Алекс Стрейн - В ожидании чуда

– Ты ведь не думаешь расплакаться? – точно таким же хрипловатым голосом спросила Изабель, и Кристин увидела, что кончик носа у нее слегка порозовел, а глаза подозрительно блестят. – Потому что я расплачусь следом за тобой, а это просто недопустимо, ведь у меня накрашены глаза!

– Нет, Изабель, никаких слез! Я только хочу сказать огромное спасибо за твои слова.

– Всегда рада.

В этот момент в кухню буквально ворвался высокий и умопомрачительно красивый молодой человек, в котором Кристин не сразу признала Антонио.

– Кристин, ты приехала!

– Антонио!.. – выдохнула она.

– И это все? Разве так встречаются старые друзья? – Он подхватил Кристин за талию и закружил ее по кухне.

– Ты и в самом деле осталась равнодушна к чарам моего братца, – сказала Изабель.

Вечерело, и они сидели на старых качелях, подвешенных к толстому суку огромного дерева, которое, к счастью, уцелело после разрушения амбара.

– Я чуть было не дрогнула, – пошутила Кристин.

– Но все же устояла. Кто-то уже успел занять твое сердце?

– Вроде того, – пробормотала Кристин.

Не может же она признаться Изабель, что уже несколько лет безнадежно влюблена в Риккардо?!

– А какой он? – глаза Изабель были прикрыты, но Кристин знала, что подруга не упустит ни единой мелочи.

Кристин подняла лицо к небу, на котором загорались первые звезды.

– Если я сейчас начну описывать его, ты не услышишь ничего нового. Я не буду оригинальной и начну говорить, что мой принц из сказки высок, красив, умен, самостоятелен. Он лучше всех… Господи, Изабель, я уже это сказала!

– А может, и не нужно быть оригинальной? Ведь для тебя все так и есть: мужчина, в которого ты влюблена, должен быть для тебя самым лучшим. Ты ведь по-настоящему влюблена, Кристин?

– Да, – тихо подтвердила Кристин. – Я готова на все, лишь бы просто быть с ним рядом.

– А он?

– На самом деле он даже не догадывается об этом, – с грустным смешком призналась Кристин.

Этот разговор становился опасным. Изабель редко упускала случай дать дельный совет, и сейчас она вполне способна начать обучающий курс молодого бойца любовного фронта «Как привлечь внимание понравившегося тебе мужчины и добиться взаимности». А еще Изабель могла поинтересоваться, как зовут ее принца, и тогда Кристин придется солгать. Она никогда не лгала Изабель и не хотела даже начинать. Но ничего подобного не произошло, и некоторое время девушки просто молча сидели на тихо покачивающихся качелях и изучали темное небо.

– Ты знаешь, Рик обещал приехать, – через некоторое время сказала Изабель. – Бизнес идет хорошо, и он намерен устроить себе отпуск.

– Правда? – Кристин постаралась спрятать волнение.

– Мне показалось, что голос у него бодрый. В последнее время у него был ужасный голос, очень усталый и какой-то серый… Мне кажется, он уже оправился после всего этого…

Изабель не могла бы придумать лучшей приманки, чем эта, и Кристин тут же попалась.

– После чего этого?

Сердце было готово ухнуть куда-то вниз, словно прыгун с трамплина, и от безмятежности Кристин не осталось и следа. Неужели у Рика были какие-то неприятности?

– Ох, прости, я тебе не рассказала. Это случилось почти два года назад. Я хотела написать, но не смогла. Получалось как-то сумбурно. Да если честно, подробностей я не знаю. Частично восстановила ход событий по отрывочным разговорам родителей… В этом замешана женщина.

– Он… влюбился? – дрогнув, предположила Кристин, чувствуя себя так, словно ей на голову свалился здоровенный булыжник.

Почему-то она решила, что у Рика была большая, но несчастная любовь, в результате которой он потерял покой и сон, а потом стал циником. Разочаровавшиеся в любви обязательно становятся циниками – Кристин знала это совершенно точно. А еще они могут сломаться, как ее отец. Эту мысль Кристин отмела как несостоятельную. Рик не может сломаться!

– Рик – влюбился? Ничего невероятнее я не слышала! Конечно, он мой брат, но я еще никогда не видела такого… Даже не знаю, как сказать, – призналась Изабель после паузы. – Он не равнодушный и холодный в полном смысле этого слова. Скорее… рациональный? Нет, не то… В общем, его любовь начинается и заканчивается родственными привязанностями, семьей, а остальное он считает лишним! – Было видно, что Изабель не удовлетворена своим объяснением, но другого у нее, как видно, не было. – А после того, как с ним случилось это… Какая-то женщина, которой он совершенно искренне симпатизировал, пыталась использовать его, втянуть в какие-то махинации. Рик потерял много денег и еще больше нервов…

Нет, это не большая любовь! Но не успела Кристин облегченно перевести дыхание, как ее накрыла новая волна липкого холода.

– …И теперь Ирена ни на минуту не отходит от него. Когда я спросила Рика о его намерениях, он только улыбнулся и сказал, что еще ничего не решено. Но я знаю, что эта крашеная стерва уже почти уверена в своей победе. Она обязательно притащится за ним. Вот увидишь! У

– Ах да, прости… – пробормотала Кристин: Изабель неисправима, но не это сейчас беспокоило Кристин, совсем не это. – А что говорит сеньора Августина? – спросила она, чувствуя только холод и чувство потери.

– Мама? Что она может сказать?! Она сказала, что Ирена из хорошей семьи и они с папой примут любую невестку, потому что это выбор Рика. Только мне все это не по душе. Не нравится мне все это! – Изабель от досады хлопнула рукой по стволу дерева и невольно чертыхнулась – в пальце осталась заноза. – Ну вот, теперь еще и это, – пробормотала она. – Кристин, с тобой все в порядке?

– Что?

– Выглядишь как-то странно, даже, по-моему, побледнела.

– Наверное, я просто устала, – попыталась вывернуться Кристин, – сегодня был долгий день и масса впечатлений.

– Конечно, – согласилась Изабель.

Но Кристин почему-то показалось, что подруга не просто видит ее насквозь – она точно знает, почему вдруг Кристин побледнела и стала выглядеть несчастной и подавленной. Изабель всегда понимала ее лучше, чем кто-либо.

Кристин открыла глаза и посмотрела в темное окно. Ночь глядела ей в лицо, она была холодна и неумолима, и казалось, что она будет продолжаться вечно. В груди Кристин словно теснился клубок холодных змей, а в голове перемешалось прошлое и настоящее, рождая щемящее чувство тоски и потери. Кристин все сделала не так, придумав и – что гораздо хуже! – поверив в мир, которому не было и не могло быть места в этой реальности.

Не в этой жизни… – сказала бы Лидия.

Грустно, как грустно… – сказала бы Изабель.

Кристин невесело улыбнулась, в ее глазах стояли слезы. Как глупо, что в миг слабости она сожалела о том, что в ее жизнь вошли сеньор Габриель и его семья. Конечно, ей не повезло с замужеством, но в этом только ее вина… И какое счастье, что у нее по-прежнему есть сеньор Габриель, бесконечно добрая и всегда радушная сеньора Августина, Антонио, Изабель…