Елена Синякова - Север (СИ)

-...в моем доме не хамить, не рычать и нагишом не ходить! Ясно, мальчики? Ваши адамовы плакаты - ибо сколько нужно листиков я даже думать не буду - слева от входа на тумбочке....

Я недоуменно улыбнулась, пытаясь рассмотреть бойкую отважную женщину, которая вот так запросто могла командовать этими огромными мужчинами, большая часть которых была звериной, а не человеческой.

Быстро слезая с телеги, я встала за спиной Янтаря, выглядывая из-за него, когда все мужчины согласно закивали на слова миниатюрной пожилой женщины с белой длинной косой, в белом фартуке и широкой юбке до самого пола. Ее морщинистое круглое лицо светилось материнской любовью и огромной добротой.

Закивали все, кроме Лютого, который лишь фыркнул.

Женщина погрозила ему маленьким пухлым пальцем, который был как минимум в два, а то и в три раза меньше клыков мужчины, на что он фыркнул опять, как всегда нагло и вальяжно прошагав в дом. Женщина сокрушено покачала головой, провожая глазами огромного Лютого, которому пришлось согнуться, чтобы просто войти за порог.

- Этот мальчишка никогда не изменится!

- Прости, что не предупредили о нашем визите, - Туман, склонился над маленькой женщиной, прижимаясь к ее макушке своей щекой, и она ласково похлопала его по лицу, подталкивая к дому:

- Можно подумать, что вы когда-то предупреждали! - увидев неожиданно меня за спиной Янтаря, ее глаза сначала удивленно округлились, заставив меня порядком смутиться, но когда женщина мягко рассмеялась, протягивая ко мне руки, я облегченно улыбнулась, - Так с вами гостья? Иди ко мне скорее, дочка! Иди, я обниму тебя!

Я лишь шагнула вперед, тут же оказавшись в крепких объятьях милой женщины, чувствуя, как ее ладонь осторожно погладила меня по спине. Он нее приятно пахло домом, мамой и теплом. Молоком, какой-то сладкой выпечкой и истинной любовью.

В доме загремели кастрюли, когда женщина быстро выкрикнула:

- На кухне ничего не трогать! Сейчас я вас всех накормлю! Идем, дорогая...

- Вообщем-то мы к тебе по делу, - голос Лютого даже сейчас был холодный и отрешенный, как и его скучающий холодный взгляд, когда мужчина склонился, прислонившись лбом к косяку и занимая своим огромным телом все пространство распахнутой двери, не давая нам войти, стоя при этом в доме, - Севера ранили и с ним что-то не так.

- Ранили? - женщина нахмурилась, оглядываясь по сторонам, продолжая при этом обнимать меня за талию.

- Он в телеге.

-Ураган, мальчик мой, - женщина смело прошагала вперед, увлекая меня за собой, не смотря на то, что мы не смогли бы пройти мимо большого Лютого, и уперлась в каменный пресс мужчины, отодвигая его в сторону. Не думаю, что его смог бы сдвинуть даже скорый поезд, забитый камнями и железобетонными плитами, но Лютый поддался, чуть отодвигаясь, чтобы мы могли проскользнуть внутрь, - принеси Севера в дом, и уложи его на кровать в комнате. А ты, - протолкнув меня вперед, женщина ткнула пальцем в живот Лютого, - оденься!

Почему я не удивилась, когда он в ответ снова лишь фыркнул, естественно и пальцем не пошевелив, чтобы исполнить просьбу.

Войдя в дом я увидела, что он оказался гораздо больше, чем был с улицы, но его потолок был слишком низкий для больших мужчин, которым приходилось передвигаться, опуская шею, чтобы не удариться об что-нибудь на потолке. Особенно тяжело в этом плане было Лютому, которому приходилось ходить полусогнувшись, и опустив голову почти к груди. Мужчины шныряли по дому уже что-то жуя, в забавном подобие короткой юбки с запахом, которая завязывалась на бедрах. Странный выбор одежды, но, по крайней мере, все самое необходимое было прикрыто, чему я была несказанно рада!

- Вы помыли руки? - когда женщина шустро и проворно влетела на кухню, принявшись разводить огонь и греметь сковородками и тарелками, я смущенно толкалась между кухней и комнатой, где на кресле развалился Лютый, впервые прикрыв свои удивительные голубые глаза.

Скоро Ураган занес Севера, уложив его в комнате, которая, кажется, была одной из спален, и женщина поспешила к нему, потянув меня за собой.

- Расскажешь мне, что с ним случилось?

- Конечно...

- Кстати я тетушка Зои, - женщина похлопала меня легко по руке, мягко улыбнувшись, когда я с улыбкой кивнула ей в ответ:

- Мия.

- Мия? - уже склонившись над Севером и приподняв край повязки, чтобы осмотреть его раны, тетушка Зои повернула доброе лицо ко мне, - Ты случаем не внучка Любомира?

-Да, вы знали моего дедушку? - в груди снова больно кольнуло при мысли о его скоропостижной кончине.

- Конечно, знала! Все Хранители леса знают друг друга....но почему ты говоришь в прошлом времени?...

- Дедушка мертв...

-О! - на секунду прижав ладонь к своей щеке, тетушка Зои потянулась ко мне, крепко обняв, - мне так жаль, деточка! Не плачь, будь сильной. Теперь ты займешь место своего деда?...

Быстро вытирая слезы, я всхлипнула, глядя в добрые карие глаза женщины:

- Я мало что понимаю...может вы сможете объяснить мне все потом? О Хранителях?

- Конечно, родная, конечно! Но давай сначала посмотрим, что творится с нашим Севером!...Итак, что с ним произошло? Я вижу, что раны практически зажили, и нет причин для паники.

Пока все мужчины были заняты жеванием булочек, а Лютый, откинувшись на кресле и вытянув свои длиннющие ноги почти на всю небольшую комнату, смотрел на нас сквозь ресницы, я быстро и запинаясь рассказала все тетушке Зои, начиная с того момента, как увидела Севера на поляне в облике медведя, не став вдаваться в подробности, что видела его еще пару дней назад до той трагедии, и что именно он убил моего деда...

Тетушка Зои внимательно слушала, изредка кивая головой, рассматривая зажившие раны Севера, вместо которых уже остались лишь розовые тонкие полоски, и в конце - концов повернула голову к мужчинам:

- С кем вы дрались? Это были Кадьяки?

Лютый отрывисто кивнул, не проронив ни единого звука, и не меняя своей позы на кресле, лишь переведя взгляд на меня, когда я пыталась украдкой на него покоситься. Украдкой не получилось, и я снова предательски покраснела, поспешно отводя глаза, и снова принявшись рассматривать то Севера на постели, то тетушку Зои.

- Я так и подумала... вы что-нибудь чувствуете? - женщина смотрела на четверых огромных братьев, которые перестали жевать, одновременно нахмурившись и начав принюхиваться, - в запахе Севера что-нибудь изменилось?

- Нет,- покачал головой Янтарь, подходя ближе и сверкая своими солнечными глазами. Туман и Ураган так же отрицательно покачали головами, когда тетушка обернулась к последнему из них:

- Лютый?

Я не была уверена, что он ответит, максимум просто покачает отрицательно головой, но голос мужчины, как всегда мягкий и при этом надменный заполнил все пространство комнаты, когда Лютый все-таки ответил медленно и задумчиво, словно подбирая слова: