Ольга Гусейнова - Голодное сердце [litres]

Полчаса я ползла в поисках шлюпочной палубы и запоминала расположение жилых и рабочих отсеков подо мной. Было очень интересно наблюдать за рабочей атмосферой корабля. Несколько раз я проползала прямо над головами членов экипажа и, замирая, осторожно наблюдала за ними.

Наконец я нашла то, что искала, и, осторожно отодвинув крышку, вылезла наружу. Шлюп оказался большой и надежный, и я потратила некоторое время, изучая его как снаружи, так и внутри, пытаясь разобраться в его устройстве. Наконец, когда я разобралась, как им управлять хотя бы приблизительно, осторожно вышла наружу и еще несколько минут пыталась решить, каким образом опять забраться наверх.

Услышав голоса, я, недолго думая, поставила какой-то бачок и, подпрыгнув, быстро залезла в вентиляцию и закрыла за собой крышку. Отползти дальше не успела, потому что в этот момент из коридора появилась наша троица. Они о чем-то яростно спорили, а я, боясь пошевелиться, с восторгом смотрела на Радьяра. Его простеганная черная безрукавка открывала руки и верхнюю часть груди, демонстрируя стальные мускулы под бронзовой кожей. Золотые глаза сверкали, пока он что-то доказывал своим братьям, а хвост метался из стороны в сторону. У меня даже голова немного закружилась.

Нуар и Даир тоже были прекрасно сложены, и глаза их мерцали красивыми золотыми радужками, но я жадно разглядывала Радьяра. Разум насмерть бился с сердцем и душой, доказывая, что мы не пара и между нами не может быть ничего общего. Но, судя по всему, скоро мой разум погибнет в неравной схватке с чувствами.

Разговор становился все жарче, а я вдруг почувствовала, что меня кто-то дергает за ногу, и, оглянувшись, увидела настоящий кошмар. Что-то большое, блестящее, со множеством ног и жуткими красными глазами на тонких усиках, смотревшими прямо на меня. Одна из холодных мерзких лапок трогала мою ляжку, скользя по коже. Я не выдержала и, завизжав, начала, судорожно извиваясь, отползать от этого нечто. Плохо закрытая крышка не выдержала, и я полетела вниз…

Продолжая кричать, я открыла глаза и увидела, что меня, хмурясь, держит Радьяр, а Нуар, отпустив вентиляционную трубу, спрыгивает на пол. Сначала я подумала, что ему плохо: все его лицо перекосило от напряжения, он странно похрюкивал и дрожал до самого кончика хвоста.

И я наконец поняла – это он, оказывается, так смеется.

Вцепившись от страха в Радьяра, я с ужасом смотрела в открытый вентиляционный проем, откуда прямо на меня глядело чудовище. Теперь, при свете, было видно, что это робот – наверное, один из тех роботов-уборщиков, которые есть на всех кораблях. Ведь не всюду может пролезть человек. Или не совсем человек. Или совсем не человек. А убирать надо везде.

Когда я осознала всю пикантность ситуации, я испугалась уже по другому поводу. Поглядев на хмурого Радьяра, не разделявшего шумного веселья Нуара и Даира, я смущенно пожала плечами в попытке извиниться и попыталась слезть с его рук, но он еще сильнее прижал меня к себе. А сам, развернувшись, направился в нашу с девочками каюту.

Воспользовавшись случаем, я запустила свою руку в его короткую, но шелковистую шевелюру. Мр-р-р… Какая гладкая нежная шкурка, а какие мускулы на плечах и руках. И такие сильные руки, что не хочется с ними расставаться, и запах такой волшебный, чувственный – от него кружится голова и хочется зубами срывать с него одежду, а языком слизывать аромат с его кожи.

Вместе с этой мыслью я обнаружила, что, обхватив талию мужчины ногами и уткнувшись в шею, покусываю его кожу и пытаюсь снять с него одежду. Причем мы стоим в хорошо освещенном коридоре, и на нас с восхищением пялятся полкоманды и Даир с Нуаром. Заметив это, я покраснела как рак и снова попробовала слезть с Радьяра, только уже применяя силу. Пару раз двинула его в грудь и, опустив ноги вдоль тела, пыталась оттолкнуться.

Грозно рыкнув на свидетелей нашей потасовки, которые тут же скрылись, Радьяр повернулся ко мне лицом. От его рыка у меня заложило уши и задрожали поджилки, и я замерла, глядя на него, как кролик на удава. Он смотрел пристально, но с необыкновенной нежностью.

«Нельзя так на меня смотреть, нельзя! Я же растаю и растекусь большой лужицей у твоих ног», – прошептала я.

В чувство я пришла, ощутив животом не только нежность, но и размеры его желания. Хотелось закричать: «Караул! Спасите! Для меня одной тут слишком много!» Потом, трезво (насколько это было возможно) рассудив, решила: кто его знает, а вдруг достаточно, я же еще не пробовала.

Думаю, Радьяр заметил мои метания между страхом и желанием, потому что сгреб меня и, осторожно подкинув вверх, перехватил поудобнее и опять понес в каюту. Теперь я была опытней и старалась дышать через раз. Судя по его «хрюканью», он мои попытки заметил и оценил.

Да уж, разведка прошла на ура. Поэтому, решив на сегодня ограничиться едой и отдыхом, мы с подругами завалились спать.

Кира

Следующая неделя прошла как во сне. Самом восхитительном сне! Нас выгуливали по коридорам корабля, кормили на убой, показывали звезды, при этом томно и шумно вздыхая за спиной, пытались петь песни, но то ли песни у них жуткие, то ли мы такие консервативные, то ли им стадо слонов по ушам пробежало, и еще по голосовым связкам немножко… Короче, слушать песни мы вежливо отказались.

Потом они для нас танцевали, и вот это оказалось потрясающее зрелище. Смесь боевого танца и стриптиза. Да таких танцоров на Гетерексе с руками оторвут. У нас, по крайней мере, участилось дыхание и щеки загорелись. Мы от такого волнения тоже им станцевали, правда, более приличные танцы, чем в первый раз.

Так что всю неделю мы привыкали к ним, а они изучали нас.

Остальные мужчины, проходя мимо, смотрели с завистью и непонятной нам затаенной болью. Мы пытались учить их рычащий язык, но с большим трудом запомнили всего несколько фраз.

Стоя на капитанском мостике, я жадно изучала звездную карту, пытаясь выяснить, как далеко от Фабиуса нас занесло. Но, к сожалению, ни одна ближайшая звездная система не была мне знакома. Я огорченно посмотрела на Радьяра и жестами попыталась спросить, где находится то место, откуда нас похитили. Он печально посмотрел на меня, а потом набрал адрес на компьютере, после чего на карте показалась звездная система Бета, в которой находился Фабиус.

Прикинув расстояние до нынешней точки, я с каким-то обреченным облегчением поняла, что шлюп нам не поможет туда добраться. Внутренне я уже приняла для себя решение и смирилась с ним. Набрав местоположение Фабиуса, я указала на нее, а потом ткнула себя в грудь и назвала планету.

Радьяр с интересом уставился на меня, а затем снова на компьютер, о чем-то задумавшись. После, набрав другой адрес, показал карту нескольких звездных систем в немного сжатом виде. И, отметив на ней Фабиус и наше нынешнее местоположение, ткнул пальцем на небольшое скопление звезд в другом конце карты.