Кэрол Мортимер - Исполнение желаний

– Женщины… – пробормотал он с отвращением. – У них нет ни капли здравого смысла, – он швырнул куртку на один из стульев. – Может, только тогда, когда спят, и то не у всех! – Руфус бросил на них уничтожающий взгляд и добавил: – Я у себя в кабинете.

Его желание побыть в одиночестве было слишком очевидно и для Энни, и для Джессики.

– Интересно, кто расстроил его? – пробормотала Джессика испуганным голосом. – Я редко видела, чтобы папа так сердился.

Для Энни все было очевидно. Руфус пошел на встречу с Маргарет… и свидание, видимо, прошло неудачно.

Поэтому в противоположность Руфусу Она воспрянула духом, чего до этой поры не наблюдалось.

– Я не очень-то уверена, что сейчас он сможет по достоинству оценить наш кулинарный шедевр? – Джессика поступила весьма мудро, выбросив пироги в мусорное ведро. – Наверное, ему сейчас не до шуток.

Довольно странно, однако отвратительное настроение Руфуса привело Энни в отличное расположение духа. Что бы ни произошло между ним и Маргарет, их отношения не столь гладки. Энни была на седьмом небе от счастья.

Пожалуй, с ее стороны это неприлично, однако она ничего не могла поделать с обуревавшими ее чувствами. Она не хотела, чтобы он вновь сошелся с Маргарет, потому что сама любила Руфуса.

– Давай-ка готовить ланч, – весело предложила Энни. – Может, позже твой отец присоединится к нам.

Впрочем, будет ли у него аппетит или нет – это дело уже другое!

Когда Руфус не появился на кухне в двенадцать тридцать, а ланч был уже готов, Энни решила отправиться на его поиски.

Он по-прежнему сидел у себя в кабинете, откинувшись в кресле, за письменным столом и не убрал с него ног, даже когда в комнату, постучавшись и получив разрешение, вошла Энни.

Девушка приподняла бровь:

– Вам удобно?

– Так себе, – отрезал он. Выражение его лица стало еще более мрачным.

– Ланч готов.

– Я не очень-то голоден, – ответил Руфус, даже не делая попыток двинуться с места.

Но Энни не уходила.

– Джессика утверждает, что это ваше любимое блюдо.

Его рот скривился.

– Да? Что там? – спросил он безо всякого интереса.

– Омлет с беконом и множество тостов. – Для ее ушей эти названия звучали не слишком завораживающе, однако Джессика уверенно настаивала, что это любимое кушанье ее отца.

Скверно, если девочка ошиблась. В холодильнике остались кое-какие продукты, но не очень много. Очевидно, Руфус, когда бывал здесь, вел неприхотливый образ жизни.

– Да, действительно, моя любимая еда. – Руфус сбросил ноги со стола и выпрямился в кресле. Внезапно он улыбнулся. – Счастливчик тот, кому Джессика достанется в жены, – сказал он Энни, встав с кресла, чтобы проследовать за ней на кухню.

Энни повернулась и услышала за спиной его сдавленный смех.

– Что вас рассмешило? – медленно произнесла она.

Ей казалось, что смеяться здесь не над чем.

– Выражение вашего лица, когда я высказал замечание насчет Джессики. – В глубине его темных глазах плясали веселые огоньки. – Скажите честно, что вам хотелось ответить мне.

Она с укором поглядела на него:

– Вы сказали о Джессике, лишь бы поддеть меня!

– И мне это удалось. – Он по-прежнему улыбался. Плохое настроение, одолевавшее его всего несколько минут назад, очевидно, было забыто.

– Хорошо, – она согласно кивнула головой. – Я нахожу ваше замечание весьма и весьма шовинистическим. Я удивлена, что вы не желаете для Джессики большего, – добавила она вызывающе.

– Интересное возражение, – молвил Руфус. – Стало быть, вы не считаете, что для женщины в жизни важно лишь удачно выйти замуж?

– А для мужчины? – мгновенно парировала она.

Он остановился у кухонной двери.

– Предлагаю отложить дискуссию, а то все остынет. Но я не увиливаю от ответа, – заявил он при виде ее насмешливого взгляда. – Это слишком серьезный вопрос, и парой минут здесь не обойтись.

Энни уже жалела о брошенном ею вызове. Только сейчас она поняла, что, когда у Руфуса есть что-то на уме, он становится нарочито вызывающим. Она ни на мгновение не верила, будто он желает продолжить разговор. Он хотел поспорить. И если ему не удалось что-то с Маргарет, он намерен пререкаться с первым попавшимся под руку, и сейчас это была Энни!

Несмотря на заявление Руфуса, что он не особенно голоден, он не только съел омлет и гренки, но даже попросил добавки. Казалось, исчезло и его скверное расположение духа: за столом он шутил и подтрунивал над ними обеими. Впрочем, Энни ни на миг не сомневалась, что они непременно вернутся к начатому разговору, когда останутся наедине.

– Прекрасно, – Руфус, наевшись, откинулся на спинку стула. – Чего еще желать мужчине, когда две женщины готовы исполнить любую его прихоть? – Он посмотрел на Энни, которая готовила для всех кофе.

Итак, Руфус не собирается оставлять ее в покое. Но на этот раз она не попадется на удочку.

– Кофе, – любезно улыбнулась ему Энни, ставя рядом с ним дымящуюся чашку.

Его рот подергивался: он без труда догадался, что внутри она кипит от его поддразниваний.

– Спасибо, – вежливо ответил он.

– Знаете что, Руфус?.. – Энни, продолжая улыбаться, подала Джессике чашку и, прежде чем сесть на место, взяла свою. – У вас мерзкий характер! – с удовольствием сообщила она ему и принялась спокойно, маленькими глотками попивать кофе.

Несколько секунд он ошеломленно смотрел на нее, а затем разразился громким, раскатистым смехом. И на сей раз он смеялся не над ней, а вместе с ней.

– Вы правы, Энни, – наконец обрел он способность говорить. – У меня и впрямь мерзкий характер. Однако по неведомой причине вы, кажется, способны менять его. – Он задумчиво поглядел на нее. – Интересно, почему так происходит?

Уверенность и смелость, которые она чувствовала несколько минут назад под его пылким взглядом, куда-то улетучились. Теперь Энни уже хотелось, чтобы он так и оставался рассерженным… так по крайней мере он менее опасен для нее!

– Чем мы займемся днем?

Энни не сразу поняла, что вопрос был задан Джессикой. Но, даже осознав, что к ней обращаются, была настолько взволнована устремленным на нее взором Руфуса, что по-прежнему не могла найти подходящего ответа!

Руфус наконец повернулся к дочери:

– А чем бы ты хотела заняться?

– Я думаю, нам следует сходить в магазин и купить продукты, – рассудительно сказала Джессика.

– Вот вы вместе и сходите. – Руфус вдруг встал, вынул из кармана деньги и положил их на стойку. – Я буду занят работой. Возьмите такси; только не накупайте много: мы, вероятно, пробудем здесь всего пару дней. – Он остановился возле двери. – Кстати, сегодня вечером мы отправимся в любимый ресторан Джессики – поесть пиццы.