Эми А Бартол - Интуиция

— Милая, ты действительно должна была уважительнее относиться к погоде, потому что, как правило, она уничтожает цивилизации даже гораздо быстрее чем язвы, которые кстати страшнее чем акулы, — отвечает Булочка. — Что? Я просто сказала, что бактерии не «друзья человека», — говорит она, видя мой хмурый взгляд.

— Так сейчас, — продолжаю я, словно она меня и не прерывала, — сейчас я узнаю, что существует великан, который хочет перемолоть мои кости и испечь из них хлеб? — вспоминая сказки, спрашиваю я.

— Не в моем времени, — сморщив нос, говорит она. — Плюс, ты гораздо быстрее, чем любой великан. Тебя будет очень сложно поймать и почти невозможно удержать. Ты сможешь летать, бегать, изменять форму, а сила которой ты будешь обладать, сможет конкурировать с силами Воинов. Хотелось бы увидеть великана, который попытается схватить тебя.

— Так ты говоришь, что существуют великаны, — съежившись отвечаю я.

— Эви, расслабься — ты чересчур волнуешься, — говорит Булочка, откидываясь назад и потягивая принесенный ранее чай со льдом.

— Расслабиться? О, я расслаблена. Я просто позволю тебе рассказать эти новости Расселу и посмотрю, как он на это отреагирует, — напряженно отвечаю я, совсем для меня неожиданно мысли о Расселе вызывают во мне тоску.

Думаю, я скучаю по нему. Я совсем забыла, что могу с кем-то поделиться всем, что со мной происходит, потому что теперь мы вроде как в одной лодке… как и я, он был единственным в своем роде, во всей Вселенной.

Интересно, как он воспримет новости о том, что сказки на самом деле реальны. Может он уже понял это. Интересно, как он воспринял это. Он станет их заложником или может быть переживет это… преодолеет? Сокрушительная волна вины, которую я сдерживала с тех пор, как мы покинули Крествуд, обрушилась на меня тяжелым грузом.

Я не видела Рассела. Пока я погрязла в печали, но все еще заботилась о нем. Вдруг я прочувствовала себя очень зрелой, но не мудрой. Если бы ситуация была обратной, в глубине души я знаю, что он бы лучше обо мне позаботился, чем я заботилась о нем.

Ясно, что я не могу отпустить его. Я все еще чувствую, как стою на коленях на холодном полу в Seven — Eleven, рядом с его телом, наблюдая как сквозь его руку сочиться кровь. Помню, как молила Бога не забирать его у меня.

Так же, как и дядя Джим был моей семьей, Рассел тоже моя семья, но это совсем разные вещи. Рассел был моей семьей, с той стороны, с которой не был мой дядя. Рассела, я люблю не меньше чем дядю Джима; просто у меня ощущение, что Рассела я люблю больше… намного больше.

Он моя родственная душа.

Не зависимо от того, в какой части мира он находиться, он всегда будет частью меня, и у меня всегда будет желание найти его.

Булочка сжимает мою руку.

— Ауч! Что? — спрашиваю ее я, пока она улыбается мне.

— Конфетка, ты готова? — спрашивает Булочка.

— Да. Тебе не нужно щипать меня, — отвечаю я, потирая свою руку.

— Ты была такая отстраненная, я не могла привлечь твое внимание. Я пообещала Риду, что верну тебя сегодня днем, чтобы он смог пойти с тобой покататься на сноуборде, прежде чем мы перейдем к вечернему мероприятию. Наверное он расхаживает по коттеджу, ожидая нас, — говорит она, собирая все вещи, которые купила.

Я посмеялась над ней, когда она позволила консультанту продать ей крем от морщин, но думаю, это ее способ помочь людям.

— О чем ты вообще задумалась?

— Я думала о Расселе, — отвечаю я, стараясь скрыть от нее свои мысли.

— О, я вижу. Ты снова грустишь, — глядя на меня, говорит она.

— Ты же знаешь, что он будет в порядке? Он — Серафим, это делает его жестким. Он справится.

— Надеюсь, что ты права, — говорю я.

— Я знаю, что права.

— Ему придется контролировать себя, или мы натравим на него русалок, — держа свои покупки и шагая к двери, отвечает Булочка. Это заставляет меня закрыть рот и следовать за ней.

Когда мы возвращаемся в коттедж, Рид не мерил его шагами, но кажется был рад нас видеть.

— Как спа? — спрашивает он, пока я ставлю свои пакеты на стол в кухне.

— Очень информативно. Ты в курсе что Земля существует больше четырех миллиардов лет, а сказочные герои реальны? — спрашиваю я, уперев руки в бока и изучая его лицо, которое выглядело не старше двадцати или двадцати одного года, с учетом его идеального телосложения.

— Правда? — возражает Рид, последовав за мной на кухню и обнимая меня за талию. — Так что это для тебя значит? — спрашивает он, легонько скользя губами по моему лицу, даря больше ласки чем простой поцелуй.

— Это значит, что ты — жутко древний, — прижимаясь к его твердому и сильному телу, шепчу я.

— Да, — соглашается он, прижимаясь к моей шее, — я древний.

— Реликвия, — дразню я, дрожа от прокатившегося по мне, потока желания. — Достаточно стар, чтобы понять, что лучше не связываться с кем-то вроде меня.

— Нет никого похожего на тебя, — тихо отвечает он, а потом целует меня, и мои мысли полностью вылетают из головы, в то время как я обвиваю руки вокруг его шеи. — Может быть, сейчас мы можем пойти покататься на сноуборде. Думаю, пока вас не было, Зефир потерял Булочку, — говорит Рид, выпуская меня из своих объятий и целуя в щеку.

— Давай подготовимся, — говорит Рид, провожая меня в мою ванную.

Я переодеваюсь и встречаюсь с ним в главной комнате.

Вскоре после этого, я слышу, как из комнаты напротив раздается треск.

— Не могу дождаться, когда смогу вместе с тобой разрушить спальню, — говорю я Риду, закатывая глаза.

— Ты не представляешь сумму ущерба, которую мы должны будем заплатить. Мы должны будем найти место, куда не захотим возвращаться в течении нескольких лет, пока не сменится персонал, и нас не забудут, — улыбаясь мне, говорит он.

Гуляя по лесу рука об руку с Ридом, я в очередной раз поражаюсь красотой и великолепием этого места. Деревья очаровывали своей стариной, и пока мы шли сквозь них, мне не сложно было поверить в то, что ранее рассказала мне Булочка, о том, что большинство мифических тварей были реальны.

— Почему ты не рассказал мне, что рядом с человеком существовали другие существа? — спрашиваю я.

— Потому что тебе было сложно даже правду об ангелах принять, так что я не хотел загружать тебя еще и этим, — нахмурившись, отвечает Рид. — Эви, я должен защищать тебя, поэтому я даже не могу объяснить тебе. Прежде чем ляпнуть что-то лишнее, я хочу быть уверен в том, что ты готова к таким вещам.

— Ох, — задумчиво говорю я. — В этом есть смысл. Это тоже самое, когда мне кажется, что все держится на мне. Иногда приятно узнавать о вещах еще до того, как я с ними столкнусь. Например, взять тебя. Когда я встретила тебя, мне было бы очень полезно знать, что ты ангел.

— Ты и без этого была очень взволнованна. Как много кошмаров ты можешь перенести? — заботливо спрашивает он.