Карен Монинг - Магия грез

— Ты знала, что есть способ защитить обычных людей, и не сказала нам? — Кэт не сводила глаз с Ровены. — Семьи в деревнях, которые мы обещали хранить и которые погибли, можно было научить защищаться! — Ее глаза наполнились слезами. — Ради Девы Марии, Ровена, я потеряла Шона и Джеми! Я могла дать им возможность видеть Фейри? Они могли бы сами себя защитить?

— Чего она вам не говорит , — выплюнула Ровена, — так это того, что ради способности их видеть люди должны есть живую бессмертную плоть Темных Фейри.

Ши-видящие задохнулись, некоторые закашлялись, словно подавившись. Я прекрасно понимала их реакцию. Даже когда я боролась с усилившейся зависимостью от мяса, оно вызывало у меня тошноту.

— Она не говорит вам, — продолжала Ровена, — о том, что поедание этого мяса ведет к ужасным последствиям! Оно вызывает зависимость, и, однажды попробовав, человек уже не может остановиться. Мясо изменяет людей. Как вы думаете, что сделает с вами пожирание плоти врагов? Оно изменит вашу душу! Неужели ты бы приговорила к такому своих невинных братьев, Катрина? Ты хотела бы видеть их проклятыми, но не мертвыми? — Ее голос становился все громче, ярость придала ему сил. — Она не говорит вам, но, раз уж темные секреты увидели свет, скажу я. Это она научила людей есть мясо Фейри, и она …

— Сама его ела, — закончила я прежде, чем она добавила что-то еще. — Ас зависимостью можно справиться. Я справилась. — Очко в пользу Ровены. Как я и подозревала, она читала мой дневник. Я попыталась быстро припомнить все записи, которые она могла использовать, чтобы выбить почву у меня из-под ног. Я душу и сердце вложила в те страницы. — Ровена говорит, что мясо вас изменит. Я в этом не уверена. Судите сами, проклята ли я, — сказала я им. — Судите сами, прокляты ли люди в Дублине, которые сражаются на нашей войне вместо нас, изменились ли они, сделав то, что необходимо для выживания. Или продолжайте слепо глотать все, что говорит вам Ровена. Если я проклята, почему же я единственная ши-видящая, которая вышла вперед и не сидит сложа руки?

— Эй. — Дэни внезапно оказалась на капоте автобуса рядом со мной. — А я что? Пушечное мясо?

— Ты дорогущее жаркое, — заверила я ее. — И коллекционный виски.

Она улыбнулась.

— Это потому, что она сама хочет заполучить Книгу, — заявила Ровена. — Вот почему она там. Она сама хочет получить власть.

— Да неужели? — фыркнула я. — Если бы это было правдой, я бы давным-давно объединилась с Невидимыми. И Большой Г не стал бы превращать меня в при-йа .

— А откуда мы знаем, что ты ею не осталась? — спросила Ровена.

— Я могу ходить, — сухо сказала я. — При-йа , — обратилась я к женщинам, — это жуткое состояние. Но я не только оправилась от него, я получила определенный иммунитет к их сексуальной магии. В'лейн больше не может влиять на меня при помощи убийственного эротизма Фейри.

Это привлекло их внимание.

— Вы можете встретиться с тем, что ждет нас снаружи, а можете и дальше скрываться за этими стенами и выполнять приказы Ровены, до тех пор пока не останется шансов спасти нашу планету. Хотите поговорить о проклятии? Вся наша раса проклята, если мы ничего с этим не сделаем!

Толпа снова взорвалась, женщины поворачивались друг к другу, яростно обсуждая услышанное. Я их определенно взбудоражила. За несколько минут я дала им больше информации, чем их Грандмистрис за все эти годы. Я позволила ши-видящим почувствовать силу, в которой она им отказывала.

Ровена смерила меня ледяным взглядом и повернулась, чтобы рассмотреть своих подчиненных.

Она пыталась заставить их умолкнуть, я тоже. Пусть сами выполнят часть работы, пусть захотят действовать. А потом я подхвачу это желание и поделюсь своими планами. Сформирую группы и раздам задания.

Ровена снова посмотрела на меня.

Скорее всего, она хотела обратиться к толпе, но я не собиралась помогать ей успокоить женщин. Через несколько минут я нажму на гудок, чтобы закончить свою речь и взбудоражить ши-видящих еще больше.

То, что случилось потом, произошло так быстро, что я не смогла взять ситуацию под контроль.

Ровена вынула из кармана мантии свисток и резко дунула в него три раза. Толпа внезапно затихла, этот сигнал явно был привычным. А потом Ровена заговорила, и, прервав ее, я могла показаться мелочной спорщицей. Я решила позволить ей договорить, а потом повернуть ее же слова против нее.

— Большинство из вас я знаю с рождения, — сказала она. — Я посещала ваши дома, я смотрела, как вы растете, а когда наступала пора, приводила вас сюда. Я знала ваши семьи. Я была с вами каждый день, в радости и горе. Каждая из вас для меня как дочь.

Она наградила ши-видящих нежной улыбкой, словно сошедшая с портрета любящая мамочка. Я не доверяла ей ни на грамм. Интересно, кто-нибудь кроме меня заметил, на кого она похожа — на кобру, показавшую в улыбке человеческие зубы?

— Если я и совершила ошибку, то не потому, что недостаточно вас любила, а потому, что любила вас слишком сильно. Как и любая мать, я хотела, чтобы мои дети были в безопасности. Но моя любовь мешала моим дочерям стать женщинами, которыми они могли и должны были стать. Не позволяла мне вести вас вперед. Я ошибалась, но с этим покончено. Мы ши-видящие. Мы защитницы человечества. Мы рождены и выращены, чтобы биться с Фейри, с нынешнего дня мы будем это делать.

Вся мягкость в ее поведении внезапно исчезла. Ровена выпрямилась и словно стала выше ростом. Она начала сыпать приказами.

— Кэт, — каркнула она, — я хочу, чтобы ты набрала группу, которая определит, как мы можем использовать железо в качестве оружия. Поймайте нескольких Невидимых. Опробуйте железо на них. Отправьте вторую группу на поиски источников железа и соберите его как можно больше и как можно скорее. — Она махнула рукой в сторону автобуса. — Оружия у нас хватит на всех! — крикнула Грандмистрис с таким ликованием, словно это была ее заслуга. — Я хочу, чтобы свистели железные пули!

Я стиснула зубы.

— Узнайте, как их сделать, — приказала Ровена. — Если понадобится, обустройте кузню, как в старые времена. Выберите третью группу, чтобы исследовать Дублин, и, Катрина, — ты много раз доказывала, что ты разумный лидер, — я хочу, чтобы эту группу возглавила ты.

Кэт просияла.

Я начала закипать.

Я знала, что умнее всего сейчас хранить молчание. Но это было нелегко. Были десятки ядовитых комментариев, которые я хотела сделать. Напомнить, что это я добыла оружие, я узнала о железе, я голосовала за битву, пока их драгоценная ГМ слепо и настойчиво противилась действиям. Но я могла ощущать настроение этой толпы, и основным в нем было утверждение, древнее, как само время: лучше знакомое зло, чем то, которого не знаешь. Особенно если знакомое зло собирается дать тебе то, чего ты хочешь.