тормозил своё стадо. Таким не место в обществе. Каким бы оно ни было и из кого бы ни состояло. Считай, что он всё равно бы умер, только со временем и не так быстро. Прошу к столу, всё уже готово.

Я отошла к скамейкам и присела, наблюдая с какой ловкостью хозяин переворачивает мясо, прилипшее к решётке, и, разложив по тарелкам, ставит на стол. С такой же грацией и скоростью передо мной появился стакан с холодным напитком винного цвета.

На мой удивлённый взгляд Рэв ответил:

— Нет, сегодня нужна ясная голова. Это клюквенный морс.

Я пригубила напиток, он показался мне вкусным и чем-то напоминал компот из летних ягод. И всё же я немного сожалела, что сегодня не удастся испить вина, дарящего словам лёгкую непринуждённость, лишённую смысла.

Трапезе не хватало свечей, но вместо них Рэв принёс пару масляных ламп, поставив их чуть поодаль.

— Как мясо? — спросил он позже, когда я отложила нож и вилку.

— Вы же видите: на тарелке ничего не осталось, — ответила я с улыбкой, забыв добавить “хозяин”. Спохватившись, я почувствовала, что краснею. — Я забылась, извините, хозяин.

— Оставим это на сегодня. Здесь нет хозяев и слуг.

Рэв отвёл глаза, словно собираясь с мыслями, и продолжил после небольшой паузы:

— Я очень виноват перед тобой, Леонтина, и намерен это исправить. В старой версии закона, принятого сразу после Переселения, я нашёл любопытную деталь: если присланная девушка не устраивает хозяина и при этом осталось нетронутой, он вправе в течение десяти дней потребовать замену. Но только на одну из прибывших. Закон расширялся и добавлялся, однако за три года это положение не было отменено. Формально, оно действует и сейчас. Я собираюсь вернуть тебя домой, к семье.

Рэв замолчал. Я чувствовала на себе его выжидательный взгляд, но не могла поднять глаз. Меня обуревали противоречивые чувства: я хотела вернуть себе честь и достоинство, положенные мне по праву и быть там, где их могли оценить. Но в то же время, я не выполню миссию и дома меня ожидает бесконечный позор. Никто не поверит, что я нетронута. Да это и не так. Замужества мне не видать даже с полукровкой. В жрицы, и те не возьмут!

Распаляемая отваром Вожделения, я пригожусь только в местном Доме Свиданий, в качестве одной из торгующих телом. Может, даже там на меня спроса не будет, поскольку забракованная оборотнями, не может быть нормальной.

Моя судьба промелькнула перед глазами: опустившаяся, умоляющая каждого мужчину притушить пожар, бушующий внизу живота. И после не получавшая даже минутного облегчения, обречённая на страдания и презираемая последней Пришлой я буду снова искать следующего клиента. Пока не загнусь в подворотне от инфекции или ножа очередного любовника.

Я не заметила, как слёзы начали бежать по щекам и капать на руки осколками надежды.

— Что с тобой? Ты не рада?

Я подняла глаза и ответила как можно спокойнее:

— Чему мне радоваться? Что я бракованный товар?

— Я же объяснил, что это только повод. Я виноват в том, что дал повод Асейе причинить тебе вред. Она могла убить тебя. И это в моём доме, призванном защищать вверенную мне девушку! Не говоря уже о том, что я ещё раньше повёл себя хуже собаки, бросающейся на кость.

— Я сама предложила вам своё тело, — ответила я, следя за тем, как вздуваются вены на его шее и мощных руках. Мне хотелось дотронуться до них, провести пальцами по лицу, стерев с него выражение гнева и вины.

— Это меня не оправдывает. Я мог бы просто извиниться, и мы бы дальше пили морс, улыбаясь друг другу. А послезавтра за тобой придут и отправят на обряд Плодородия в качестве жертвенной девы. Я же предлагаю другую судьбу, для которой ты и рождена.

— Только Боги знают, для чего мы появились на свет, — тихо возразила я.

— Твои или мои? — Рэв подошёл близко и подняв меня, заглянул в глаза: — Ты ведь готовилась выйти замуж и родить законных детей, а не мечтала провести жизнь любовницей оборотня и его рабыней?

— Мне некуда возвращаться, — выдохнула я, загипнотизированная искрами жёлтого огня. В них я видела отражение того желания, которое снедало меня уже пару дней. — Никто не возьмёт меня…замуж.

— У тебя был жених? Он же любил свою избранницу?

— Если бы любил, не отпустил бы. Никогда, — прошептала я, дрожа и прижимаясь к его телу.

— А ты его? До сих пор любишь? И хочешь отомстить? — глаза Рэва угрожающе сузились, но он меня не оттолкнул и не отошёл.

Мне стало нестерпимо душно. Так, будто я задыхалась в толще воды, не в силах сделать глоток воздуха.

— Нет. В моём сердце нет места трусам, — покачала я головой и протяжно выдохнула. Кожа горела огнём, хотелось скорее снять одежду и подставить разгорячённое тело лёгком ветру, прилетевшему невесть откуда.

— Уверена? — хрипло спросил хозяин, обхватив руками моё лицо. Я кивнула. Он отпустил меня и отступил на шаг, скрестив руки на груди.

По мятущемуся взгляду Рэва я видела, что он колеблется.

— Почему я? Или тебе всё равно? — в голосе прозвучала издёвка, но меня было уже не обмануть. Я видела, как он хочет меня и разделяла это желание. Пятно на бедре горело огнём, который распространился и на низ живота.

— Я не знаю, — тихо ответила я и добавила еле слышно, прошептав одними губами: — Вы не хотите меня? Так и скажите!

Через секунду, словно подхваченная вихрем, я оказалась прижатой к нему. Рэв запрокинул мне голову и заглянул в глаза:

— Где хочешь? В доме?

— Нет. Я люблю лес. Здесь.