Дженнифер Арминтраут - Превращение

Идиотка. Конечно, он читал мои мысли благодаря узам крови. Учитывая, какой возбужденной я была, он, вероятно, мог почувствовать мой адреналин через весь город.

Я услышала лязг металла о металл и скрип открывающейся двери. Свет полился сквозь широкие двойные двери, и мы вошли в помещение, которое оказалось кабинетом.

В массивном каменном очаге горел огонь, а пол был застлан персидским ковром [5]. Кир прошел по комнате и зажег пару ламп Тиффани [6], дернув за их цепочки.

— Прямо арт-деко [7].

— Рад, что тебе это нравится, — он улыбнулся. — Пожалуйста, присаживайся.

Я устроилась на кожаной кушетке у огня.

— Я не сказала, что мне нравится.

Кир засмеялся и сел рядом со мной. Слишком близко. Дружелюбно обняв меня одной рукой за плечи, он погладил мою шею своими длинными ногтями, проведя ими по шраму. Мой пульс ускорился, но не от страха.

Соберись, Кэрри. Ты смогла сопротивляться ему прежде. Будь настороже.

— Разве тебе не нравится этот ковер? — спросил он, указывая на богато украшенное покрытие под нашими ногами. — Когда они ткут это, то всегда намеренно допускают ошибку. Знаешь почему? — Я не ответила. — Потому что только Аллах может сделать все идеально, — Кир мягко вздохнул. — Я изучаю этот ковер снова и снова, но так и не могу найти дефект.

— С какой целью?

— Этот ковер напоминает мне тебя. Ты была бы совершенством, если бы не один незначительный дефект, — он пощекотал мое ухо длинным когтем, и я задрожала.

— Какой же?

Он наклонился, его холодное дыхание коснулось моего уха.

— Твоя человечность, — отодвинувшись назад, Кир сложил пальцы перед грудью. — Ты подумала еще раз над моим предложением?

— Да, — я не лгала.

— И?

— И я все еще не решила. Но я не собираюсь отказываться от своей человечности, даже если выберу тебя.

— Почему нет?

— Потому что это неправильно. Убивать ради удовольствия неправильно, — я пронзила его ледяным взглядом. — Я слышала, что ты сделал с той маленькой девочкой.

— С которой? — он подмигнул мне. — Я тут подумал, позаботилась ли ты о том, чтобы поискать других представителей нашего вида и спросить их, что они думают о твоем отстаивающем идеалы «Движении»? Грядет война. Ты на самом деле думаешь, что находишься на стороне победителя?

— Я не собираюсь быть на стороне тех, кого возбуждают убийства. Это все, что имеет для меня значение.

Его лицо стало серьезным:

— Кэрри ты делаешь из себя мученицу, тогда как я могу сделать тебя королевой.

Его печаль казалась настоящей. Выражения его глаз оказалось достаточно, чтобы заставить меня пообещать, что подумаю еще раз. Я стерла кровавую слезу с его щеки, и его губ коснулась улыбка.

— Останься со мной Кэрри, — прошептал он, уткнувшись в мою ладонь.

Я быстро убрала руку от его лица. Мои пальцы горели от нашего соприкосновения, и я содрогнулась от злости.

— Я здесь из-за Далии.

— Какого черта ты хочешь от Далии? Помимо того прискорбного инцидента с пожаром, за который она была серьезно наказана, все, что она делала, она делала по моему приказу. Если хочешь наказать кого-то, тогда, пожалуйста, наказывай меня, — озорная улыбка осветила лицо моего создателя.

Я не доставила ему удовольствия своей реакцией.

— Ты послал Далию убить меня.

Гнев исказил его лицо.

— Что?

— Прости, я что, заикаюсь? Она пыталась убить меня. И я это не оценила.

Кир нахмурился сильнее, на этот раз от замешательства.

— Если бы она пыталась убить тебя, ты бы сейчас была мертва. Далия очень хорошо умеет это делать.

— Ну что ж, она промахнулась, — я встала и подошла к большим окнам до пола. Шторы еще не были задернуты, будто он не беспокоился о том, что скоро наступит день. Я никогда на самом деле не наблюдала за восходом солнца, так что у меня не было представлений о том, как долго тот длится. Или, что более важно, начиная с какого момента, он может убить меня. Я должна была вернуться обратно к Натану.

— А-а, ты встретила мистера… как он сейчас себя называет? Гранта?

Я выругалась про себя. Я не собиралась думать о нем в присутствии Кира. Лгать не было смысла.

— Да.

— И я полагаю, он сказал тебе о наших прошлых… приключениях? — Кир пытался сдержать свою злость, пока говорил, но я все же почувствовала ее из-за уз крови. — Неудивительно, что у тебя эта… склонность к человечности.

Я держалась спокойно, несмотря на множество эмоций, захвативших мое сознание.

— Он сказал мне, что его послали убить тебя. Он сказал мне, что у тебя такая же кровь.

— Так и есть, я не создавал его, но я был там, когда мой создатель обратил его. Однако нас с трудом можно назвать братьями, — Кир встал и зашагал по комнате. — Итак, Нолен мертв? Я рад слышать это, даже если и не сам убил его.

Нолен?

— Он не мертв. Но мне нужна Далия, чтобы исправить то, что она сделала с ним.

Кир рассмеялся, как будто я сказала что-то остроумное. Он вытащил две сигары из коробки красного дерева и протянул одну мне. Я отказалась.

— Я хочу, чтобы он умер, Кэрри. Какого черта я бы стал помогать ему?

— Потому что это правильно, — мой ответ прозвучал неубедительно даже для моих ушей.

— Но, Кэрри, разве не ты только что обвиняла меня в убийствах ради удовольствия? — он зажег сигару и сделал несколько затяжек.

Я попыталась сдержать рвоту, когда тошнотворный сладкий дым наполнил мои ноздри.

— Измени мое мнение. Отдай мне Далию.

Кир направился ко мне. Я поняла, что он собирался сделать и напряглась.

Он вытянул руку слишком быстро, чтобы я могла отступить. Его сигара упала на бесценный ковер. Одна рука обвилась вокруг моей талии, и он крепко прижал меня к груди. Затем дернул меня за волосы, резко оттягивая мою голову назад.

— Я хочу кое-что прояснить между нами, так чтобы не было дальнейших недоразумений. Мне наплевать на твое мнение обо мне. В конце концов, в твоих венах моя кровь. Я владею тобой.

— Нет! — инстинкты приказывали мне освободиться, но я не хотела показывать, что боюсь его.

Он наклонился вперед, уткнувшись губами в мое горло. Сигара все еще горела у наших ног. Это дало мне возможность сконцентрироваться на чем-то другом, кроме ощущения его языка на моей коже.

— Твой ковер сейчас загорится.

Я отступила назад, и, к моему удивлению, он отпустил меня. Я не знала, хватило бы у меня сил бороться с ним. Не глядя на сигару, Кир затоптал ее босой ногой.

С трудом сглотнув, я посмотрела ему в глаза.

— Если ты позволишь Натану умереть, «Движение» пошлет кого-нибудь еще, кого-нибудь более сильного. Они будут преследовать тебя как свора гончих псов. А я не хочу, чтобы это случилось.

— Правда? — зловещая радость озарила его лицо. Это совсем не успокоило мои нервы.

— Правда, — внезапно мой рот пересох от понимания того, что я имела в виду именно то, что сказала. — Ты мой создатель.