Тара Фюллер - Падение

- Я не знаю, - наконец, сказала я. Это была правда. Я не знала, что со мной не так, почему я чувствовала себя пустой, когда все остальные ангелы были целыми, почему я хотела того, чего не должна была. Почему утрата двух человек заставила меня захотеть свернуться калачиком, когда Скай уже забыла их имена. Это было то, чего отец никогда не сможет понять. Это было то, из-за чего Всевышний изгонял ангелов.

Я сложила руки и положила на них подбородок. Отец опустился на пол около меня, я продолжила смотреть на туманные звезды. Я предположила, что он никогда ни для кого не опускался на пол. Нет. Он сделал это для меня, чтобы предложить мне утешение, которое я давала ему. Я могла почувствовать беспокойство и озабоченность, катящиеся волнами с него. Я чувствовала себя виноватой, что заставила его волноваться. Ради Бога, он был главой мертвых. У него было достаточно всего на тарелке.

Его морозные пальцы коснулись моего подбородка, а потом я встретилась с его холодными, честными глазами. Глазами, которые видели миллионы смертей. Глазами, которые видели меня насквозь.

- Ты опечалена утратой людей, смерть которых ты видела сегодня? - спросил он. - Я знаю, что ты много времени вкладывала в того мальчика.

- Да, - прошептала я. - Я никогда... я просто...

- Ты прежде никогда не видела смерти, - закончил он за меня.

Я села, обхватила руками колени и кивнула. Это было ужасно. Это было ненужно. Если бы я не вмешалась, если бы я только смогла отпустить, как говорила мне Скай тысячу раз, Тайлер был бы жив. Я попыталась успокоить себя тем фактом, что Скаут помог ему найти путь обратно к Эйприл. Они оба были там, где боль и одиночество не существовали. Тайлер заслуживал этого. Он заслуживал мира.

- Это было ужасно, - сказала я.

Отец вздохнул и положил руку мне на спину.

- Я надеялся спасти тебя от этого. Я бы хотел, чтобы ты никогда этого не видела.

- Разве ты не думаешь, что странно, что я не знаю ничего о смерти, учитывая, кто ты?

Он нахмурился.

- Я не знал, что тебе было интересно.

- Нет... я имею в виду, да, - сказала я. - Я просто хочу понять это. Мне не нравится видеть только симпатичные части. Части, которые ты позволяешь мне видеть. Я хочу помогать людям, которые нуждаются во мне.

Людям как Тайлер. Как Истон.

Он сел на корточки, знакомый тяжелый взгляд, к которому я привыкла, появился в его глазах.

- Я позволил тебе видеться с человеческим мальчиком. Он не был красив. Он был одним из самых разбитых, грязных человеческих отбросов, что я когда-либо видел.

Я встала, неспособная справиться с нервным чувством, убеждая себя не отступать. Не от этого. Если я отступлю сейчас, он больше никогда не позволит мне помочь любому человеку как Тайлер.

- Да, и посмотри, что я сделала для него! - сказала я. - Он был счастлив. Он был влюблен. Я смогу снова это сделать. Сделать их новыми. Почему ты удерживаешь меня от этого?

- Потому что ты не знаешь пределов, Гвендолин! - Его голос прозвучал настолько громко, что он испугал звезды под нами. Когда отец злился, мир знал. Он дрожал и гремел от его присутствия. Я вздрогнула от его тона, он сжал челюсти, когда попытался успокоиться. - Ты думаешь, что всех можно исправить. Это не так. Некоторые должны быть сломаны вечно. И если я позволю тебе пытаться спасать каждое несчастное существо, с которым ты вступаешь в контакт, ты разрушишь себя. Ты потеряешь все, что делает тебя моей Гвен.

Его Гвен. В тот день, когда Всевышний дал меня Бальтазару, моя судьба стала предопределена. Я никогда не принадлежала себе. Как я могла, когда я была единственной его связью с миром? Он никогда не рискнет потерять меня. Если он потеряет меня, то потеряет часть себя, единственную часть, которая делала его человеком. Из-за этого я никогда не принесу покой земле, разорванной войной. Я никогда не смогу вернуть кого-нибудь с края. Больше нет. Мне повезло, что он позволил мне помочь Тайлеру. Глядя на него, было понятно, что он больше никогда не позволит этому произойти. А это означало, что он никогда не позволит мне быть рядом с кем-то как Истон. Я принадлежала ему, и впервые за мое короткое существование, я очень огорчилась.

Жужжащий звук спас меня от необходимости говорить что-то в ответ. Так было лучше. Я просто больше возмутила бы его. Он вздохнул, вес мира ощущался в этом звуке. Он поднялся и подошел к столу. Позади него появился похожий на облако стул, и Отец сел прежде, чем вытащить золотой планшет из ничего. Дыхание застряло в моем горле. Это был планшет. Планшет, в котором была записана смерть каждого живого существа на планете. Тайлер тоже был там? Или его неожиданно добавили, когда я вмешалась? Я не была уверена, что хотела получить ответ на этот вопрос, но мне это было нужно.

Отец посмотрел на меня и поднял бровь.

- Что еще?

- Он был... Тайлер был в сегодняшнем списке? - спросила я, сердце замерло на мгновение.

Он постучал золотым пером по стеклянному столу, проверяя меня, пытаясь увидеть меня насквозь.

- Он мертв. Почему ему не быть в моем списке?

- Я вмешалась, - прошептала я. - Я не хотела. Я просто делала мою работу, но я задержала его там. Его бы там не было, если бы...

Я не закончила. Я даже не знала, почему чувствовала потребность объяснить. Отец знал все это. Он владел мной. Он знал все, что я делала.

- Нет, - наконец ответил он. - Он был добавлен. Неожиданная смерть. Ты это хотела услышать?

Он был спокойнее, чем я ожидала, но опасное электричество сказало мне, чтобы я не высовывалась. Я знала, что отец никогда не навредит мне, но также я знала, что он мог подходить к делу творчески, подтверждая свою точку зрения. Вина, как червь грызла меня.

Я закусила нижнюю губу и покачала головой.

- Прости, - сказала я. - Но... он в спокойствии, верно? Он никогда больше не познает боли. Он с человеком, которого любит.

- Разве? - Отец казался удивленным, как если бы он ожидал, что душа Тайлера выбрала другой путь к вечности. Он не знал, Тайлера. Он видел только уродливые части. Вот каким был отец. Он был человеком, которого окружали смерти и разрушения. Он не умел видеть хорошее. Вот почему я была послана ему. Он постучал по планшету, и тьма поселилась на его лице, когда он прочел там текст.

- Отец?

Он поднял руку, чтобы успокоить меня, и встал со стула. Он с силой ударил рукой по звездной стеклянной стене. Изображения мертвых, умирающих и проклятых появились, и он отогнал часть из них. Он помнил, что я была в комнате? Я попятилась к двери, подальше от ужасного показа, раскрывающегося передо мной. Было так много смертей. Так много тьмы. Это были всего лишь картинки, но даже через все это пространство я могла чувствовать их боль. Она добралась до меня, соблазняя меня, пытаясь затянуть меня в нее.

Он остановился на одном изображении, которое затопило всю стену. Толчок синего тока разошелся по стенам, и напряженность легла на его широкие плечи. Я медленно стала обходить его, пытаясь рассмотреть то, от чего он так расстроился.