Александра Дема - Путь избранной

— Я не обнаружил ничего, мой Владыка. Кровь мальчика осталась неизменной. В ней нет ничего, что могло бы ему навредить, — он покаянно опустил голову. — Сария ошиблась. Или же я чего‑то не знаю.

Киртьян устало сел на стул рядом с Нормиром и потёр виски. Вся эта ситуация начинала откровенно бесить его. Особенно тот факт, что его новый "цветок" так много всего знает. Она, ведь, женщина! А женщины не должны так много знать, просто не могут, потому что их никто не обучает! Вот только все эти известные с младенчества истины, казалось, вообще не касались Огонька. Она разрушала все привычные ему образы, но, как бы странно это не выглядело, стала для него глотком свежего воздуха.

— А магия? Магическим зрением его осматривали?

— Да, и не раз.

— Значит, всё же права, — задумчиво и как‑то горько проговорил Владыка.

— Кто прав?

— Огонёк. Она предупреждала, что ты ничего не найдёшь, а я не послушал.

— Но откуда она могла это знать? — нахмурился старый эльран. — Кто её учил? И где она смогла провести необходимые действия для выявления сыворотки?

— Я задавал себе те же вопросы, Нормир. И я намерен сегодня же получить на них ответы. Шутки кончились. Я и так слишком долго закрывал глаза на все эти покушения, практически не давая отпора и всячески показывая, что халатно отношусь к безопасности сына. Я устал переживать. Мои уловки действуют, но не так, как мне того нужно. Спровоцировать их на какие‑либо серьёзные действия не удалось. Они всё также продолжают кусать, а я с каждым разом схожу с ума от тревоги, — тихо и откровенно проговорил Киртьян, ведь только Нормиру он мог рассказать обо всём, потому что из всех приближённых, он единственный знал почти всё.

— Мой Владыка…

— Давай сейчас без официоза, — перебил его эльран.

— Киртьян, потерпи ещё немного. Ты же видишь, что случаи нападения участились, а Кили не угрожает настоящая опасность. Он под самой лучшей защитой, которая только может существовать. Пусть запретной, но действенной. А если ты сейчас кинешься его оберегать сверх меры, то порушишь всё, что уже было достигнуто.

— Норм, вчера ночью, как оказалось, на него опять напали. И если бы не сария, он бы… — Владыка непроизвольно подавился этими словами.

— Что?! — шокировано произнёс целитель.

— Вот и я о том же! Наши методы перестают действовать. Они только вредят. Мы ничего не узнаём нового, но каждый раз всё больше подвергаем жизнь моего сына опасности, с которой, как оказалось, не можем совладать. Ты хоть понимаешь, что если Огонёк права и его действительно поили этим маячком, то наша запретная магия не сработала?! — начал повышать голос Киртьян. — Сегодня, когда она увидела вот эти, — он указал на коробок, который взял с собой, — склянки, то чуть не поседела. Она испугалась! Да что там, это был ужас! И боялась она за моего сына. Значит, эта дрянь опасна. При чём настолько, что даже магия не реагирует на неё.

Нормир тяжело вздохнул и подошёл к колбам. Покопавшись там какое‑то время, он в полнейшем шоке опустился обратно на стул.

— Киртьян, дай девочке возможность поработать в лаборатории. Я не знаю и половины того, что находится в этих колбах. А то, что знаю не представляет опасности. И если, как ты говоришь, девушка была напугала, значит ей, в отличие от меня, известно больше. Это необходимо использовать.

— Ты прав. Сегодня я с ней ужинаю. Там всё и узнаю.

— Ужинаешь? — усмехнулся Нормир. — Уж не в Цветнике ли? И когда ты отпустишь малышку?

— Никогда!!! — неожиданно даже для самого себя зарычал Владыка.

Но его наставник на такой всплеск эмоция лишь радостно улыбнулся. Ведь он оказался прав и сария действительно его зацепила. В то, что она причастна к покушениям на наследника, старый эльран не верил, ведь на её теле цветёт огнецвет. А этот цветок появляется лишь у чистой души, более того, избранной Силами для особого, благого дела. И очень хорошо, что она нашла отклик в душе Киртьяна.

Владыка же, не догадываясь о мыслях наставника, молча сидел и даже ни о чём не думал. Он просто отдыхал, что случалось с ним редко, но было крайне необходимо в данной ситуации. А потом, когда ему стало легче, он поднялся и решительно направился к выходу из лаборатории Нормира. Ему предстояли серьёзные разговоры с дардами и главой службы безопасности. Очень уж он хотел узнать, почему ему не доложили о повторном покушении. А ещё необходимо было допросить нянек…

Дел было по горло, но мысль о том, что вскоре он вновь увидит свою дикую кошечку, вызвала на его лице улыбку, полную предвкушения.

"Скоро, Рэйс. Очень скоро я узнаю о тебе всё. И вот тогда у тебя не будет ни единого шанса на сопротивление!", — довольно подумал он.

Рэйс думала, что годы службы на флоте закалили её выдержку к косым взглядам и перешептываниям, но, как оказалось, это было не так. Вернее, как раз к этому она привыкла, но вот эти взгляды, которыми её провожали женщины Цветника, девушку не то, что раздражали, они её откровенно пугали. И лучше бы там были зависть, к которой она привыкла, ненависть, с которой бы справилась… Но не это слепое обожание и надежда.

Офицер МакВарран была просто в шоке.

Все эти женщины… они не завидовали, они были рады, что их Владыка "наконец‑то отринул затворничество" и вернулся в Цветник. Они были горды тем, что Рэйс одна из них, радовались выбору Великолепного и старались дать кучу советов как лучше себя вести… Это раздражало её, потому что в отличие от них, она прекрасно знала, что Владыка здесь будет по другой причине. Да, тот поцелуй был ошибкой, она это признавала, и, возможно, при других обстоятельствах, в другое время она бы и позволила себе увлечься, но увы. Позволить себе отношения с мужчиной с другой планеты, да что там… с другой, мёртвой галактики? Нет, это уже слишком даже для неё. У неё есть цель — выбраться отсюда и найти Дастин. Для этого она должна стать тенью Кили на несколько месяцев, но не более того.

Хотя, где‑то на подсознательном уровне, ощущала тревогу от того, что её планам не суждено сбыться. И, возможно, эта тревога не беспочвенна. Владыка, своим приказом сопроводить её в крыло Цветника, разрушил её инкогнито, таким образом специально, осознанно и намеренно привязывая её к себе. Это было своего рода наказание, чтобы знала своё место, чтобы не считала себя выше других. Ведь он не мог не догадываться о последствиях её такого триумфального во всех смыслах возвращения. Теперь её пребывание в замке уже тайной не было, её статус был всем известен, и открытое внимание со стороны Киртьяна лишило её возможности тихого побега. Потому что женщину вожака будут искать до посинения, и неважно, что сама девушка не считала себя ничьей собственностью…