Дарья Лис - Борьба за будущее

— Когда я был человеком, мне готовили обученные этому люди. А когда стал вампиром, нужда в еде пропала, — Маркос не понял, что своим ответом немного приоткрыл занавесу своей жизни.

Я захотела что-нибудь ещё узнать про него.

— И не было ни разу желания попробовать?

— Нет, — серьезно ответил Маркос, сев на высокий стул.

Переминаясь с ноги на ногу, я повернулась к Маркосу спиной и продолжила готовить. Мы молчали, пока я нарезала, жарила, тушила. И все это время я чувствовала прожигающий взгляд на своих ногах. Нет, не только взгляд. Было такое чувство, что кто-то нежно дотрагивается до них, заставляя моё тело испытывать приятную дрожь. Когда, не выдержав, я мельком кинула взгляд на Маркоса, вампир смотрел, задумавшись, на свои руки. То, что он смотрел на них, меня огорчило. На доли секунды я захотела, чтобы Маркос смотрел на меня.

Закончив, я наложила в тарелку горячее рагу и села напротив Маркоса. Я дула на ложку, когда подняла взгляд, скользя по рукам вампира, по его плечам и, наконец, посмотрев в глаза. Нервно сглотнула. Его черная рубашка была закатана на руках до локтя, демонстрируя по-мужски красивые руки. На левой руке всё те же дорогие часы. Рубашка облегала его тело и широкие плечи. Две верхние пуговицы были расстёгнуты, давая мне возможность немного полюбоваться его грудью. Но на открытой коже груди вампира я взгляд не остановила. Я посмотрела в синие глаза, взгляд которых был направлен на меня.

— Ты узнал какую-нибудь информацию от вампира? — спросила я после минуты молчания.

— Да, — Маркос замолчал.

Наверное, обдумывал говорить мне дальше или нет. Я уже подумала, что больше от него ничего не услышу, как он удивил меня, продолжив:

— Узнал, но что-то действительно ценное он не сказал, — вампир раздражено повел плечом. — Им еще до нашего выезда из дома сказали, где нас ждать, а кто сказал, ему неизвестно. Я сначала думал, что вампир, которого мы встретили в магазине, как-то причастен к этому, но он был просто вампиром, который зашел в магазин, — он посмотрел на мою тарелку, а потом тихо добавил:

— Наверное, любит вашу еду.

Эта фраза была так не привычна на слух. Ваша еда. Никто так не говорил.

— А ты?

— Что я? — Маркос поднял бровь, посмотрев на меня.

— Любишь «нашу» еду?

— Нет, не люблю, но могу её есть. У меня нет отвращения.

— На, попробуй, — я зачерпнула ложкой немного из своей тарелки и, подув, протянул к нему.

Немного подумав, Маркос наклонился ко мне и, смотря мне в глаза, съел то, что я ему предлагала. Пока он жевал, я следила за его лицом. Отвращения или чего-то похожего я не увидела.

— Ну как?

— Ты вкусно готовишь, — ответил вампир.

— Хочешь ещё? — я зачерпнула рагу на ложку.

— Нет, ешь сама, — Маркос откинулся на спинку стула.

— Если передумаешь, там в сковородке есть ещё, — весело проговорила.

Маркос невозмутимо кивнул, как будто он подумает над моим предложением. Но чувствуется мне, что вампир больше не съест ни грамма.

Пока я ела, мы молчали, но каждый раз, когда я смотрела на вампира, наши взгляды встречались.

Когда тарелка стала пустой, я встала и, подойдя к раковине, помыла тарелку, которую держала в руках. Затем, вытерев насухо полотенцем, потянулась вверх, чтобы поставить тарелку в шкафчик. И как только это сделала, пожалела, потому что и так коротенький халатик задрался, демонстрирую мои бежевые шортики. Быстро поставив тарелку, я смущенно повернулась. Маркос не смотрел на меня.

— Я пойду к себе, — произнесла я перед тем, как пройти мимо него. — Спокойной ночи.

Миновав вампира, я услышала, как ножки стула с неприятным звуком проехались по полу, и почувствовала на своем плече прикосновение. Я вздрогнула.

Неожиданно вампир, положив свои руки на мою талию, посадил меня на столешницу. Раздвинув мои ноги, Маркос встал между ними. Я пискнуть не успела, как почувствовала на губах нежный поцелуй. Сначала вампир поцеловал один уголок моих губ, скользящим движением переместился к другому и поцеловал его. Теплые руки Маркоса гладили мои бедра, из-за чего я закрыла глаза, отдаваясь ощущениям. Вампир прижался ко мне в целомудренном поцелуе. Для меня время остановилось, все мысли вылетели из головы.

Ни я, ни мужчина не двигались, мы застыли на несколько секунд, а может несколько минут. Не знаю точно. Губы Маркоса были очень мягкие и нежные, но мне было этого мало. Я подалась немного вперед, при этом обняла вампира за шею и разомкнула губы. Маркос понял мой нескромный намек и, сильнее сжав руки на бедрах, ворвался в мой рот. Мы целовались, целовались, сгорая в безумной страсти. Маркос придвинул меня к себе, и между нами не осталось свободного пространства. Я обняла ногами вампира.

Все, что мы сейчас делали, не было для меня впервые. Раньше я целовалась с Женей. Нежно, безумно, неуклюже, страстно. Поцелуи были разные, но каждый раз я могла остановиться, я знала, когда надо оттолкнуть парня, чтобы дело не дошло до секса. Иногда Женя проявлял упорство и ласкал меня, думая, что заставит меня передумать. Но с ним дальше поцелуев и ласк я не заходила, всегда говорила: «нет».

Сейчас же я была уверена, что не смогу отказать, если Маркос захочет чего-то большего. На доли секунды меня это испугало. Но в следующую секунду страх пропал. И этому была причина: Маркос. От одного его взгляда мои ноги слабели, мысли путались, сердце стучало, как будто я пробежала ни один километр. От прикосновений я таяла. А от поцелуев теряла рассудок. С ним мне было не страшно переступить черту, хотя я знала его чуть больше месяца.

Из меня вырвался стон, когда вампир сжал мою грудь. А после Маркос прервал поцелуй, вернув левую руку на мое бедро.

Тяжело дыша, я открыла глаза и посмотрела на мужчину. Маркос смотрел на меня своими сияющими глазами. Лицо напротив меня ничего не выражало, но в глазах был целый букет эмоций. Больше всего там было страсти. Вот так мы и застыли: я сижу на столешнице, между моих ног стоит вампир, его руки на моих голых бедрах, а мои обвивают его шею, а ноги торс. Я смотрела на вампира и любовалась им.

Маркос был красивым, мужественным, властным. Мне нравилось, когда он смотрел на меня, когда целовал страстно или нежно, когда прикасался ко мне. Будь это прикосновение к руке или к моим бедрам. Нравилось, когда его глаза светились, выдавая, что вампир испытывает сильные эмоции.

Большим пальцем Маркос неспешно поглаживал мое бедро, и на этих местах кожа, казалось, горела огнем. Одной рукой я провела по его груди, чувствуя под ладонью еле уловимое сердцебиение. Как только я дотронулась до щеки, Маркос отошел на шаг назад, заставляя мои конечности соскользнуть с его тела.

— Спокойной ночи, — голос Маркоса был немного с хрипотцой.