Мелисса Ландерс - Звездолет (ЛП)

Доран перетек на четвереньки и встал. А через полсекунды получил хук справа и вновь оказался на досках, любуясь танцующими перед глазами пятнами. На сей раз Демаркус не заморачивался с просьбами подняться – просто наклонился, схватил его за шкирку и дернул вверх.

Прижавшись ртом к уху Дорана, пират прошептал:

– Ну же, пацан. Я не могу и дальше с тобой осторожничать, иначе потеряю уважение своих парней.

Так это, оказывается, был щадящий режим?

– Отбивайся, – велел Демаркус. – Ты должен ударить меня. Сейчас же.

Сжав руку, Доран крякнул и засадил кулак ему в живот. Пальцы встретились с напряженными мышцами пресса. Отстранившись, Демаркус окинул его разочарованным взглядом, дескать, и это все, на что ты способен?

– Где твой пыл? – спросил пират, встряхивая рубашку Дорана. Затем уставился на что-то за пределами ринга, и его губы исказила расчетливая улыбка. – Я вижу Лару. Похоже, она беспокоится за тебя.

В животе вспыхнула искра гнева, и Доран толкнул Демаркуса в грудь.

– Талантливая девчонка, – продолжил тот. – Редкая находка в наших краях. Надеюсь, ты не будешь слишком уж по ней скучать, потому как ей здесь понравится. Скоро она забудет о твоем существовании.

Не думая, Доран боднул его в челюсть, затем отпихнул подальше и ударил в место над пахом. Охваченный яростью и ничего не соображающий, он бил Демаркуса снова и снова, куда только мог дотянуться, пока вновь не оказался на полу после встречи с гигантским кулаком. И лишь тогда заметил красную струйку, стекавшую по подбородку пирата.

Получилось. Доран пустил первую кровь.

Демаркус улыбнулся, будто именно этого и добивался, и тогда шутки кончились. Доран поднялся на ноги и, рванув к гиганту, врезался плечом в его живот. Демаркус ответил мощным ударом по спине, и Дорана опять придавило к полу. Он тут же откатился, чтобы не получить пинок под дых, но недостаточно быстро, и следующий удар достиг цели, поразив здоровый глаз.

Дальнейшие действия Дорана свелись к малоуспешным уверткам и беготне по рингу. Он посмотрел на противника сквозь щели опухших век и пот, что стекал по лицу, размывая обзор. Периферическое зрение совсем накрылось, и Демаркус наверняка об этом знал, так как провел серию из трех левых хуков подряд. Доран встал, но лишь для того, чтобы заработать еще три удара – в челюсть, нос и живот.

Похоже, вскоре достанется каждой клетке его тела.

Один удар по голове оказался таким сильным, что Доран увидел будущее.

И его в этом будущем не было.

Стало ясно, что выбранная стратегия не работает. Он уступал противнику и в силе, и в скорости, а значит, попытки его измотать и повалить – пустая трата времени. Чтобы победить, необходимо найти и использовать главную слабость Демаркуса. Сразу видно, что главарь пиратов высокомерен, но как это обернуть против него?

Выигрывая драгоценные секунды, Доран провернул несколько стандартных футбольных трюков – притвориться, что идешь влево, и сигануть вправо, – а тем временем напряженно думал, как действовать дальше. В голове продолжал звучать совет Солары: «Не стесняйся использовать грязные приемы». Инстинкты подсказывали, что это ключ к победе, но какие именно приемы?

Очередной удар в челюсть уже привычно послал Дорана на доски, он дважды подпрыгнул и наконец замер лицом вверх. Адреналин почти схлынул, и боль растекалась по телу, грозя поглотить его целиком. Лицо пульсировало, будто перекачанный воздушный шар. Изо рта струилась горячая кровь, и скользнув языком по губам, Доран нащупал трещины. Его внутренний эгоист мечтал немедленно отключиться и покончить с мучениями.

А ведь это идея!

Он мог потерять сознание – или, по крайней мере, притвориться, что потерял.

С мега-громким стоном Доран поднялся на четвереньки и пару мгновений раскачивался взад-вперед, даже изобразив рвотные позывы для пущего эффекта. Затем привстал с жестких досок и сразу же позволил телу свободно накрениться в сторону и опять упасть. После еще одной слабой попытки соскрести себя с пола, он обмяк как макаронина и прекратил борьбу. Демаркус заворчал, а пираты ревом и аплодисментами приветствовали победителя – своего главаря.

Толпа ликовала. Доран лежал с закрытыми глазами, чувствуя, как двигаются под ним доски. Услышав шум шагов, он украдкой взглянул на сапоги Демаркуса. Они удалялись.

Время оживать.

Доран на животе пополз за пиратом, который был слишком занят, вскидывая руки в воздух, и ни черта вокруг не замечал. Посмотрев на стык его широко расставленных ног, Доран понял, что Демаркус не потрудился защитить свое самое слабое место.

«Высокомерие», – мысленно усмехнулся Доран.

Затем приподнялся на локте и крепко сжал кулак другой руки. Заметив движение, кое-кто из зрителей начал дико тыкать пальцами в сторону ринга и кричать, предупреждая босса.

Медлить нельзя.

Из последних сил Доран саданул кулаком вверх и поразил врага в самое уязвимое – для всех мужчин – место. Костяшки погрузились в мягкую плоть, и Демаркус согнулся пополам, будто разрубленный невидимым топором. Как в замедленной съемке его массивная туша повалилась на бок и приземлилась прямиком на электрические канаты. Раздался треск, в нос ударила вонь сожженных волос. Демаркус напрягся, сражаясь с путами. От боли он явно стал неуклюжим, ибо только с третьей попытки сумел освободиться.

Доран вскочил на ноги и быстро пихнул его обратно на канаты. А когда живучий гигант вновь отпрянул, Доран с радостью опять его подтолкнул. И еще раз, и еще. С каждым разом, ток, казалось, истощал Демаркуса все больше, и когда голова его замоталась из стороны в сторону, а тело затряслось, Доран врезал ему с такой силой, что пират грохнулся на пол.

Ринг содрогнулся, толпа затихла, электрические канаты закоротило.

Сохраняя дистанцию, Доран вгляделся в лицо противника: веки опущены, рот приоткрыт, дыхание размеренное и глубокое. Неясно, притворяется или правда в отключке, но на всякий случай Доран снял ремень и стянул им запястья пирата за спиной. И только потом повернулся к зрителям и вскинул руку, объявляя себя последним оставшимся на ногах.

Никто не возрадовался.

Сотни пиратов моргнули и в замешательстве уставились друг на друга. Руки потянулись к пистолетам, но тут же взметнулись вверх, дабы почесать затылки своих владельцев. Судя по всему, народ не знал, что делать. Должны ли они чествовать чужака, победившего обманом, или отомстить за главаря?

Солара, похоже, тоже заметила всеобщую нерешительность, потому как быстро схватила импульсный пистолет с ближайшего бедра и начала размахивать им вокруг.

– Стоять! – крикнула в толпу. – В ваших боях нет запрещенных приемов. Мой пилот бросил вызов и победил. По законам Братства, вы должны нас отпустить. – Сорвав с шеи ожерелье, она швырнула его на тело Демаркуса и направила ствол на Четырехглазого: – Ты. Брось оружие и иди сюда.